Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

Но прежде чем получить ответы, путники ступили в завораживающе прекрасную страну башен. Только теперь, когда они чуть прошли по ущелью, устланному низкорослой травой точно зеленым бархатом, стало видно, что монструозные каменные постройки находятся повсюду, куда ни кинь взгляд – высокие, величавые, словно естественное продолжение скал. Заходящее солнце добела высветило каменные глыбы, показало их могучие, поросшие голубым лишайником остовы, во всей красе выявило их стройные станы, сужавшиеся кверху. Гибкие, будто девицы, они тем не менее являлись совершенно недостижимыми для врагов.

Дело в том, что вход в башни осуществлялся со второго этажа, что исключало возможность тарана и делало постройку неприступной с земли. Поднимались туда по приставным лестницам. Кстати по ним же перемещались внутри самих башен.

Путников не стали заставлять проходить внутрь; им позволили встать в тени сероглавой постройки. Один карлик любезным жестом протянул гостям воду в тыквенной фляге. У него была пропорциональная фигура, добродушное, даже немного жалостливое лицо и чудаковатые глаза, напрочь лишенные ресниц. Сложно было сказать, в чем именно заключалась их странность – в отсутствии естественного обрамления, либо же во взгляде – бесхитростном, но в то же время проникающим в самую душу, но ребята отчего-то не захотели смотреть ему в глаза. На вид ему было около двадцати, однако гвибеллинги все выглядели приблизительно одного возраста и на одно лицо. Хотя, может, так только казалось из-за однообразной одежды, похожих жестов и манер, одинаковых шапок?

Когда Артур взял флягу из его рук, страшный зверь поодаль искривил морду в озлобленном оскале, словно показывая, что в отличие от излишне добрых хозяев нисколечко не доверяет пришельцам. Диана тоже увидела животное и невольно прижалась к Артуру всем телом, Тод же грозно шикнул бравируя:

– Пшел прочь!

Зверь еще сильнее замотал хвостом, подметая все вокруг, а карлик неожиданно проговорил тихим и мелодичным голосом на чистейшем беруанском наречии:

– Это ирбис. Питается горными козлами, но и людьми не брезгует. Не стоит его пугать.

– Скорее уж вы нас напугали, – возразил Тод. – Мы пришли с миром.

– Где же ваша мирра? – таким же медленным и певучим голосом поинтересовался гвибеллинг.

– С миром. То есть без войны. Мы не хотим проблем, – раздельно проговорил Тод, предприняв попытку объясниться.

– Мы тоже, – добродушно согласился с ним карлик. – Поэтому мы не особо жалуем гостей.

Он пропел эти слова так плавно и изящно, словно сопровождал их звучанием флейты. Наверное, именно поэтому ребята сперва не до конца осознали смысла сказанного. Воцарилась напряженная тишина, и тогда Артур поспешил вмешаться:

– Прошу прощения за то, что явились без приглашения. О вашем городе нам рассказал Дрейворд Клинч, библиотекарь школы Троссард-Холл. Он же наделил Тода чувством дома, чтобы мы смогли вас найти. Мы долго шли, и я очень прошу принять нас и выслушать! Нам надо поговорить с летописцем, Арио Клинчем! Это касается в том числе и Вингардио!

Карлик, протягивавший им флягу, загадочно молчал, а его странные глаза, лишенные ресниц, строго разглядывали их жалкую компанию.

– Вы поговорите с ним, – наконец, решил он. – А пока побудете нашими гостями, – безо всякого радушия в голосе добавил он; глаза его немного слезились, словно он заранее оплакивал их судьбу. Прояснив таким образом участь пришельцев, вооруженные ножами гвибеллинги разошлись по своим делам, растворившись в ущелье так же быстро и неожиданно, как они и появились. Путники остались одни. Впрочем, одни ли? Или в компании трех прекрасных ирбисов, которые тесно окружили их со всех сторон, напрочь лишая возможности сбежать.

Артур для вида сделал осторожный шаг в сторону, но один из барсов так молниеносно обнажил клыки, что стало предельно ясно: статус гостей отнюдь не позволяет путникам беспрепятственно перемещаться по краю гвибеллингов. Осознав только сей печальный факт, они пригорюнились.

– Да что же это! – едва контролируя себя, в сердцах выкрикнул Тод, а истеричный голос его гулким эхом пронесся по ущелью. – Нас оставили с этими злобными зверюгами? Если мы гости – то почему бы не усадить нас у теплого очага и не накормить сытной едой? Я продрог до костей, устал как собака! Сколько уже можно претерпевать! В конце концов, я… Хочу домой.

Последняя фраза прозвучала по-детски отчаянно, и Артур с искренней жалостью покосился на приятеля. Несмотря на прошлые обиды, издевательства и даже предательство, он вполне мог встать на его сторону, ибо сам смертельно устал от всех неприятностей. Но вот Тод поднял голову и обратил свой мутный злобный взор на соперника:

– Все беды из-за тебя! Слышишь?

– Замолчи, Тод! – резко прервала его Диана.

– Нет, пусть знает! Я его не-на-ви-жу! И зачем, зачем я во второй раз поперся с тобой! Дурацкий свиток, на кой короед он мне сдался!

Беруанец сопровождал свою обвинительную речь беспорядочным потрясанием кулаков и бранью, однако наброситься на Артура он так и не решился. Он оборвал свои слова так же неожиданно, как начал, и, плюхнувшись на землю, в полном изнеможении обхватил голову руками.

Артур молча обернулся и с сильной тревогой посмотрел на Диану. Хрупкие плечи девушки изредка подергивались от холода, и Артур, сняв бурку, накинул ей на плечи и бережно прижал к себе. Сердце доброго юноши разрывалось от осознания собственной беспомощности: ведь перед своей совестью он держал ответ за жизнь любимой и друзей. Наверное, он и правда совершенный неудачник; любое его дело обречено на провал. Сейчас они вроде преодолели, дошли, но извлекут ли они из этого какую-то пользу? Поможет ли им в действительности Арио Клинч? И главное – смогут ли они помочь друзьям: Тину, Даниелу, Питу… В этот тяжелый момент Артуру подумалось, что все люди, которые появляются в его жизни страдают; увы, страдает и он сам.

– Они… Не посмеют нам ничего сделать, – предпринял он слабую попытку утешить Диану. – Все будет хорошо, я поговорю с Арио Клинчем. И потом, ты же слышала, как они нас называют: гости…

– Что бы ни было, я ничего не боюсь, – ровным голосом ответила отважная кагилуанка. – Слышишь? Ничего! Даже смерти.

Артур знал, что она так говорит из любви к нему. Чтобы он меньше переживал. Близкие и по-настоящему родные люди так делают, и в этом заключается их маленькое, но такое героическое самопожертвование.

Солнце постепенно исчезало в низко нависших облаках, и в горах становилось по-настоящему холодно. Шквальный ветер страшно завывал в острых скалах, туман обволакивал все вокруг, мешая обзору, от холода деревенели руки, а