Фантастика 2026-90 - Василий Седой

на свою голову вызвался Далан Якутский. Бедняга! Даже не знаю, кто из них в итоге больше страдает. Свадебную дурь в хорошенькой головке Виктории Саратовской подвинули экзамены и зачёты, но нет-нет, а рецидивы случались с пугающей регулярностью в самый неподходящий момент.

— Так, — Надир отпил из своей чашки и убрал её в сторону, чтобы не мешалась. На освободившееся место подвинул папку. — Пока ты наслаждаешься трофейным кексом, давай сведём воедино всё, что собрали по жертвам «Смертельного союза».

Я пересела поближе к нему, чтобы лучше видеть.

Не дело уходить на каникулы без промежуточных итогов. Последний месяц мы активно штудировали базу по курсантам СВИ за последние два года. Среди них однозначно должны быть жертвы Латинского Трио. Ритуальный круг в подвалах института не для красоты нарисовали, и Вася не первая, кого в нём замучили.

Допуск «Б» позволил мне без труда раздобыть списки всех, кого перевели в филиалы и кто ушёл сам, а затем Надир методично отслеживал их судьбы по соцсетям, блогам и форумам. Я помогала ему по мере возможности. Сил и желания хоть отбавляй, но у выпускницы и лидера курса с обязанностями председателя нет времени даже волосы лишний раз расчесать.

— В «зелёном» списке все, кто перевёлся, — объяснил Надир, вынув бумаги с разноцветными стикерами на полях. — Девять из них выпустились с результатом выше среднего, остальные ещё учатся.

«Значит, эссенция стихий при них», — я передала мысль телепатически, чтобы не говорить с набитым ртом. — «Вычёркиваем».

— Всех, кроме Аллы Мологской, она взяла академический. По какой причине, ещё не узнал. Займусь сразу, как вернусь из Самарканда.

«Вряд ли это что-то серьёзное. Из Аллы нет смысла делать болванку. Наши кандидаты должны иметь весомое влияние в губернаторских семьях, а кто слышал про Мо́лог?»

— Двойка тебе по географии, княжна Тобольская! Не Мо́лог, а Моло́га, третий по величине город в Ярославской губернии. Алла — старшая дочь его главы, а глава женат на единственной дочери губернатора Ярославского. Она в группе риска — её дед сторонник князя Любомира, как и твой отец.

«И всё же мелковата фигура», — протянула я с недоверием.

— Зато к ней легче подобраться.

«Ладно, оставим на карандаше».

Проклятье, я становлюсь похожей на Зэда! В общении телепатией есть своя притягательность, но за правило брать не сто́ит. Невежливо как-то.

Отодвинула тарелки в сторону, чтобы больше не отвлекали. Закончу ужин вместе с Викой.

— Эти трое погибли, — Надир переключился на «синий» список. — Пьяная автокатастрофа, нападение стихийной твари на практике у западной границы и осложнения после перенесённого менингита Лемминга. На первый взгляд ничего подозрительного, трагичное стечение обстоятельств. Уголовные дела по ДТП и нападению твари прекращены в связи со смертью виновника и за отсутствием состава преступления соответственно. Были эти ребята болванками или мы на них наговариваем, уже не узнать. Вполне возможно, их гибель никак не связана с Трио.

Я скользнула взглядом по официальным формулировкам на бумаге.

— Согласна, — кивнула с неохотой. — Но если строить теории: они могли умереть ещё до активной фазы ритуала, как тот же князь Асхабадский, или чужие души просто не прижились в их телах. Период адаптации — три-четыре дня после замены. Если болванка не умрёт в этот срок, значит, донор был правильно выбран, и всё отлично. А если умрёт... Тогда в дело вступают те, кто должен обставить смерть как несчастный случай.

Самаркандский непроизвольно поёжился.

— До сих пор не привыкну, что можно вот так спокойно говорить о кровавом ритуале...

— Всего лишь грань жизни. А кто чёрным цветом обозначен?

— Геннадий Карасубазарский. В прошлом году он участвовал в дуэли и прикончил соперника. Семья отреклась от него ещё до суда, у них свои проблемы, поэтому срок парню впаяли по максимуму.

— Тоже мимо, получается, — констатировала я. — Нашему Трио нужен не человек, а его влияние в семье.

— Именно. Поэтому, — Надир с драматическим видом вынул из-под стопки несколько листов, помеченных красными стикерами, — на текущий момент самый перспективный кандидат в болванки — Саханай Якутский, платиновый медальон.

— Родственник Далана?

— Вроде как троюродный брат или дальше, — дёрнул он плечом. — У них очень запутанное семейное древо из-за старой традиции многожёнства и неразберихи после её запрета. Саханай — старший внук главы Якутской области и первый в очереди наследования.

— В обход отца? — удивилась я.

— Не в обход, а вместо. Его отец погиб в битве с японцами возле острова Адмирала Псковского. Это есть в личном деле. Ознакомься, пока Вика не явилась.

Взяв «красную» распечатку, я быстро прочла собранное досье. Саханай на два года меня старше, братьев и сестёр не имеет, обучался на факультете «Княжеских войск» и был отчислен за три месяца до защиты диплома по причине плохой успеваемости. Для платинового медальона это более чем странно — таких обычно не отчисляют, в крайнем случае переводят в филиал.

— Ты прав, подозрительно выглядит.

— Потому что неправда, — Надир развернул стул в мою сторону, его голос приобрёл интригующие нотки: — Я поспрашивал о Саханае старших товарищей и Ксюшу, аспирантку из медблока, и выяснил интересную подробность: за неделю до отчисления Якутский пытался покончить с собой из-за ссоры с девушкой. Оставил прощальную записку и наглотался какого-то лекарства. К счастью, его нашли почти сразу. Ксюша помогала Вэлу его откачивать.

— Ту девушку тоже нашли?

— Нет! Представляешь, она словно сквозь землю провалилась, а сам Якутский отказался называть её имя якобы из соображений приличия. На момент их отношений он был помолвлен с другой.

— Помолвка, так понимаю, сорвалась?

— Сразу, как только неприятная правда вылезла наружу. Но, — Надир выразительно поднял палец, — скандала не случилось: князь Якутский выплатил семье невесты неустойку алмазами, и они по обоюдному согласию разорвали договорённости. Убитого горем парня отчислили одним днём, родственники отвезли его домой, и с тех пор Саханай ведёт тихую жизнь. С институтскими друзьями не общается, страничку в соцсети забросил, лишь иногда выкладывает фотографии с дедом и короткие записи, в основном про рыбалку и засолку грибов.

— Дай догадаюсь: прежде он таким не увлекался?

На губах Надира мелькнула улыбка:

— Прямо как ты зоологией.

— Эй, ты не видел мою коллекцию наклеек с динозавриками из жвачки! — притворно возмутилась я. — На всю дверцу шифоньера, между прочим.

— Ладно, ладно, Вась, верю.

Я снова глянула на фотографию