Фантастика 2026-90 - Василий Седой

— Как только, так сразу, — протяжно вздохнула рыжая. — Я просто хочу, чтобы всё было идеально! Разве это плохо? Свадьба бывает один раз в жизни.

Теперь уже вздохнули мы, поняв, к чему идёт разговор.

— Вообще-то, не один...

— А у меня будет один, и я хочу запомнить её с улыбкой, а не истерикой! Но тут подкралась беда, откуда не ждали. Бабушка, в чьём платье я собираюсь идти к алтарю, не одобрила тему свадьбы. Представляете? Говорит, что стиль «лебединой верности» — это мещанство, и оплачивать такое непотребство семья не будет. Пришлось сменить тему на «ретро-элегант». Повторим церемонию, какая была у них с дедом. Мы с мамой уже просмотрели сотни записей того дня, и, святой Иннокентий, покровитель Саратова, их свадьба была невероятно красивой!

— Так в чём беда, раз тебе понравилось? — спросила я в ожидании подвоха.

— А в том, что ни на одном кадре нет свадебного торта.

Торта? Мы с Надиром посмотрели на Вику как на спятившую. Если это и есть та проблема, ради которой она забила на тренировки, то ей пора сходить к Вэлу на ЭнРП мозга.

— Уверена, что он вообще был?

— Разумеется! — Саратовская хлопнула ресницами. — Его просто не могло не быть. Торт — ключевой атрибут любой свадьбы. Как можно повторить церемонию, если мы не знаем, как он выглядел?

— Так спросите у бабушки.

— Спрашивали. Она не помнит.

— Ох, Вика... Раз никто не помнит, так придумайте сами, — предложил Надир. — Вам же лучше.

Возмущённо фыркнув, подруга цапнула с моей тарелки второй пончик.

— А вот ни разу! Бабушка врёт, что не помнит, из природной вредности. Характер у неё такой... своеобразный. Закажем мы торт на своё усмотрение, а она в последний момент покажет фотографию и закатит истерику.

— Тогда расспросите дедушку. Или он такой же вредный?

— Он-то нет, — вздохнула Вика. — Но дедушка реально забыл.

— Как у тебя сложно.

— И не говорите. Всё должно быть максимально аутентично! Торт, декорации, платья... Через месяц я вышлю вам эскизы подходящих нарядов. Надиру попроще, но ты, Вась, подружка невесты, дресскод будет в строгом соответствии с ретро-эпохой.

— Кто б сомневался, — отозвалась я. Надеюсь, во времена бабушки Саратовской турнюров уже не носили.

— Удивлена, что ты о своей свадьбе ни словечка, — Вика воззрилась на меня с обвинением. — Тобольские уже начали подготовку? Полгода осталось.

— Полгода и восемнадцать дней, — поправила я. — Лучше не спрашивай, или отберу пончик.

— Ну да, конечно, — съязвила она. — Это всего лишь самый лучший день в жизни девушки, зачем к нему готовиться? Надо просто прийти в церковь и сказать «так точно».

— Всё, отдавай пончик.

— Ладно, молчу!

Мама не раз пыталась завести со мной разговор на свадебную тематику, но далеко мы не продвинулись, даже с платьем не определились.

Предстоящая церемония до сих пор казалась мне чем-то фантастически нереальным. С одной стороны, я привыкла к кольцу на пальце и статусу невесты Красноярского, он давал какую-то непонятную уверенность. Неважно, какие между нами с Яром отношения, в серьёзной ситуации он сделает всё, чтобы защитить ту, кто называется его невестой; это вопрос престижа его же собственной семьи. И все остальные это знают, ту же кличку «кровавая язычница» я с начала года не слышала. Но с другой — дата свадьбы висела Дамокловым мечом над головой, и мне самой же предстоит перерезать конский волос...

— Слушай, Вик, — я воззрилась на девушку хитрым взглядом, — а вы с Кириллом не думали сбежать от всей этой мозговыносящей суеты и пожениться тайно?

Эффект был мгновенным. Друзья отпрянули от меня, будто я предложила им утопить котёнка.

— Вася, так нельзя!

— Почему? Это ваш день, зачем терпеть его в угоду другим? И вполне можете обойтись без исторического торта с тонной пластилина и голубями внутри.

— Ну даёшь, — покачала головой Вика. — Иногда ты такая разумная, а иногда... Иногда такая Тобольская! Ты уже шокировала общественность кровавым ритуалом, но ритуалы ещё не самый кошмар. Обвенчаться без родительского благословения во стократ хуже.

— Даже если родители уже согласились с выбором детей?

— Доброе дело не творят тайно, — пояснил Самаркандский. — Им делятся с миром, иначе счастья не будет.

Сколько ж у них в Княжестве «непростительных заклятий», оказывается.

— Точно. Ненадолго забыла, в каком мире мы тут живём.

— Кстати о ритуалах... — Вика устремила задумчивый взгляд сквозь дырку в закусанном пончике. Секунда, и её личико озарила безумная улыбка. — Один такой можно было бы провести над моей бабушкой.

— Чего?! — Мы с Надиром чуть не выплюнули чай на стол.

— Не о том подумали, бестолочи! — возмутилась рыжая. — Успокойтесь, я не про кровавый ритуал, а про ментальный. Такие не запрещены.

— Поясни подробнее, пожалуйста.

— На факультативе по философии мы читали биографию выдающегося псионика Сяо Дина. — Достав из сумки курсантский планшет, Вика показала нам портрет китайца преклонных лет с миролюбивым выражением на лице. — Он мастерски владел множеством ментальных примочек, одной из которых была техника «Живых воспоминаний». Такая интересная! Во время медитации Сяо мог погружаться в любой день из собственного прошлого и заново переживать его события, причём даже те, о которых давным-давно забыл. Прикиньте, как круто? Но это ещё не всё. При помощи нехитрого ритуала Сяо таким же образом стимулировал память своей жене. Теперь поняли, о чём я говорила?

— Кажется, да. Но это близко не назвать ритуалом.

— Ай, без разницы! — отмахнулась Вика. Она так увлеклась рассказом, что совершенно не заметила, какими внимательными мы стали. — Сама по себе техника простая, там всего два абзаца, но толку-то? Без псионика ничего не сработает, а взять его негде. Жа-аль. Десять минут, и дедушка бы описал треклятый торт во всех подробностях, хочет того бабушка или нет!

— Ну-ка, Вик, перекинь мне биографию Сяо Дина, — Надир активировал свой планшет. — Хочу почитать на досуге, развеять мысли, отвлечься, а то у стражей в программе одна военная история с тысячей дат.

— Не с тысячей дат, а с миллионом, не скромничай, — ухмыльнулась Вика.

Она знает, о чём говорит. На факультете «Логистики» этот предмет входит в список