Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

Рорра хромала. Плохой знак. Она морская обитательница, одна нога у нее оканчивалась плавником, а вторая была сильно повреждена, и осталась лишь культя. Чтобы ходить, ей приходилось носить особые башмаки, но хотя они казались неуклюжими, обычно она не хромала, если не была полностью обессилена.

Нефрита наклонилась, чтобы помочь ей подняться на борт. У Рорры была бледно-зеленая, слегка чешуйчатая кожа, а по обеим сторонам горла болтались складки, некогда бывшие жабрами. Она носила плотную темную одежду и жандерские ремни для оружия и инструментов. Нефрита уловила особый запах Рорры и вспомнила, что не нужно обращать внимания на феромоны. Служивший средством коммуникации запах морских обитателей мог вызывать у раксура и даже некоторых землян агрессию и другие неприятные чувства.

Забираясь на палубу, Рорра благодарно кивнула.

– Ты как? – спросила Нефрита.

Рорра откинула назад серые косы и хмуро посмотрела на город. Она вечно хмурилась, и из-за этого, а также особого запаха, угадать ее чувства могло быть непросто. После долгого совместного путешествия, в котором они не раз находились на грани гибели, Нефрита к этому привыкла.

– Все прошло не так гладко, – буркнула Рорра.

Позади нее по трапу поднялся Калам.

– Я отправил Эсанкель и Расал нанять растениевода, – сказал он. – Расал знаком с этим портом, а Эсанкель знает, о чем спрашивать, и сумеет понять, годится ли растениевод для того, чтобы определять направление по образцам мха. А мне пришлось вернуться, чтобы предупредить остальных.

– Предупредить? – повторила Нефрита.

Калам тревожно вздохнул.

– Мне надо сказать команде… Кто не хочет идти с нами, должен остаться здесь. Кто-то останется на корабле, а другие, возможно, захотят вернуться в Кедмар. Я должен послать кого-нибудь…

Он развернулся и собрался уходить.

Нефрита поймала его за руку и развернула к себе.

– С командой может поговорить Рорра. А ты расскажи, что случилось.

Она не очень хорошо видела разницу между молодыми и старыми земными обитателями, как Лун, и для нее не всегда было очевидно, что Калам стал считаться взрослым совсем недавно. Но сейчас это было ясно. Калам был жандераном и, на взгляд Нефриты, почти не отличался от вида под названием жандеры. Разве что жандераны, как правило, высокие и сухощавые, а жандеры ниже ростом и коренастее. Короткие волосы Калама завивались в тугие кудряшки, а его красно-коричневая плотная кожа напоминала шершавую гальку. Подобно остальным в киш-жандерской команде, он носил нараспашку куртку из дорогой ткани, свободные штаны и сандалии.

Рорра кивнула и ушла.

– Нужно отправить ветряной корабль в погоню за хианцами, – сказал Калам.

Насколько могла судить Нефрита, ветряной корабль в любом случае быстрее летающей лодки. Вряд ли проблема заключалась в этом.

– Что сказали предводители кишцев? – спросила она.

Калам наконец собрался с духом.

– Они не поверили мне. Нам. Никому из нас.

Нефрита почувствовала, как поднимаются шипы, и усилием воли заставила их сохранить нейтральное положение.

– Что?! Они решили, что вы все лжете? Выдумываете? Разве это разумно?

Голос Калама слегка дрожал, и на этот раз Нефрита определила эмоцию, которую он пытался скрыть – гнев.

– Они считают, что это какие-то личные распри. Что мы ссоримся из-за какой-то «научной чепухи».

Нефрита почувствовала, как сжимаются зубы.

– Они думают, что ты солгал о погибших.

Она отпустила руку Калама, чтобы случайно не сдавить слишком сильно.

– Они считают, что мы поссорились с хианцами из-за находок в городе. – Он поколебался, а затем нехотя признал: – Они не поверили Эсанкель и Расал, потому что они жандеры. Я единственный оставшийся высокопоставленный жандеран. В Кедмаре, где мы живем, все не так, но это провинциальный город, в основном жандеранский, и хианцы им известны как дружественные торговцы. Если бы Магрим или Келлимдар были живы… – Он горестно взмахнул рукой. – Не знаю, что именно они подумали, лгу я или заблуждаюсь.

Хианцы сразу же убили Магрима, чтобы он не смог выследить летающую лодку, используя навыки растениевода. Нефрита не сомневалась, что Вендоин в ответе и за смерть Келлимдара. Его чем-то отравили, как и выживших кишцев, но могли влить и что-то еще, пока он лежал без сознания. Келлимдар обладал такой же властью, как Каллумкал, и, если бы он пришел с Каламом и поддержал его обвинения против Вендоин и хианцев, этого разговора не было бы.

– Нужно убраться отсюда, пока они не… – начала она.

Внезапно рядом оказалась Малахита.

Калам вздрогнул, а Нефрита едва не зашипела. Малахита, на голову выше Нефриты и шире в плечах, никак не могла подобраться так близко незамеченной. Однако ей это удалось.

– Ты все слышала? – спросила Нефрита.

Конечно, она слышала. Темно-зеленую чешую Малахиты покрывали шрамы, маскировавшие паутину другого цвета, и она растворялась в тени. Все королевы могли помешать консортам, воинам и арборам перевоплощаться, но Нефрита никогда не видела королеву, которая могла использовать ментальную связь с другими раксура так, как Малахита. И никогда не видела королеву, которой пришлось бы сделать то, что сделала Малахита для спасения своего двора.

Малахита дернула одним шипом. Нефрита уже знала, что этот жест означает согласие. Все внимание Малахиты было сосредоточено на Каламе.

– Они знают, что здесь раксура?

– Да. – Калам уже немного привык к Малахите и раксура в целом, а потому выдержал испытующий взгляд. – Мне пришлось рассказать им, чтобы объяснить случившееся. Я рассказал и про сквернов. Но не про полукровок, – поспешно добавил он. – Я не знал, как это объяснить, а Рорра решила, что лучше и не говорить, это только все запутает.

И правильно, подумала Нефрита. Проблем и без того хватает.

– Нужно убираться отсюда.

– Но только не через земной город, – сказала Малахита. Она наклонила голову к Нефрите. – Мы полетим через море к барьерным островам, и ветряной корабль может встретить нас там.

Нефрита не стала говорить, что уже думала об этом, а просто повернулась и окликнула Эрику.

– Скажи воинам, пусть собираются и ничего не оставляют – мы не вернемся на эту лодку. Мы отправимся на ветряной корабль островитян.

Эрика спрыгнула на палубу и пошла к ближайшему люку. Плечи Калама с облегчением опустились. Возможно, он втайне боялся, что раксура тоже его покинут.

После предательства хианцев с Каламом было непросто. Сын Каллумкала был слишком молод, чтобы взять на себя ответственность за попытку получить помощь от других киш-жандеров после похищения отца. Смерть членов команды, не переживших отравления, тоже стала для него тяжелым испытанием. И ситуация только усугубилась, когда он узнал, что некий предмет строителей фундаментов, который хотели украсть хианцы, на борт солнцехода принесли раксура,