Питер Грант - Бен Ааронович

несся за ней, пот застилал глаза. То ли она начала наконец уставать, то ли я каким-то чудом ускорился, но, как бы то ни было, я стал ее настигать. Только куда же ей деваться? Глассхаус-стрит выходит на Пикадилли-Серкус, там сумасшедшее движение, толпа туристов, в которой легко затеряться, и станция метро. Метро… Лестница в подземку расположена как раз там, где Глассхаус-стрит выходит на площадь.

Так и вышло. Миновав отвратительно-розовый фасад пышечной, она стала держаться правой стороны – там был вход в метро. Я это просек, но нас все еще разделяло не меньше двух ярдов, и я никак не мог сократить это расстояние. Тут она внезапно метнулась влево, чтобы обогнуть магазин «Бутс» и выскочить на Шефтсбери-авеню. Сперва я не понял зачем, а потом заметил у входа в метро пару констеблей из Общественной поддержки, лениво облокотившихся на перила лестницы. Очевидно, Бледная Леди решила, что они тоже ее ловят.

Она пересекла островок безопасности, оттолкнулась от хэтчбека, вскочила на крышу «Форда Мондео», пробежала по ней и спрыгнула вниз, аккурат перед кафе «Джунгли». И бросилась бежать, расшвыривая по сторонам туристов. Проскользнув между машинами, водители которых ожесточенно сигналили, я снова рванул за ней. И прямо взвыл от досады, когда она, резко свернув, метнулась к Трокадеро. Вход туда один: эскалаторы, поднимающие посетителей на один этаж над землей. Гнаться за преступником вверх по эскалатору – ночной кошмар каждого копа. Нет никакой гарантии, что преступник не затаился там, наверху, и не столкнет вас обратно вниз. Но упускать Бледную Леди было нельзя, и я бросился вверх по эскалатору, движущемуся вниз, рассчитывая, что если она и будет меня ждать, то с другой стороны. Моя затея увенчалась бы полным успехом и я мог бы собой гордиться, если б Бледная Леди и впрямь дожидалась меня наверху.

Центр Трокадеро – пятиэтажное незаконное дитя здания, возведенного в 1896 году в стиле псевдобарокко. За сто с лишним лет оно, несчастное, чем только не служило: и концертным залом, и рестораном, и галереей восковых фигур. В середине восьмидесятых его интерьер полностью демонтировали, заменив сюжетами из «Бегства Логана»[146]. Хотя, может быть, это просто мне так запомнилось. Теперь здесь кинотеатр и многоуровневый развлекательный центр, и его-то я помню лучше некуда, потому что мама в свое время работала здесь уборщицей. А один из ее братьев знал, как на халяву сыграть во второго «Уличного Бойца».

Я добрался наконец до верхней ступеньки эскалатора. Впереди мелькнуло розовое – это Бледная Леди спрыгнула на маленькую лестницу, ведущую на промежуточный этаж, и приземлилась прямо посреди компании пухленьких белых девчонок в черных толстовках. Они бросились врассыпную. А я рванул за ней и мысленно взмолился: пожалуйста, только не в кинотеатр! Ибо мультиплекс – худшее место для преследования преступника, не считая минного поля. Поскользнувшись на мокром полу, Бледная Леди метнулась налево.

– Полиция! – заорал я. Девчонки снова поотскакивали в стороны.

– Козел! – крикнула одна из них мне вслед. Я сбежал по ступенькам и бросился за Бледной Леди по промежуточному этажу. Она пробежала сквозь часть ресторанного дворика с кучей столов и стульев, которые загораживали путь. Какой-то бедолага выбрал неудачный момент, чтобы встать из-за стола, и Бледная Леди заехала ему локтем по голове. Он тяжело рухнул на пол, перевернув столик. Поднос из-под еды выпал за перила лестницы и, крутясь, полетел вниз через все три этажа.

– Полиция! – снова заорал я. Ответом послужили лишь недоуменные взгляды посетителей. Я правда не знаю, зачем мы так сотрясаем воздух. Его мне в этот момент и так не хватало.

Бледная Леди, сбежав по следующему межэтажному пролету, свернула в темный зал, где мигали разноцветные огни и играла громкая музыка. Голубая неоновая вывеска над входом гласила ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ПАРК РАЗВЛЕЧЕНИЙ.

В зале было полно народу, в основном молодежь и подростки, коротающие время до открытия ночных клубов. Они сидели за игровыми автоматами и играли кто во что, в том числе и в старые-престарые гонки, которые я помню еще из своего детства. Если Бледная Леди смешается с этой толпой, подумал я, мне ее уже не найти. Но либо она следовала какому-то определенному плану, либо понимала, что карающий меч Лондонской полиции уже готов обрушиться на нее с огромной высоты. Нельзя так просто убить человека в полицейском участке и избежать возмездия. По крайней мере, не имея в кармане полицейского удостоверения.

Посреди зала было два эскалатора, они вели наверх. Заметив парнишку, который на что-то показывал пальцем, в то время как его приятель доставал смартфон, я понял, что они увидели Бледную Леди. Заранее оглядевшись, я сообразил, что если вспрыгну на автомат с драже «Скиттлз», то, подпрыгнув повыше, дотянусь до перил эскалатора и смогу перелезть на ступеньки. Так я и поступил – и оказался совсем рядом с Бледной Леди, которая ехала вверх, лежа на спине, чтобы ее не было видно из зала. Она зашипела и попыталась ударить меня ногой в лицо, но я вовремя увернулся. Ее ступня просвистела у меня над ухом. Я отпрянул, в то же время пытаясь наступить ей на ногу в районе колена. Она отдернула ногу, а другой снова попыталась ударить меня, теперь уже по яйцам. Я дернулся в сторону, и удар пришелся в бедро. Он был такой силы, что я аж пошатнулся. Бледная Леди уже готовилась врезать мне снова, но тут мы доехали до верха.

Она вдруг взвыла, и я увидел, что волосы у нее застряли в зубцах эскалаторного полотна, там, где оно соединяется с полом. Она яростно забила ногами, перекатилась на бок и сделала невероятную стойку на голове, пытаясь освободиться. Я схватил дубинку, растянул ее и, размахнувшись, ударил со всей силы. Второго такого случая могло и не представиться.

Нас вообще-то специально учат работать с дубинками. А вовсе не вручают просто так – держите, мол, ребята, и постарайтесь никого не убить. Нет, дубинкой можно легонько хлопнуть – это будет предупреждение, или намеренно долго замахиваться от плеча, чтобы у потенциального преступника было время уйти из-под удара. Еще есть подлый удар понизу, в бедро, – его обычно не записывают на видео. Но основной принцип такой: сила удара всегда должна соответствовать ситуации и быть точно рассчитана.

Вот поэтому, улучив момент, когда Бледная Леди встала вверх тормашками, я бросился к ней и ударил по бедру что было сил. Под дубинкой хрустнуло, и Бледная Леди взвыла так, что заглушила даже громыхающую музыку и треки игровых автоматов. А потом ударила меня