Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

— Синяя изолента надежнее чёрной? — усмехнулся Вася.

— Починила первым, что попалось под руку, — прыснула я. — Да я потом её получше сделаю.

Рэдрик осматривал деревню на горизонте.

— Пойдём? — Вася хлопнул своего напарника по плечу, потрепал меня за щёчку и первым двинулся в путь. Его бордовый костюм, сделанный из материала наподобие сомниаторской "грибной кожи", напоминал охотничий. Да и вообще все эти бляшки, ремни и шипы придавали Васе весьма боевой вид, словно он шёл сражаться с драконом. Повязка на киберглаз была весьма кстати. Но это была лишь маркировка — Вася видел гораздо лучше всех нас вместе взятых. Ему вовсе не нужны были универсальные очки и ночные линзы. Глаз, выбитый зарядом из аркебузы во время первой васиной экспедиции, заменил умный гаджет. "Не было бы счастья, да несчастье помогло" — поговорка именно на этот случай. Вот такой вот у нас Вася Зоркий глаз времён киберпанка. Янтарный Камень в форме капли тоже отлично дополнял образ. Рэдрик был одет иначе. Длинная тёмная свитка, серые шаровары, плащ неопределённого цвета с большим капюшоном. И сумка в этническом стиле через плечо. Если Вася был охотником, то Рэдрик походил на молодого послушника. Или на Красную Шапочку. Но его невинность была обманчива — двойные палаши были при нём. А также лазерная пушка, кинжал и шокер. Не знаю, что было у него в прошлом, но это что-то порой накрывало его, и он становился очень странным. Стального цвета Камень был в форме шестиугольника, как у местных, носящих духовное звание.

Вскоре мы дошли до конца деревни. По дороге я и Вася оживлённо переговаривались. Вася рассказывал, как в первой экспедиции по ошибке забрёл в городок, и его гвардейцы тащили в городскую тюрьму, а он отпирался, в результате чего ему крепко досталось. Причина — сработал спусковой крючок на лазерной пушке. Стены как не бывало. Некоторое время у него даже фобия была, и он за километр обходил любые населённые пункты.

Я, в свою очередь, сообщила события вчерашнего дня, умолчав об истории с отравлением, иначе не миновать недельного постельного режима. С особой тщательностью описывала Шепсо и атмосферу там, и гвардейцев, и запыхавшуюся Лараши с синдромом Дауна, и бандитов...

— Теперь понятно, откуда у тебя столько синяков и левая рука распухшая! Лу, умоляю, будь аккуратнее! — покачал головой Вася.

— Вась, как думаешь, насколько неэтично и преступно для планразведа... скажем, убить группу людей, если тобой овладело состояние аффекта, а эти люди хотели убить другого человека... даже целую группу... или если не хотели убивать, а хотели причинить вред здоровью?..

— Проверка пяти пунктов! — перебил меня Вася. — Первое: твоей жизни или жизни дорогих тебе людей угрожает прямая опасность. Второе: они напали первыми с оружием, способным убить. Третье: они прекрасно понимают, что делают. Четвёртое: битва с твоей стороны будет честной. Пятое: другого выхода нет. Если совпадают все пять пунктов, можешь "разрешить себе перешагнуть через кровь", как было в "Преступлении и наказании" Фёдора Михайловича Достоевского. Естественно, при условии, что ты не делишь людей на материал, который можно спокойно использовать, и сверхчеловеков, которые сами тебя используют. Не скажу, что пять человек за четыре с половиной месяца — мясорубка. Но предполагаю, что иначе ты бы явилась сюда по частям.

— Даже так бы не вышло, — вздохнула я. — За зелёные глаза колдуны с улицы Задушенных дают много монет.

— Хм, вот как! Зелёные глаза редкость, их надо беречь. Вообще все глаза надо беречь, нам их дают всего две штуки и без дополнительных комплектов. Тогда вопросов нет.

— Вообще-то есть, — я решила перейти к следующему вопросу. — Заговор. Революционный заговор. Одна из причин, почему я стала гвардейцем. Что делать?

Вася задумался.

— Это событие, которое непременно должно свершиться, дать толчок ходу истории. Очень много великих вещей происходили в результате революций, даже если они были неудачными. Так что не советую мешать этим молодым людям, которые действуют от чистого сердца. Да, дальнейшая их учесть будет печальна, но... но ты их не спасёшь. Ах, Лу, мы наблюдатели, а не спасатели! Нам приходится видеть, как хорошие люди погибают, а всякая дрянь достигает высот. Но мы не можем мешать этому. Вдобавок мы можем сделать только хуже из самых бескорыстных и добрых побуждений. Так что придётся смириться.

Он немного помолчал, поглядывая на напарника, а затем добавил:

— Единственное, о чём прошу, — постарайся не попасться. Сымитируй тяжёлое ранение и не ходи на это Восстание декабристов, или замаскируйся и сбеги от стражи, когда будет слишком жарко. Одним словом, ни в коем разе не доводи дело до ареста и тюрьмы — не отделаешься. Просто свали. Мы чужаки, наше дело — вовремя свалить.

— Понятно, — вздохнула я. Эшело жалко. Но постараюсь спасти хотя бы его. Ладно же, и Андрэша спасу, хоть он и буянистый. Сколько там до восстания?

— Извините, что беспокою, но у нас земные гости, — бросил через плечо Рэдрик, шедший впереди, чтобы нам не мешать.

Я и Вася повернули головы. К нам неторопливо приближалась человеческая фигура.

— Проклятье! Вечно этот старый коршун... — злобно пробормотал Вася. Это было сказано совсем тихо, но я прекрасно слышала. — Сказал же ведь, понимаешь, что в другую сторону пойдёт! Янус Двуликий!

Этот узковатый силуэт, высокомерно поднятая голова, ровная походка...

— Адвена? — подумала я вслух.

— Кто же ещё? — фыркнул Вася.

Моё настроение сразу испортилось. Неужели... Нет, это неспроста всё...

Адвена подошел настолько, что мы могли сосчитать волосы на его чубе. С висками можно было не заморачиваться, ибо они были выбриты. Но это не делало его ромбовидное лицо ещё лучше. Вообще он был какой-то непонятный, словно сложенный из разных геометрических фигур. Костюмчик тоже был так себе, как по покрою, так и по сочетанию цветов. Тем не менее Адвена гордо делал вид, что нас не замечает, пока не очутился на расстоянии трёх шагов от нас.

— Приветствую вас, коллеги! — торжественно объявил он, но звучало это так, словно нам отвечал голосовой помощник. Хотя нет, вру. Даже голосовой помощник более искренний и менее надменный. — Надеюсь, каждый из вас знает, для чего мы, как люди, являющиеся собой цвет планеты Земля, прибыли на эту удивительную и невероятную во всех отношениях планету...

— Простите, профессор, но зачем вы вернулись к нам? — вежливо перебил его Вася, хотя я