Ненавистная лекарка для слепого дракона - Мария Минц

— Значит, есть, — отозвался Бастиан. Он произнёс это спокойно, но большой палец медленно прошёлся по навершию меча. — И печать считает её частью тайны.

— Связной сам начинает проверку? — уточнила я.

Пленный кивнул. На это печать не отозвалась.

Ситуация становилась всё веселее. Мы собирались отправить человека на встречу, не зная даже правильного приветствия. Оставалось надеяться, что он сумеет ответить сам, а связной не почувствует, как сильно изменились обстоятельства.

Когда пленник смог без кашля пройти от стены до решётки и обратно, я признала его состояние приемлемым. Бастиан сразу отпер дверь камеры собственным ключом.

— Где ваши люди? — спросила я, собирая ткань и маленький флакон с водой в сумку.

— Здесь, — донёсся короткий ответ.

Я вскинула голову. Генерал уже развернулся к выходу, словно вопрос был исчерпан.

— Бастиан, вдвоём мы не сможем одновременно следить за домиком, подходами и пленником, — вздохнула я, — Возьмите хотя бы двух охранников. Можно не объяснять им всего.

Он остановился в коридоре. Факел за его плечом коптил, по каменной стене ползла чёрная полоса, а возле дальней лестницы всё ещё переминался караульный. Бастиан слушал его дыхание так пристально, будто пытался определить верность человека по одному неровному вдоху.

— И что я им скажу? — негромко спросил он. — Идти за мной, не задавая вопросов? Кто-то заметит, что я покинул поместье ночью. Кто-то спросит, почему без обычной свиты. К рассвету об этом будут знать все.

— Тогда выберите самых надёжных.

Бастиан повернулся ко мне. В полумраке его лицо снова стало жёстким, однако злость в этот раз предназначалась не мне.

— Самых надёжных, — повторил он с неприятной усмешкой. — Именно один из них мог оставить застёжку в твоём тайнике!

Я затянула ремешок сумки и больше не спорила. Просить его выбрать сейчас означало заставить назвать человека, которому он всё ещё готов доверить спину. После моей находки такого имени у Бастиана больше не было.

Он привык идти в бой впереди отряда. Привык, что за спиной стоят люди, с которыми можно пройти через огонь. Теперь генерал собирался идти слепым в ночной лес только потому, что моё, точнее, поместье Вивиан казалось ему опаснее любой засады.

— Хорошо, — терпеливо сказала я. — Идём втроём. Но тогда вы перестанете спорить, когда я говорю, что вижу опасность!

— А ты перестанешь бросаться под клинок, когда тебе кажется, что кому-то нужна помощь, — отрезал он и, не дожидаясь моего ответа, велел пленнику двигаться за ним.

Через главную лестницу идти было нельзя. Пленный рассказал о старом хозяйственном ходе, которым когда-то носили уголь из наружного сарая прямо к кухонным печам. После ремонта его заложили шкафами и почти перестали использовать, однако наружная дверца сохранилась. Она вела прямо к оврагу.

Мы поднялись из подвала в пустую кладовую. Здесь пахло сухими яблоками, золой и мышами. Я отодвинула связку старых корзин, пленник навалился плечом на тяжёлый шкаф, а Бастиан, видимо, по скрежету ножек понял, где открылся проход, и помог сдвинуть мебель до стены.

За ней обнаружилась узкая дверь. Замок заржавел, зато засов поддался после второго толчка. Из тёмного коридора потянуло влажной землёй.

— Я пойду первой, — сказала я, подняв маленький фонарь.

— Нет.

Бастиан резко отодвинул меня к стене и шагнул в проход. Пришлось схватить его за рукав.

— Там лестница вниз, потолок низкий и какие-то доски поперёк пола. Вы их не увидите!

Он замер. За нашими спинами тяжело дышал пленник, в кухне по другую сторону стены звякнула посуда, и мы оба невольно прислушались. Никто к кладовой не приблизился.

— Ты идёшь впереди, — нехотя согласился Бастиан. — Я держусь рядом. Если что-то заметишь, говори сразу.

Я перехватила фонарь поудобнее. Даже сейчас он уступал так, будто одалживал мне командование на несколько минут и в любой момент мог потребовать обратно.

— Вот это уже разумно, — сказала я, первой переступив через порог.

За спиной едва слышно скрипнула кожа перчатки: Бастиан крепче взялся за рукоять меча.

— Не заставляй меня передумать, Вивиан.

Я прикрыла фонарь ладонью, чтобы свет не бил в щель наружной двери, и повела их по коридору. Под ногами хрустел уголь, стены то сходились так близко, что сумка цеплялась за камень, то внезапно отступали. Бастиан шёл в полушаге позади. Иногда касался моего плеча, сверяясь с поворотом, и сразу убирал руку, будто сам себе запрещал задерживаться.

Наружу мы выбрались возле заросшего оврага. Влажный ветер овеял разгорячённое лицо. Я погасила фонарь и несколько секунд различала только чёрные стволы, серую траву и узкую полоску облачного неба.

Бастиан велел пленнику держаться слева, а мне — справа от него. Тихо произнёс:

— Веди.

От этого слова стало неуютнее, чем от ночного леса. Я должна была смотреть за троих: замечать ямы, движение между деревьями, следить, не подаёт ли пленник знаков, и вовремя предупреждать Бастиана. Генерал фактически сделал меня глазами всей операции, хотя ещё недавно не позволял пройти по собственному дому без служанки.

Мы двигались медленно. Я шёпотом называла поваленные ветви, камни и расстояние до просеки. Бастиан почти не отвечал, зато каждый раз менял шаг точно в нужный момент. Пленный сначала оглядывался, но потом перестал.

Когда между деревьями показалась покосившаяся крыша, я подняла руку и прошептала:

— Стоп! Мы пришли.

Оба замерли за моей спиной.

В разбитом восточном окне охотничьего домика дрогнул слабый жёлтый свет.

А потом по стене внутри медленно скользнула человеческая тень…

Глава 19 Связной

Я тут же отступила за толстый ствол и потянула Бастиана за собой. Пленный успел пригнуться рядом. Свет в окне исчез, но через несколько секунд внутри домика едва слышно скрипнула половица.

— Там кто-то есть, — прошептала я возле самого уха Бастиана. — Один силуэт. Кажется, мужчина! Ходит по комнате.

Генерал не стал спрашивать, уверена ли я. Прижал палец к губам — я послушно замолчала — и прислушался.

Ночной лес жил слишком громкой жизнью: ветер шелестел сухой травой, где-то совсем рядом падали капли с ветвей, пленник с шумом втягивал воздух. По крайней мере, это было то, что слышала я. Ручаюсь, Бастиан различал намного больше звуков.

Он наклонился к пленнику.

— Связной приходил заранее? — еле слышно спросил он.

Мужчина отрицательно качнул головой.

В домике снова вспыхнул свет. На этот раз человек прикрыл фонарь плащом и направил узкий луч на дверной замок, потом на пол перед очагом. Он явно проверял место: искал следы, трогал оконную раму, заглядывал под стол. До встречи оставалось время, значит, связной — если это и в самом деле был он — пришёл заранее убедиться,