Обратный отсчет - Токацин

— Не налегай на пончики, Тэс, — снова услышал он голос Мишти. — Теперь, без имплантов, мы быстро округлимся. Я бы не торопилась!

Вторая самка хихикнула. Гедимин повернулся на неожиданно громкий звук и сразу наткнулся взглядом на пару уезжающих — они устроились на краешке скамейки в считанных метрах от него. Если бы Мишти не заговорила, сармат навряд ли узнал бы её, — она была одета в обычный пятнистый комбинезон расцветки «под космофлот», волосы собраны в пучок безо всяких шпилек, только шею обвивал знакомый яркий платок.

— Дома меня откормят, — хихикнула Тэс — очень смуглая самка с самоходной сумкой высотой с неё саму. — Когда я к ним вот так вернусь — то-то будет шуму! Скажут, что меня тут голодом морили. Посиди с сумками, ага? Я к киоску — и сразу обратно.

Мишти, забрав у неё пульт от робота-переносчика, села на край скамьи и завертела головой, кого-то высматривая. Гедимин задумчиво тронул браслет на запястье — «может, отстегнуться и подойти? Или незачем пугать?»

— Мистер Джед! — услышал он радостный возглас, а за ним — цокот механических конечностей. Пока он размышлял, Мишти уже подошла почти вплотную, а за ней подползли два робота-переносчика. Самка смотрела на сармата снизу вверх и радостно улыбалась.

— Я подозревала, что вы где-то здесь, — она небрежным жестом обвела терминалы космопорта.

— Я думал, ты давно на Земле, — сказал сармат. Он уже освободил руки и только по привычке держался за перекладину ограды. Самка, слегка сдвинув брови, шагнула в сторону и заглянула ему за спину.

— Никогда не понимала, держат вас на месте эти штуки, или вы только притворяетесь, — сказала она, щёлкнув по браслету на руке сармата. — Я ждала, пока освободится Тэс — вдвоём лететь проще. Миссис Агуэра обещала присылать вам чай по праздникам — говорят, он вам нравится.

Гедимин кивнул. Что-то сильно его смущало — настолько, что он щурился и норовил уткнуться взглядом в мостовую. Мишти перехватила его взгляд и усмехнулась.

— Я хочу посмотреть на наш знак, — тихо сказала она, приложив ладонь к животу сармата. — Он, наверное, почти уже стёрся. Можно? Не бойтесь, сумки нас прикроют.

Две механизированные сумки в самом деле стояли так, что самка скрывалась за ними полностью; они же прикрывали и Гедимина, пока Мишти, оттянув застёжку комбинезона, гладила свежие рубцы на его животе.

— Ещё заметно, — сказала она, усмехнувшись. — Только на ощупь. Тонкие такие линии. Не обиделись на эту выходку? Джой думает, что мы обе с ней больные — такое делать.

Сармат криво ухмыльнулся. Ему хотелось отодвинуться — «механизм» уснул и не собирался включаться, а вот смущение нарастало.

— Это я болен на голову, — буркнул он, глядя в мостовую. — Вы меня резали, и мне нравилось. А я думал, что Кумала — псих…

Он запоздало спохватился, что Мишти навряд ли знает, кто такой Кумала. Самка не стала спрашивать, только покачала головой.

— Вы не больны, Джед. И вы не псих. Вас просто… поломали. Очень сильно повредили. Мы с Джой не знаем, как это чинится.

— Внимание! — раскатился по космопорту голос диспетчера. — Объявляется посадка на борт «Эм-Би-Эф», рейс «Луна-Снежногорск»!

Мишти подалась назад, бросила взгляд на часы, потом — на табло с погасшими и снова зажёгшимися строчками.

— Тэс возвращается, — сказала она. — Киоск задержал её ненадолго. Придётся оставить вас, Джед. Мы могли бы немного поиграть, пока нас не видят, но при Тэс я не рискну.

Сармат смущённо сощурился и резко качнул головой.

— Нет.

— Как хотите, — Мишти пожала плечами. — Когда вы вернётесь на Землю… думаю, я уже буду слишком стара для таких вещей. И те пятеро детей, которых от меня все ждут… В общем, всё, что было, останется на Луне. Люнер не разболтает, не бойтесь.

Она пошла к углу скамейки, уже кем-то занятому, подгоняя перед собой механизированные сумки. Тэс с пакетом в руках уже ждала её, недовольно сдвинув брови и выпятив губы. Гедимин отступил к ограде. Самка давно убрала руку с его живота, но он ещё чувствовал прохладу её пальцев. Он проверил застёжку — кожа была прикрыта, дело было не в сквозняке.

«Спариваться с „макаками“…» — сармат досадливо сощурился. «Хорошо, что Линкен не дожил. Хорошо, что других сарматов тут нет.»

19 мая 23 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

— Опять пиво, — пробормотал Винсент, недовольно глядя на маленький контейнер. — Мэллоу! Это несправедливо, ты не думаешь?

Джон Мэллоу покосился на диван, где только что лежал весь запас спиртного, убедился, что всё, кроме пива, разобрано, и ухмыльнулся — без злорадства, скорее сочувственно.

— Ты знаешь, почему так, — сказал он. — Не знаю, что ты будешь делать на свободе, но вот мы бойцов терять не можем. Сядь и не порти мне праздник.

Винки понуро кивнул и отошёл за диван — там уже собрались командиры отрядов. Гедимин огляделся — вся банда Мэллоу стянулась к середине ангара, оставив обычные занятия, и даже Краус спустился из-под потолка, а новобранцы перестали лупить боксёрские груши.

— Вот и всё, Джед, — Мэллоу со вздохом откинулся на спинку дивана. Его взгляд слегка помутнел — рядом с ним лежали два пустых контейнера из-под джина, в руке был третий, почти допитый.

— Эти два года… — он сделал ещё глоток и задумчиво усмехнулся. — Это были весёлые годы. Не думал, что буду хорошо вспоминать тюрьму, но… пожалуй, так и будет.

— Ты займёшься чем-нибудь полезным, — пробормотал Гедимин — сейчас у него было особенно плохо с подбором слов. Мэллоу ухмыльнулся.

— У вас, тесков, всё проще. Лоренц, теперь ты главный. Прямо с утра тебя переведут в мою камеру. Не знаю, как ты уживёшься с Дальбергом и Джедом…

Дальберг сердито фыркнул.

— Ривз пока притих, — продолжал Мэллоу, покосившись на северный конец ангара. Там в самом деле стояла мёртвая тишина — Ривз и шестеро его бойцов заняли крайний диван и следили за толпой, расползающейся по ангару, не отвлекаясь более ни на что.

— Всегда охраняй периметры, слышишь? — Мэллоу развернулся к Лоренцу. — И не упускай новичков из виду. Они ещё не знают, что мы заступимся, их