Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

происходящего. Теперь слушай меня, отрок, на которого возлагались большие надежды и который их не оправдал. Мы, гвибеллинги, заберем у вас память и отправим восвояси. Вы навсегда забудете дорогу сюда и все, что связано со свитком и естествознательством!

– Нет, нет, нет! – запальчиво повторил Артур. – Прошу, не лишайте нас единственной возможности! Мой бедный отец томится вместе с Вингардио в пещере единорогов. Если я безвозвратно потеряю память, то уже никогда не смогу им помочь! Я ведь обещал отцу, обещал, что приду, не брошу! – голос юноши сорвался на крик, тело его лихорадочно дрожало от подступившего волнения, а на лбу появилась испарина. Страх вцепился ему в сердце, ну а более всего Артура терзало тяжкое осознание: все плохое произошло по его вине! Из-за его неправильных действий!

– Ведь и вы совершали ошибки; разве кто от них защищен в полной мере! Но они ведь как раз нужны для того, чтобы понять, осознать, измениться! Дайте мне шанс, поверьте в меня, как однажды поверил единорог.

Арио Клинч долго и напряженно молчал, подперев голову изуродованными кулаками. Летописец, казалось, раздумывал, взвешивал все за и против. Но рано или поздно, необходимо было дать ответ. Поэтому он сказал сухим дребезжащим голосом:

– Так значит Вингардио жив и находится в пещере единорогов? Не врешь ли ты, жалкий отрок?

– Я говорю правду!

– Но тогда помочь ему может лишь естествознатель, обладающий знанием Последнего слова; ведь именно он способен видеть творения единорогов.

– Поэтому мне и нужен тот свиток! Я должен прочитать его, чтобы стать естествознателем и помочь ему!

– Предназначение Последнего слова совсем иное! Оно должно помочь в борьбе с Тенью, только вот я не знаю каким образом. По крайней мере, таковым было пророчество единорогов. Теперь после встречи с тобой я уже ни в чем не уверен.

– Раз вы действительно так любите Вингардио, как говорили мне об этом, то непременно поможете! – с горячностью произнес Артур, глядя карлику прямо в глаза. Тот лишь горько усмехнулся.

– Да, я всем сердцем люблю его. Что ж. Ты дерзок, и вдобавок по твоей вине пророчество изменилось: пусть так. Думаю, единороги помогут исправить то, что неподвластно простым смертным. Я же не буду тебе мешать и бросать камни на твоем пути. Если сможешь вновь отыскать свиток – истинно будешь самым удачливым из людей, избранным во второй раз. Если же нет – то не взыщи, сам виноват. Только заклинаю, не забудь про моего друга, когда вновь станешь естествознателем. Я знаю, цель свитка заключается в спасении всех, а не кого-то конкретного, однако теперь я думаю, что всех спасти невозможно, не попытавшись оказать помощь хоть кому-то одному, – с этими словами Арио Клинч, словно в поддержку, легонько дотронулся до руки юноши, но тот неожиданно сильно вздрогнул, переменившись в лице. Старый летописец с неподдельным удивлением воззрился на Артура.

– Что с тобой?

– Рука… – пробормотал клипсянин сквозь зубы. Он никому не признавался в том, но старая рана, нанесенная одним из нукеров, болела с каждым днем все сильнее. Она надсадно ныла, покуда он спал, а по пробуждении отзывалась совсем уж острой нестерпимой болью.

– Покажи!

Артур подчинился; сняв с себя бурку, он осторожно подвернул рукав. Солнце осветило уродливо вздувшийся мрачный шрам, стрелой проходивший по его коже. От старой раны во все стороны расползались тонкие черные трещинки.

– Гематический яд, – с каким-то странным благоговением прошептал Арио Клинч, с удивлением осматривая рану. А затем он вдруг поднял голову и виновато улыбнулся.

– Знаешь ли ты, что шрам защитил тебя сейчас?

Артур с недоумением покачал головой.

– Я обманул тебя и прикоснулся, чтобы забрать память, ибо посчитал, что так лучше. Но моя сила не подействовала, поскольку она может передаваться только в здоровую, а не больную руку. Я же говорил, что летописцам нельзя доверять, особенно таким старым, как я.

Артур нервно облизнул губы: всего пару секунд назад он мог лишиться столь важного – своей памяти! Как дорого бы он за это заплатил. Подумав только об этом, юноша опасливо отодвинулся от карлика, но тот, заметив этот инстинктивный жест, лишь добродушно рассмеялся.

– Это знак, юноша, что еще не все потеряно. Клянусь землей своих предков, я не причиню тебе зла. Более того, я тебе помогу. Веришь ли ты в случайности? Я вот к старости стал верить. И раз я не смог сейчас забрать твою память, значит, этого и не требуется. Слушай же меня. В твою кровь попал смертельный яд, он действует медленно, раскрываясь постепенно. Если не выпить антидот, то любого, в чьем теле окажется яд, рано или поздно ждет гибель. Я дам тебе целительной настойки, благодаря ей ты будешь жить.

С этими словами карлик с проворством, удивительным для его преклонного возраста, нырнул в окно одного из склепов. Послышался подозрительный шелест, а затем он вновь предстал перед Артуром с каким-то странным фиолетовым пузырьком в руках.

– Сделай один глоток. Это лекарство наших предков.

Артур с большим сомнением покосился на пузырек; он и так все менее доверял неблагонадежному карлику, который чуть было без спроса не забрал у него память. Стоило ли вообще слушать его слова?

– Иначе умрешь, – поторопил Арио Клинч строго. – Взгляни на руку: она разрушается изнутри.

В этот самый момент Артур и правда почувствовал страшную боль в том месте, где была рана; она появилась словно в подтверждение версии старого летописца. Что ж, клипсянин никогда не отличался трусостью, поэтому он решительно открыл пузырек и сделал глоток. На вкус как сироп из засахаренных фиалок. У Левруды дома имелось похожее снадобье. Впрочем, оно было от кашля.

– Возьми с собой, вдруг пригодится, – по-отечески улыбнулся Арио Клинч.

– Вы перестали ненавидеть людей?

– Да, но если не поможешь моему другу, боюсь, люди окончательно падут в моих глазах.

– Я постараюсь ему помочь. Но как мне прочитать свиток?

Арио Клинч поспешно кивнул.

– Да-да, это ведь самое главное. Когда я создавал его, то делал все, чтобы его смог прочитать лишь Вингардио. Я не знал тогда, что мой друг окажется недостойным. Три ингредиента нужно собрать, чтобы свиток прочитать. Слышишь рифму? Впрочем, помимо них требуется еще что-то; единороги говорили, что избранный прочитает свиток тогда, когда придет время. Что ж, расскажу тебе о том, что знаю. Первый ингредиент, он же самый важный – кровь друга.

– Что?!

– Да, когда речь шла о Вингардио, то подходила моя: ведь я был его другом. Но в твоем случае это уже не будет работать.

– Это абсолютно невозможно, я не готов рисковать жизнью друга!

– Рисковать вовсе