Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Благодарю за помощь, но это может быть опасно, – пробормотал я, доставая из сумки меч Милосердия.

Гримби обиженно спустился, поглядывая на меня исподлобья. Аккуратно надрезав себе палец, я позволил крови стечь в углубление. Камень вздрогнул. Я почувствовал, как по телу пробегает лёгкая дрожь. Что-то изменилось.

Руны на алтаре начали светиться тусклым красным светом. Тени внутри камня зашевелились активнее, словно их выпустили из клетки и потянулись ко мне. Внутри меня, будто что-то сломалось. Мой симбионт зашевелился, пытаясь слиться с энергией камня.

Алтарь пульсировал, словно живое сердце. Свет рун становился ярче, а тени внутри камня — плотнее. Внезапно я почувствовал, как меня тянет к жертвеннику. Словно невидимая сила пытается затащить меня внутрь камня.

— Нет! – скрипя зубами зарычал я сопротивляясь.

Я вцепился в рукоять меча, пытаясь удержаться на ногах. Но сила, исходящая от алтаря, была слишком велика. Мои пальцы вцепились в сталь, всё больше разрезая кожу. Кровь уже лилась свободным потоком. Камень тянул, словно магнит, и сопротивляться становилось всё труднее.

Меня начала обуревать злость. Неужели меня может сломать какой-то камень? Я попытался призвать силу симбионта, но вместо привычного прилива энергии почувствовал лишь слабость и отторжение. Камень словно глушил его, подавлял. "Чёрт!» – пронеслось в голове. Оставалось полагаться только на себя.

Собрав всю волю в кулак, я сделал шаг назад. Ещё один. И ещё. Каждый шаг давался с неимоверным трудом. Алтарь не отпускал, его притяжение становилось всё сильнее. Я чувствовал, как тени внутри камня тянутся ко мне, словно голодные руки, желающие поглотить меня целиком.

Внезапно я споткнулся и упал, выпустив меч из рук. Сталь с глухим стуком упала на пепел. Камень ликовал. Я почувствовал, как его сила обрушивается на меня всей своей мощью. В этот момент я увидел Малого. Рыжий комок шерсти, словно стрела, метнулся к алтарю. Он вскочил на камень, и, прежде чем я успел что-либо предпринять, скинул меня вниз.

Тени мгновенно пронзили его тело со всех сторон.

— Стой! – я вытянул руку, до конца, не веря в происходящее. Алтарь впился в тело гримби, принимая новую жертву. Малой взглянул на меня. В его глазах не было страха.

— Не смей! — я рванулся вперёд.

Яркая вспышка отбросила меня назад. Яростный крик застрял в горле, превратившись в хрип. Я поднялся на ноги, шатаясь, словно пьяный. Боль в руке, слабость, подавленный симбионт – всё это перестало иметь значение. Осталась только одна мысль: Я не могу потерять Малого.

Я бросился к алтарю, игнорируя жгучую боль в руке и слабость, сковавшую тело. Вокруг всё плыло, но я видел только Малого, окружённого тьмой, поглощаемого камнем. Злость, первобытная и всепоглощающая, захлестнула меня. Я не знал, что делаю, просто бежал, стремясь к алтарю.

— Бэл! – вдруг услышал я голос Малого в своей голове.

Я остановился как вкопанный, уставившись на зверёныша. Гримби, спокойно смотрел на меня. Его тело было полностью окутанное тенями, а третий глаз горел алым светом.

Перед моими глазами вспыхнули воспоминания. Разрушенный храм. Я — изуродованный, едва живой. Он — ждал. Всё это время ждал. Но почему? Откуда эта преданность, прежде чем мы даже...

— Прощай, — прошептал он без звука.

Алтарь треснул, разлетевшись на мелкие кусочки. Ударная волна откинула меня прочь. Пепел взлетел в воздух, наполняя лёгкие горьким привкусом. Я упал на колени, не чувствуя земли под собой.

В голове пульсировала боль, смешиваясь с отголосками голоса Малого. «Прощай...» Это слово эхом отдавалось в моей душе, разрывая её на части. Почему? Зачем он это сделал?

Отчаяние рухнуло на меня каменной плитой, раздавив грудную клетку так, что я забыл, как дышать. Руки сами собой вцепились в пепел, будто земля могла вернуть то, что забрала.

Мне показалось, что время остановилось. Всё, что было до этого момента, потеряло всякий смысл. Тишина. Звенящая, давящая тишина, словно похоронившая под собой все звуки мира. Я сидел на коленях, вдыхая пепел, и не мог пошевелиться. Не мог поверить. Не мог понять.

В голове роились обрывки фраз, воспоминания, ощущения. Его рыжая шерсть, его игривый нрав, его внезапная, необъяснимая преданность. Всё это – прах. Прах, развеянный по ветру вместе с осколками алтаря.

Я поднял руку, дрожащую и грязную. В ней всё ещё чувствовалось тепло его шерсти. Теперь там – пустота. Ледяная, зияющая пустота, которая, казалось, поглощает меня изнутри.

Зачем? Этот вопрос сверлил мозг, не давая покоя. Зачем он пожертвовал собой? Ради меня? Но почему? Я не заслуживал этого. Я был одержим спасением братьев Милосердия. Однако всё в этом никчёмном мире имеет свою цену.

Рука сама потянулась к груди, пытаясь вырвать боль, не дающую вдохнуть полной грудью, и наткнулась на кулон. «Считай это подарком, – вспомнил я слова Жрицы, – когда мир покажется тебе несправедливым, попроси его всё исправить».

— Верни мне Малого! – взревел я, глядя на небо.

Глава 29

После того как алтарь разлетелся вдребезги, на меня обрушился целый поток информации от системы. Я, стиснув зубы, игнорировал каждое сообщение. Сейчас было не время разбираться в цифровой болтовне. Однако одно из них всё же осталось висеть перед глазами, привлекая внимание.

Этот навык может быть активирован только один раз.

Вы действительно хотите активировать его сейчас? Да/Нет.

Я вчитался сообщения, продираясь сквозь частокол технических терминов и цифровых аббревиатур. Постепенно, словно сквозь туман, до меня начал доходить смысл, от которого перехватило дыхание. Хочу ли я вернуть Малого?

Вопрос повис в воздухе, тяжелее пыли от разрушенного алтаря. Вернуть Малого? Сама мысль казалась нереальной, безумной, но в то же время... такой желанной. Гримби — мой верный спутник, моя тень… моя часть меня. Он ушёл, оставив после себя зияющую пустоту, которую ничто не могло заполнить. И теперь система — этот бездушный интеллект — предлагала мне шанс... шанс исправить непоправимое.

Я ещё раз оглянулся в сторону, где стоял алтарь. Казалось, целая вечность прошла с тех пор, как я покинул посёлок. Здесь всё началось и здесь должно всё закончиться. Серый пепел под ногами превратился в молодую траву, в которой уже начали новую жизнь мелкие насекомые.

Совсем близко я разглядел фигуры монахов Милосердия. Братья молча наблюдали за мной, не предпринимая попыток приблизиться. В голове появился образ Марка. Жизнь за жизнь. В мире