Проклятие - Кассандра О'Доннелл

– Забавно… – произнес Ориэль.

– Что забавно? – спросила Силанс.

– Вокруг поместья все мертвы, а те, что находятся дальше, совершенно здоровы.

Силанс с изумлением посмотрела на него.

– О чем ты говоришь?

– О деревьях, – ответил Ориэль.

Силанс подошла к окну, встала рядом с братом и начала всматриваться в сумрак, как вдруг резко ощутила, что за ней наблюдают. Оглядывая высохшую лужайку и мертвые деревья, окутанные полумраком, она не заметила ничего особенного, но кто-то вполне мог прятаться в тени и наблюдать за ними, оставаясь незамеченным.

– Я не уверена, что мне здесь нравится, – буркнула она, с шумом задернув шторы.

– А я уверен, что мне здесь совсем не нравится, – вздохнул Ориэль, а затем добавил чуть осипшим голосом: – Помнишь, ты хотела узнать, похож ли этот особняк на место из моих кошмаров?

– Да, ну и что же?

– Это он, – хрипло подтвердил Ориэль. – Это то самое место, которое мне снится. Те же комнаты, та же мебель, те же коридоры…

Силанс недоверчиво посмотрела на него.

– Ты говоришь это, чтобы меня напугать? Потому что я посмеялась над тобой, когда ты не хотел выходить из машины?

– Нет. Я говорю это, потому что это правда.

– Не может быть. Если бы это было правдой, ты бы убежал, едва переступив порог дома, – возразила Силанс.

Ориэль принял обиженный вид.

– И бросил тебя здесь? Я не такой трус, как тебе кажется.

– Но ты был до смерти напуган, когда мы приехали…

– Да, и мне до сих пор страшно. Я боюсь этого особняка, боюсь того, что может произойти, боюсь того, что видел в своих кошмарах, и мне ни капли не стыдно, потому что на моем месте любой человек со здравым смыслом отреагировал бы точно так же, но… я не убегу. Не убегу, если ты останешься здесь.

Силанс пристально смотрела на него. Обычно Ориэль не был склонен к суевериям, и по выражению его лица она видела, что брат искренне верит в свои слова. Это привело ее в замешательство. Мог ли он быть прав? Мог ли действительно видеть все это во сне? И если так, то стоит ли ей подпитывать его страхи рассказами о тревоге, которую она испытала по дороге сюда, вглядываясь в темноту леса? Стоит ли говорить, что, возможно, кто-то наблюдал за ними из сада? Она не была уверена. Не потому, что боялась, что ей не поверят или что она выставит себя на посмешище, а потому, что искала логическое объяснение происходящему и все еще надеялась его найти.

– Хорошо, – сказала она. – Допустим, тебе снились вещие сны. Кажется, так это называется?

Ориэль кивнул.

– Что, по-твоему, нам следует сделать? – продолжила Силанс.

Ориэль ненадолго задумался, но в итоге только пожал плечами.

– Я не знаю.

– А я знаю, – внезапно раздался голос в голове Силанс.

– Серьезно?

– Да, мы останемся здесь и поиграем в «Кто боится дома с привидениями?». Это забавная игра, в которой все много кричат…

– Считаешь себя шутником?

– Порой у меня неплохо выходит! – расхохотался голос.

Ориэль, который пристально смотрел на сестру с тех пор, как она начала этот безмолвный диалог, нахмурился.

– Силанс, я уверен, что твой внутренний голос может рассказать много интересного, но я бы предпочел, чтобы ты сосредоточилась на нашей проблеме.

– Прости… Ты же знаешь, я не всегда могу притворяться, что не слышу его, – ответила Силанс.

Ориэль глубоко вздохнул.

– Да, я понимаю, но у меня очень плохое предчувствие.

– Ладно, тогда остаемся начеку и следим за происходящим. А если случится что-нибудь странное, мы сразу же уедем отсюда, – заявила Силанс.

Ориэль едва заметно улыбнулся.

– Ты имеешь в виду что-то еще более странное, чем видеть тебя в пиджаке и плиссированной юбке?

Силанс взглянула на свой наряд и поморщилась. Нет, ей определенно не нравился ее новый гардероб: эти черные платья и юбки, эти пиджаки с вышивкой в форме буквы К и эти нелепые блузки с кружевными воротничками, которые Крошморы заставили ее носить.

– Можешь смеяться, но больше всего меня раздражают эти туфли на каблуке, – сказала она, поднимая ногу, чтобы показать ему.

– Это очень маленькие каблуки, – заметил Ориэль.

– Да, но это все равно каблуки, и от них у меня ужасно болят ноги, – жалобно ответила Силанс.

Ориэль не понимал, как бабушке и дедушке удалось заказать для них эти вещи, если они не знали ни его мерок, ни мерок Силанс. Он должен был признать, это была настоящая загадка. Еще одна в списке, который постоянно рос.

– Скоро время ужина. Я думаю, пора кого-нибудь позвать, чтобы нас проводили, – сказал Ориэль.

– Тебе не кажется, что мы могли бы сами найти столовую, вместо того чтобы всех беспокоить? – спросила Силанс.

Его брат покачал головой.

– Ты же слышал, как дедушка говорил о пунктуальности, верно? Если мы заблудимся…

– Ладно-ладно, я не хочу, чтобы он читал нам мораль, мне от этого не по себе…

Силанс и Ориэль вовсе не бедствовали, пока жили с матерью. Но и в золоте они не купались, так что у них никогда не было домработницы или других помощников по хозяйству, которые помогали бы справляться с домашними заботами.

– Не тебе одной, – ответил Ориэль, нажав маленькую кнопку над прикроватной тумбочкой, а затем повернулся к сестре и добавил: – Знаешь, у меня такое чувство, что все это не по-настоящему… Все это кажется фальшивым и жутким… как в старом фильме ужасов…

Силанс вздохнула. Если они действительно оказались в старом фильме ужасов, она надеялась, что впереди их не ждут голодные зомби, разъяренные безумцы с бензопилами и кровожадные вампиры, избегающие света.

– Хм… фильмы ужасов обычно заканчиваются плохо.

– Это потому, что у главных героев не хватает мозгов сбежать, едва они замечают какую-то чертовщину…

– Или потому, что эта чертовщина мешает им уйти, – вставил голос.

– Идем, – сказала Силанс, проигнорировав его замечание.

Она направилась к двери, и Ориэль последовал за ней с энтузиазмом приговоренного к смерти, идущего на эшафот. Как бы он ни старался что-то придумать, другого выхода не оставалось: он должен был убедить Силанс как можно скорее покинуть этот особняк и Уиспер-таун…

Глава 10

Мэри-Элизабет Крошмор пребывала в ужасном настроении. Весь этот шум из-за приезда близнецов вызвал у нее ужасную изжогу. И, сказать по правде, это ее безмерно расстраивало. Возиться с отпрысками своего мерзкого сынка ей было уже не по возрасту: на это у нее не хватало ни смелости, ни сил. Конечно, принять юного Ориэля, ее внука, было досадной необходимостью, поскольку ему суждено