Газлайтер - Григорий Володин

В подтверждение своих слов я одновременно даю мысленный приказ Ломтику, чтобы он разбросал в усадьбе Паскевичей прослушку и камеры.

А мне похоже срочно надо на Лубянку.

* * *

— Владислав Владимирович, — говорю я, входя в кабинет, не сбавляя шага.

Красный Влад поднимает голову из-за кипы аккуратно промаркированных папок.

— Данила, я уже в курсе того, что произошло у Паскевичей, — спокойно произносит начальник Охранки. — Кто бы это ни устроил, он за всё ответит. Мы уже начали расследование.

Я опускаюсь в кресло напротив.

— Да, только вы пока не знаете самого важного. Один из Паскевичей — Демон.

Влад поднимает бровь.

— Опять ты выполняешь работу моего заместителя?

— Давайте без протокола, — отмахиваюсь я. — Я просто защищаю интересы своего рода. Между нами.

Влад хмыкает. Почти по-дружески, но в его лице всё ещё виден тот, кто мог бы приказать уничтожить улицу — ради стабильности.

— Кто именно из них?

— Дмитрий Степанович. Старший сын.

Влад мгновенно выпрямляется в кресле. Словно внутри щёлкнул рубильник.

— Тогда мы немедленно направим оперативную группу. Хотел бы, конечно, послать «Тибет»… но и без них найдутся те, кто умеет работать.

Я качаю головой:

— Не советую. Если это действительно Тёмный Попутчик — он проглотит всю вашу группу и не поперхнется. У него же ранг Высшего Грандмастера, не ниже. Даже Организация с ним пока что не связывается напрямую.

— И что ты предлагаешь? — хмурится Красный Влад.

— Пока он пакостит мне скрытно, не в полную силу, я могу наблюдать и анализировать его на уязвимые места.

Влад нахмурился. Челюсть сдвинулась на миллиметр.

— Слишком рискованно, Данила. Даже если это Высший Грандмастер, его можно взять числом.

— И тогда вы потеряете кучу высокоранговых магов, — киваю. — Поверьте, я это понимаю, — говорю, глядя в глаза. — Но если мы полезем в лоб, спешно и вслепую — мы проиграем. Он уже показывает силы. Первое — некромантия. Это точно. То, что творилось в саду — его работа.

Влад уже достаёт блокнот.

— Тогда надо пройтись по кладбищам. Всё закрыть, всё заблокировать. Все возможные источники нежить.

— Ага. И ещё, — добавляю я. — Позаботьтесь о складах с мясом аномальных зверей. Всё, что может быть использовано как основа для нежити желательно держать под охраной.

Он только кивает. Понимает. У Красного Влада с воображением всё в порядке.

Позже, уже дома, вызываю Булграмма. Великогорыч выходит на связь помятый, сонный — у них в Тавиринии глубокая ночь.

— Слушай, Великогорыч, — начинаю я, — есть к тебе просьба. Не из лёгких.

— Сразить кого-то сильного? — оживляется он, зевая.

— Как раз наоборот. Потому и просьба тяжёлая, конкретно для тебя. Можешь выйти на контакт с Островом некромантов?

Воевода напрягается.

— Конунг, ты же знаешь, они воевали с Боевым материком. И я их рубил. И ты.

— Знаю, — киваю. — И сам не в восторге. Но сейчас — другая ситуация. Предложи им мир, торговлю, ну и обмен информацией. Я не прочь продавать товары за знания по некромантии.

Булграмм хмыкет.

— Думаешь, откликнутся чертяги, конунг? — спрашивает Великогорыч.

— Почему бы и не да? Покажите им машины и другие вещи из моего мира. У нас знаний по некромантии — кот наплакал. А они в этом мастера. Не союзники, но хотя бы вменяемые партнёры нам бы не помешали.

— Передам! И заставим сволочей принять мир! — рычит он с энтузиазмом, как будто собирается перековать дипломатическую записку из чьих-то рёбер.

Ох, как бы мне не пожалеть и вместо мира не получить новую войну. В принципе я не против был бы повоевать с Островом, но сейчас Демон в приоритете.

— Только не перегни, ладно, Великогорыч?

— Будь уверен, конунг! Поляжем костьми, но сделаем!

Эх… Конечно, Великогорыч — не тот, кому стоит поручать тонкую дипломатию. Он слишком прямой. Чересчур. Он и «спокойствие» с кулака выдаёт. Но, мои перепончатые пальцы, сейчас на Боевом материке и правда больше некому это поручить!

А Остров некромантов может пригодиться. Если Попутчик раскроется в полную силу, если мы вступим в открытую войну — их знания могут быть полезными.

* * *

Усадьба Вещих-Филиновых, Москва

Айра находит Светлану в одной из комнат. Светка стоит у окна, ладони лежат на округлившемся животе, и взгляд устремлён куда-то в окно.

— Сейчас бы мороженого с солеными огурцами, — мечтательно протягивает блондинка.

Всё, чего в последнее время не было в самой Айре. Ни спокойствия, ни уверенности.

Ликанка подходит ближе. Зажёвывает начало фразы — и всё-таки решается:

— Я хочу вызвать Гепару на спарринг, дроттнинг Светлана.

Светка удивленно поднимает брови:

— Айрочка, ты что, офигела?

Айра отшатывается чуть-чуть. Плечи напряжены.

— Почему «сразу офигела»? — почти с вызовом, почти с обидой. — Просто спарринг

— Какой ещё спаринг? — Светалана хмыкает. — Гепара тебе не боевой маг. У неё другая специализация.

Айра уже хотела возразить, но Светка добивает, словно прочитав ее мысли:

— Даже если без магии — нельзя. Забудь. Это Даню только разозлит. Он увидит в этом показуху. И ты сама знаешь — он не любит, когда свои выясняют отношения и выносят ему мозг.

Айра опускает взгляд. В груди — тупой жар, будто вдохнула горячий пар.

— А как мне тогда показать, что я не хуже этой пятнистой? Что я тоже могу быть полезна конунгу?

Светка вздыхает.

— Наведи порядок в своей Шакхарии, Айра. Ты же помнишь, для чего тебя Даня выбрал…Ой, — на полуслове осекается, прикусывает губу. — Айрочка, я вовсе не это хотела сказать!

Айра замирает. Её глаза раскрыты широко, а от внезапного прозрения. А потом она выдыхает с облегчением.

— Нет, ты права, дроттнинг. Именно поэтому меня и выбрал конунг. Я поняла, что делать.

* * *

Я пошёл к Золотому — выполнять обещание. Проглот уже умял коровку, причмокива, облизывался… Теперь моя очередь его подлатать. После такой трапезы у него глаза сияют, эфирные каналы светятся, аура трещит от переизбытка энергии. Пришлось снимать последствия — долго, методично: сканировал потоки, гасил перенасыщение, втягивал лишнее в резонаторы, выравнивал контуры. Как будто выливал кипяток из переполненного чайника, стараясь не обжечься.

Когда закончил — сел рядом, глядя на сияющего, самодовольного обжору, и строго сказал:

— Всё. Сбросил лишнее. Стабилизировал.

— Можно