Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

— Нет. Он сказал, что мог бы защититься на это звание, но ему интереснее практика.

— Может и так, — не стал спорить Кайден. — При его социальном статусе в этом, по сути, нет необходимости. Он и так может получить доступ к любым исследованиям и участвовать в любых проектах.

— А вы ради этого защищались на архимага?

— В том числе, — кивнул Кайден. — К участию в призыве, например, допущены только архимаги и магистры первой степени.

— А к эльфам получились допущены первокурсники, — развеселилась я, но потом вспомнила, что случилось по дороге, и вздохнула. — Хотя вы правы, если бы Элтар заранее знал, что мы с ним напрашиваемся потому, что на эльфов посмотреть хотим, он бы нас ни за что не взял. И так чуть в ближайшей деревне не оставил.

Кайден посмотрел на меня так, что захотелось срочно куда-нибудь спрятаться.

— Если бы я об этом знал, ни за что не стал бы его просить, — недовольно поджал губы завуч.

— Вот видите как хорошо, что вы оба не знали, — сделала вывод я, на всякий случай отойдя к другому концу дивана. — Все ведь хорошо закончилось.

Тэль вернулся минут через десять. Мы с завучем одинаково подозрительно посмотрели на совершенно сухого эльфа. Но ведь и пота не было, значит, как минимум умывался.

— Что, с повелителями воды еще общаться не приходилось? — усмехнулся он.

У Кайдена вид стал, как у маленького мальчика, впервые увидевшего заводную машинку. И это наш не в меру крутой завуч. Бывает же…

— Кто такие повелители воды? — пользуясь случаем, поинтересовалась я.

— Объясните ей? — кивнул Тэль на диван, предлагая пациенту вернуться туда.

Пока эльф занимался лечением, я узнала от Кайдена, что стихийники — это маги, имеющие врожденную яркую предрасположенность к одной из стихий: огня, воды, воздуха или земли. По близости к стихии они делились на сторонников, побратимов и повелителей. Сторонникам легче давались заклинания близкой стихии, мощность заклинаний была выше примерно в два раза при тех же затратах энергии, что у остальных магов. Таких было довольно много, примерно каждый тысячный дипломированный маг. Побратимы встречались значительно реже, и отличались тем, что стихия не причиняла им вреда. Так, побратим огня мог войти в горящий дом и выйти оттуда, совершенно не пострадав, даже не применяя магию.

— То есть ты можешь нырнуть в речку и не утонешь, даже если не вынырнешь? — удивленно посмотрела я на Тэля.

— Я повелитель, — повернулся он ко мне, решив сделать небольшой перерыв. — Вода просто расступится, потому что я так захочу. Я могу сутками стоять под горным водопадом и не мерзнуть, потому, что вода нагреется ради меня.

— Ничего себе! — восхитилась я. — Вот тебе повезло!

— Не так все просто,- улыбнулся эльф. — Врожденная предрасположенность безусловно важна, но ее нужно развивать и стихия имеет привычку испытывать тебя в самые неожиданные моменты, определяя, насколько ты близок ей. Мы с водой уже все решили и во всем разобрались, но так бывает не всегда. И сколько не повторяй идущим по этому пути, что нужно верить своей стихии, это получается не у всех.

— А что за испытания? — вопрос задала я, но Кайден так жадно смотрел на эльфа, что никаких возражений против продления перерыва у него явно не было.

— По-разному, лично я тонул. Побратимом меня тогда уже официально признали, так что воды я не боялся и нырял на любую глубину. Однажды, когда я нырнул достаточно глубоко, вода неожиданно стала очень плотной, и я увяз в ней, как в киселе. Когда легкие уже горели от нехватки воздуха, и я был на грани потери сознания, кислород стал как-то поступать прямо через кожу. При всех моих познаниях в медицине я до сих пор не могу понять, как это происходило. Я пробыл так под водой примерно полчаса, после чего стихия позволила мне вернуться на поверхность. Вот так я стал повелителем воды.

— Ничего себе, — я даже голос понизила, настолько мне было страшно во время его рассказа, хотя передо мной и сидел живой и здоровый участник событий.

Кайден вообще как-то нехорошо позеленел, видимо вспомнив свои утренние ощущения.

— Говорят одного из повелителей воды, жившего задолго до меня, унесло рекой к водопаду и сбросило вниз в потоке, но подробностей я не знаю, только то, что он выжил и стал повелителем.

— А что происходит с теми, кто не проходит испытание? И что значит верить стихии?

— Во времена моей юности у людей появился побратим воздуха, которому прочили стать повелителем. Он летал без всяких заклинаний, купался в воздухе, как рыба в воде. Все были уверены, что он пройдет испытание, но он разбился.

— Что произошло? — с замиранием сердца посмотрела я на эльфа.

— Воздух неожиданно перестал держать его, и он стал падать с огромной высоты. Судя по описанию того, что от него осталось, он пытался сделать летунец, но не успел погасить скорость падения.

— Но почему, Тэль? Я не понимаю. Почему тебя стихия спасла, а его нет. Что он сделал не так?

— Не поверил стихии, — пожал он плечами. — Причем не поверил поздно. Нужно или действовать сразу, спасая себя, и тогда шанс остаться в живых велик, но ты останешься не более чем побратимом, или верить до конца.

— То есть или делать летунец, еще на высоте, пока не набрал скорость свободного падения, или падать до самой земли?

— Не просто падать, Таль, — покачал головой эльф. — Падать и верить, что стихия тебя спасет. Повелителями становятся очень редко.

— Как же ты смог? — почти шепотом спросила я.

— Это моя стихия, я ей верю. — Эльф посмотрел на наши озадаченные лица и заключил,- вам этого не понять. Давайте продолжим.

Лечение затянулось еще почти на час. Под конец Тэль снова был мокрым от пота, но выглядел довольным. Сообщив, что все получается и дальше дело пойдет быстрее, но из-за того, что он запустил два дополнительных заклинания, теперь процедуру нужно проводить ежедневно, он велел пациенту приходить сюда с завтрашнего дня после занятий, а все остальное время ходить в антимаге.

Эльф снова ушел в душ, а Кайден, осторожно поинтересовался у меня:

— Таль, а тебе антимаг у меня