Главный Инженер - Вадим Фарг

— Давайте помогу, — предложил я.

Женщина испуганно отшатнулась, прижав к груди пакет, а в ее глазах мелькнул страх. Я же не стал тратить время на уговоры, шагнув к двери, прикинул угол перекоса, и нанес два коротких удара основанием ладони в правый верхний угол железного полотна.

Рама глухо лязгнула, и напряжение спало мгновенно.

— Прикладывайте ключ, — предложил я

Женщина выполнила мою присьбу и на этот раз металлическая дверь плавно открылась.

— Ой, батюшки мои, — выдохнула пенсионерка, хватаясь свободной рукой за сердце. — А я тут уже полчаса стою мерзну. Слесаря из управляющей компании вызвала, ругалась с ними, а он все не идет. Спасибо тебе огромное, сынок, ты так ловко это сделал.

Я достал из кармана одну распечатанную листовку.

— Держите, — мягко сказал я с легкой полуулыбкой. — Я мастер, работаю тут по соседству. Если ваша управляющая компания снова подведет, звоните мне напрямую. Сделаю все быстро и денег много не возьму.

— Обязательно сохраню, — она радостно закивала, пряча листок в карман пальто. — Дай бог тебе здоровья.

Я развернулся и зашагал к выходу со двора. Все вышло очень удачно, заняло всего минуту моего времени, но профит обещал быть колоссальным. Сарафанное радио всегда было надежной рекламной сетью в любом жилом комплексе.

* * *

Дождь немного усилился. Я вернулся в свой район промокшим, но довольным проделанной работой. Здесь тоже требовалось расширять клиентскую базу. Подойдя к своему подъезду, достал клей и приложил листок к деревянной доске.

— Смирнов! — раздался за спиной визгливый и полный ярости крик. — Ты что тут клеишь⁈

Я медленно обернулся, ко мне по лужам шагал председатель нашего ТСЖ. Видимо поражение в его кабинете не давало ему покоя, и сейчас он решил взять реванш. На лавочке неподалеку сидели Марья Ивановна и еще одна соседка, спрятавшись под козырьком от дождя и с любопытством наблюдавшие за скандалом. Председатель явно хотел восстановить свой авторитет перед зрителями.

— Я запрещаю тут свой мусор вешать! — орал он на весь двор, размахивая руками. — Эта доска принадлежит ТСЖ! Я тебе сейчас штраф впаяю за незаконную рекламу, потом полицию вызову. Ты у меня попляшешь, бизнесмен хренов! А ну срывай быстро!

Я смотрел на него сверху вниз, видя не грозного начальника, а трусливого паразита, который боялся потерять свою крошечную власть.

— Информационный щит у входа в подъезд является общедомовым имуществом, Петр Ильич, — спокойным тоном произнес я. — Согласно тридцать шестой статье Жилищного кодекса, доска принадлежит жильцам, а не вам лично. Я проживаю в этом доме и имею полное право размещать здесь информацию.

Председатель открыл рот, собираясь выдать новую порцию ругани, но я шагнул к нему. Подняв руку, указал пальцем на пластиковый короб над дверью подъезда.

— А вот неработающий датчик пожарной сигнализации, который висит там для вида уже третий год, является прямым нарушением, — добавил я. — Система давно сгнила, но в ваших отчетах она числится исправной. Если завтра сюда приедет комиссия из Жилищной инспекции, они выпишут ТСЖ огромный штраф. А потом прокуратура проверит, куда именно ушли деньги, выделенные на замену проводки. Мне снять листок, или мы закроем этот вопрос прямо сейчас?

Петр Ильич сдулся прямо на глазах. Красная краска мгновенно сошла с его лица, уступив место нездоровой бледности.

— Ишь ты, умный выискался, — неразборчиво пробормотал он себе под нос, трусливо втягивая голову в плечи. — пусть висит пока.

Он развернулся и пошел прочь, стараясь не смотреть на соседок. Марья Ивановна проводила его насмешливым взглядом, а я спокойно разгладил края своего объявления и зашел в подъезд.

Дома меня встретила приятная тишина. Моя квартира выглядела гораздо лучше, чем пару дней назад. Окна вымыты, старый хлам гнил на помойке, скрипучие полы сияли чистотой.

Из комнаты вышел Дюбель. Котенок смешно потянулся, подошел ко мне и довольно замурлыкал, потираясь о мою ногу. Я присел на корточки и почесал его за ухом.

— Держись, строитель, — тихо сказал я.

Насыпав ему свежего корма и налив воды в миску, я заварил себе крепкий чай. Сел за стол, открыл блокнот и аккуратно вычеркнул выполненные пункты из своего плана. Инвестиции в репутацию сделаны, криминальные хвосты отрублены. Внезапно тишину квартиры разорвал звонок телефона.

— Слушаю, — спокойно произнес я.

— Алло, это мастер Максим? — раздался в трубке приятный женский голос, а на заднем фоне шумела вода. — Извините за беспокойство. Мне ваш номер только что дала соседка по подъезду, Анна Сергеевна. Вы ей сегодня магнитную дверь открыли.

Мои губы тронула холодная усмешка. Звонила не сама Елена, но это была жительница из ее элитного дома. Мой расчет оказался верным, сарафанное радио работало потрясающе быстро.

— Да, это я, — ответил я, меняя тон на более участливый. — Что у вас стряслось?

Глава 7

Кот — это ответственность. Раньше я отвечал за две тысячи сотрудников и многомиллиардные контракты, а теперь мой главный KPI, чтобы серый комок шерсти не сдох с голоду. Странно, но от этого нового груза на душе не противно. Скорее наоборот.

Дюбель наступил мне лапой на глаз. Я открыл второй и посмотрел на него. Он сидел на подушке и урчал, как старый холодильник «ЗИЛ». Маленький, с обломанным усом, но уже наглый. За это небольшое время со мной немного отъелся, шерсть перестала быть похожей на паклю.

— Дай угадаю, — сказал я сипло. — Завтрак по расписанию.

Он мявкнул. Не жалобно, а требовательно. Мол, шеф, ты задерживаешь поставки, так бизнес не делается.

Я сел на кровати. Пол был холодный, по ногам сразу побежали мурашки. Тело ныло после вчерашней беготни, но это была правильная боль, мышцы работали, сердце качало кровь, легкие дышали. Еще совсем недавно этот мешок с костями не мог пройти сто метров без одышки, а теперь я делал по утрам три подхода отжиманий и не умирал.

Дюбель спрыгнул с кровати и потрусил на кухню. Я пошел за ним, по пути разминая плечи.

На кухне тоже было прохладно. Я насыпал коту корм, поставил миску с водой и Дюбель тут же захрустел, смешно двигая ушами в такт челюстям. Я встал у окна наблюдая за двором. Сосед из дома напротив заводил свою «девятку», которая чихала и не хотела работать. Обычное утро спального района.

Я сделал зарядку, все стандартно, отжимания, приседания, планка. Телопо привычке сопротивлялось и просило пощады, так как нагрузку я увеличивал постоянно. И конечно знал если дать слабину сейчас, завтра будет хуже.