Газлайтер - Григорий Володин

— Ну охренеть… — выдыхает где-то сбоку Морозов, не скрывая восхищения.

— Как так⁈ — взрывается фиолетовый от ожогов Кирилл Трубецкой. Его, похоже, даже в лицо заехало. — Не может быть, чтоб вообще ни одного! Значит, Филинов жульничал! Это была магия!

— Не было, — отрезает судья, не моргнув. — Кирилл Русланович, всё прошло честно. Под наблюдением.

— Я не верю! — упирается Трубецкой. — Вы что-то упустили! Я требую реванша!

Я поворачиваюсь к нему спокойно, почти вежливо:

— Кирилл Русланович, вы получите свой реванш. Обязательно. Вы публично усомнились в моей честности, не представив ни малейших доказательств. А с учетом этого возможен только один реванш— дуэль.

Глава 15

Усадьба Паскевичей, Москва

Дмитрий Паскевич, а точнее Тёмный Попутчик, завладевший телом княжича, чувствовал себя хреново. Человеческий организм сбоил. Желудочно-кишечный тракт протестовал.

Попутчик метался по усадьбе Паскевичей, сжав бока руками. Снаружи, за высокими окнами, пестрела, гудела, смеялась толпа гостей. Никто и не подозревал, что по коридорам особняка сейчас несётся воплощение древнего ужаса… с коликами в животе. Он ещё вчера готовил диверсию для Филинова, вынашивал план, как заполучить мальчишку и выманить Короля Теней. Но теперь он едва не разнёс брюки.

У первого туалета толпились сантехники, взмыленные и отчаявшиеся.

— Назад, господин! — рявкнул один, держа в руках разводной ключ. — Здесь прорвало! Чинить будем сутки!

Попутчик срывается дальше, с силой хлопая дверью.

Второй туалет. Внутри — фонтаны, вода по щиколотку. От обоев остались намёки.

Древний ужас взвыл, держась за живот. Рванулся дальше, в самое дальнее крыло. Там, в глубине старого коридора, за дверью с облупившейся позолотой, он находит последнюю уборную.

С торжествующим хрипом он влетает внутрь, захлопывает за собой дверь, с облегчением выдыхает.

Не подозревая, что прямо под бачком приютилось три противотанковые мины.

Их установил Ломтик, специалист по проникновению в самые неожиданные щели. По приказу своего хозяина он обошёл все санузлы усадьбы и оставил целым только самый дальний от гостей. Здесь вскоре раздастся взрыв такой силы, что стены особняка содрогнутся, а карпы в пруду подскочат.

* * *

Я смотрю на Кирилла Трубецкого. Он переминается с ноги на ногу

— Дуэль?.. — неуверенно пробует сын боярина. — Почему сразу дуэль?

Я лениво пожимаю плечами:

— Ну вы же сами, Кирилл Русланович, заявляли, что вы боярин из древнего рода. С прекрасными традициями, дворянской честью и прочим. А значит — должны отвечать за свои слова. В чём проблема?

Он моргает ещё раз. В этот момент из толпы выныривает князь Морозов.

— Кирилл, — говорит князь развязно, — побойтесь бога. Вы родителям живой нужны. Извинитесь перед Данилой Степановичем. Не надо усугублять.

Рядом поддакивает Маша Морозова:

— Да, извинитесь. И тогда Данила Степанович вас простит…

Я киваю непринужденно.

— Это, к слову, тоже доступная опция, — проговариваю. — Извинитесь. Заберите слова обратно. И мы так и быть забудем этот неприятный момент.

Дуэлиться с наглой недорослью мне, откровенно, не хочется, но он же сам нарывается. Да, он старше меня, но толку? Котелок вообще совсем не варит, раз обвиняет графа во лжи.

Одновременно я удерживаю связь с Ломтиком — вижу его глазами, мой пушистый лабрадудель следит за Паскевичем. Тот, зажав живот, мчится в дальнюю уборную. Остальные туалеты уже вышли из строя, как бы случайно. Но самую дальнюю уборную оставили для подрыва

Я мог бы дать команду прямо сейчас. И бабах. Но…

Если он действительно тот, о ком я думаю — Тёмный Попутчик, наставник Короля Теней — то одного взрыва ни фига не хватит. И тогда начнётся то, к чему я не готов: бой без чётких правил. Пока слишком мало информации о Демоне. Его сила, ранг, виды магии— всё это туман. И я не прыгаю в омут, не проверив его на глубину. Да и подмога мне вовсе не помешает. Причем серьезная.

Именно сейчас, по моему ментальному приказу, Лена отходит в сторону. Спокойно, как будто просто решила пройтись по саду. За пристройкой она достаёт артефакт-связь и настраивается на Организацию. Пусть великие маги сыграют в шахматы, если Паскевич и правда оказался темной лошадкой.

Передо мной всё ещё топчется младший Трубецкой, побледнев после слов о дуэли.

— Нет, — говорит Кирилл, глотая слюну. — Будет дуэль. Я не трус. И не отступлю.

— Ох, ну и дура…кхм, отважный, — вздыхает Морозов.

Я снова пожимаю плечами.

— Как вам угодно, — говорю спокойно. — Но не сегодня. Сегодня праздник в честь княжича Паскевича. Не будем портить его вечер. Завтра.

Трубецкой кивает, словно осознав, во что вляпался.

— Хорошо. Буду ждать звонка.

Ну вот и славно. Сын боярина отходит, а в это время судья уже громко объявляет следующую пару.

— Сударыня Гепара и Ее Высочество Айра из Шакхарии!

Я перевожу взгляд на теплицу.

Обе девушки уже вышли вперёд — в облегчённой экипировке, если это вообще можно так назвать. Туфли сняты, юбки отброшены прочь, остались только лифы от вечерних платьев, туго обтягивающие грудь. Плечи голые, спины открыты сверху до лопаток, кожа играет в лучах заката. Леопардовый хвостик Гепары мелькает туда-сюда.

Зрители прифигели. Подхожу ближе к участницам. Гепара на меня смотрит со спокойной полуулыбкой. А вот Айра чуть дёрнулась. Опять она ревнует к мутантке.

Ничего. Пусть перебесится в бою.

— Это всего лишь соревнование, — говорю я. — Не принимайте близко к сердцу.

Айра не отвечает. Напряжённая, как струна. Зато Гепара кивает.

Айра идёт первой. Ловко, босяком, пробегает через теплицу сквозь капризные лианы. Затем Судья — молодая девушка — обходит её, что-то считает, и вслух объявляет:

— Пять ожогов.

Теперь Гепара. Мутантка ловко пробегает теплицу насквозь. Судья глядит на неё в лёгком смятении, слишком быстро пронеслась.

— Два ожога. Победила Гепара из рода Вещих-Филиновых!

Гепара румяная, сияет, хвост бросился в пляс. Она выпрямилась и звонко заявила:

— Посвящаю свою победу своему избраннику — графу Даниле Степановичу Вещему-Филинову!

— Спасибо, — улыбаюсь.

Рядом Айра скрежещет зубами. Ах, принцесса, как же ты не любишь проигрывать.

С Айрой надо будет еще обязательно поговорить, но не сейчас, не на приеме у Демона. Я уже подошёл к ликанке и взял за руку. Тихо, без слов, снял энергетический след ожогов. Следом перехожу к Гепаре. Она сияет, как медалька, но и у неё пара ожогов, хоть и минимальных, всё же осталась. Снимаю. Она, даже не