Девять жизней Je ne vu - Квинтус Номен

«учеников» отдельно от жен и детей будет неправильно. Правда, детей отдельно забирать вроде можно, это никого вообще не волновало, а при случае можно было вроде и жен без мужей вместе с этими детьми забирать — но я решил в подробности пока не вдаваться, а просто перетащить поближе к себе на зиму… нет, не два десятка семей, а два десятка относительно взрослых людей обоего пола (включая детишек старше лет так десяти), а малышню я решил пока не считать: им и места нужно немного, да и жрут они в меру…

До зимы народ еще разок успел за известняком сплавать, но цемента мне на дом в любом случае не хватало. Его хватило только на постройку одного фундамента для дома, а сам дом до зимы все равно выстроить не получалось. Но обещания-то нужно держать, так что для учеников были выстроены два домика попроще: на просмоленных досках в качестве гидроизоляции были выстроены стены из глиняного кирпича-сырца, в помещениях я успел поставить печки (сильно упрощенные варианты русской печи), затем полы дощатые настелили, на деревянных стропилах и дощатые потолки сделали. Двери в домах поставили деревянные, причем на железных петлях — но главным (для всех, кто был выбран ко мне учениками), стало наличие в домах окон со стеклами. Стекла я сварил просто: песок, немного извести и намытый из золы поташ: я это «производство» уже давно отработал. Правда стекла получились кривенькие (но у меня всегда только такие и получались) и вообще зеленые (светло-зеленые, даже можно сказать «зеленоватые», примерно как бутылки из-под венгерского вина), но они свет-то пропускали! Так что жизнь предстоящей зимой для «избранных» вообще представлялась раем. У меня было иное мнение, но разочаровывать будущих своих помощников у меня ни малейшего желания не возникало: сами разберутся, когда время подойдет.

В процессе всего строительства я и о уже имеющихся учениках не забывал и научил из все же делать из железа что-то, хотя бы издали сталь напоминающее. Потому что фосфористое железо много для чего годится, но вот сделать из него лезвия для рубанков или нормальные пилы ну никак не получится. Но у них — получилось: они собственными силами целых три нормальных рубанка сделали! А «нормальность» проверялась просто: «придуманная котиками» лодка вызвала у местного населения просто бурю восторга и небольшая группа товарищей — после того, как я честно сделанную мною городу передал — осталась в моей «имении» и уже самостоятельно стала пытаться что-то подобное повторить. Не сказать, что у них дела шли хорошо, но потихоньку и они что-то относительно приличное сделать сумели, но для изготовления лодки, которая не наберет воду в момент спуска на воду требовалось доски все же ровные иметь, а для их производства как раз нормальный рубанок и нужен был. Но имевшийся у меня был задействован на стройплощадке, так что пользоваться лодочникам приходилось тем, что кузнецы сделать смогут…

В общем, наблюдая за общением лодочников и кузнецов я изрядно пополнил свой словарный запас терминами, которые «эти» вероятно просто забыли в меня прочувствовать. Зато эти термины позволили мне куда как эффективнее со строителями общаться и, вероятно, благодаря этому обретенному знанию мне удалось добиться того, что оба жилых дома все же были достроены до того, как выпал снег и наступила зима. Зима стекла и стали…

Зима, как и в прошлом году, началась «сразу», но я ее наступление практически не заметил: другие события все заслонили. Точнее, одно событие: Таффи принесла трех котят. Все лето эти милые шерстяные хищники «жили своей жизнью»: утром убегали в лес — сразу после того, как им давали на завтрак вчерашнего холодного мясца вареного, ближе в обеду возвращались и уходили в дом спать. Судя по тому, что есть они после возвращения не просили, им и пойманного в лесу хватало — а вот ближе часикам так к четырем оба зверика просыпались, и если им немедленно на насыпали полные миски корма, начинали концерт. Но это все же редко случалось: Дон и Лен внимательно следили за тем, чтобы котики голодными не оставались. И звери — что меня все же немного удивляло — ели лишь то, что им давал я или одна из этих двух девочек, а вот если им еду предлагала хотя бы Луга, они демонстративно от мисок уходили подальше, отыскивали где-то во дворе меня и садились молча рядом, глядя на меня укоряющими взглядами. Впрочем, если я просто пододвигал к ним поближе миску с едой, которую туда кто-то еще положил, то они — вероятно считая, что это уже моя дань — ее немедленно употребляли.

Я, конечно, старался котиков не перекармливать, но было похоже, что старался не я один — и зверики мордели день ото дня. Так мордели, что я и не заметил, что Таффи готовится принести нам долгожданный подарок. Но она это сделала — и теперь в мою комнату звери, кроме меня, вообще никого не пускали.

Говорят, что коты — это звери, привыкающие к определенному месту. Больше того, они даже место считают своим пока там что-то не изменилось: я в изначальной своей жизни даже клип какой-то видел, где говорилось, что котикам может даже простая перестановка мебели в привычной комнате нанести неисправимую моральную травму. Наверное, если котиков в доме не особенно любят, и такое случается — но на самом-то дели котики –это очень социальные звери, и если человек становится для них членом их стаи, причем главой этой стаи, то им на изменение обстановки вообще плевать. Со мной Таффи и Тимка уж сколько раз переезжали с места на место — и им всегда было абсолютно достаточно того, что на новом месте я был рядом с ними. Они знали, что «здесь» они находятся под моей защитой, и им этого знания хватало, чтобы счесть «своим» любое место, где рядом с ними был я. А когда они решили, что им нужна защита более серьезная — например, чтобы юных котят тоже оберегать от всяких неприятностей — то мое присутствие рядом для них стало вообще полной и безоговорочной необходимостью. Даже когда я спускался со второго этажа, где мы расположились, на первый, чтобы пообедать, Таффи немедленно притаскивала котят поближе ко мне (то есть приносила и укладывала их на стол рядом со мной), а пока последний котенок не начинал перемешаться в зубах матери вниз, Тимка сидел рядом с коробкой, где я для котят устроил «гнездо», и охранял их от посторонних. Ото