Газлайтер - Григорий Володин

одночасье. Приходится не разубеждать, а слушать. Хоть одним ухом. Вторым я уже давно переключился на утренние дела. С самого рассвета качусь в сторону гвардейской базы — там сейчас временно содержатся под стражей некроманты из Общества. Полузакрытый режим, охрана, посты, всё как положено.

У ворот меня встречает Дятел. Подходит к машине, делает кивок.

— Шеф, привет.

— И кто у нас нашёл вредителя? — спрашиваю, выходя наружу.

Дятел не успевает ответить.

— Я, — раздаётся из-за угла здания. — Это я вычислила некроманта, Данила Степанович.

Появляется Катя Смородина — в юбке и строгой блузке, с распущенными волосами.

— Превосходно, Екатерина Олеговна, — киваю ей, не скрывая одобрения. — Веди к пленнику.

А бывшая однокурсница явно похорошела. Удивительно, как брак может отшлифовать человека. Лицо свежее, кольцо на пальце блестит, фигурка и движения стали женственнее.

Катя разворачивается и ведёт меня внутрь. Проходим коридоры, спускаемся по лестнице — вниз, в подвал.

На ходу Катя говорит тихо, но чётко:

— У него в голове пусто, Данила.

Я хмурюсь:

— Совсем?

— Совсем, — подтверждает, а потом подумав, добавляет. — Ну почти совсем. Он точно поднимал кладбище, это он помнит. Но делал это он под чужим контролем. Кто ему дал приказ — не знает. Какой-то телепат поработал у него в голове и стер воспоминания.

Мои перепончатые пальцы…Какая же хитрая сволочь это все устроила!

— Значит, это сделал телепат? — уточняю, глядя Кате прямо в глаза.

— Да, — кивает она.

— Я хочу проверить сам.

Катя вдруг раздражается:

— Ты мне не доверяешь, что ли, Данила? Ну конечно. Ты всегда был таким. Лучший мальчик на курсе! Фирсов был от тебя без ума — просто таял!

Я молча смотрю на неё. Не злюсь, не парирую. Просто наблюдаю. А ведь с Катей действительно что-то изменилось — не в поведении, а глубже. В теле, в биохимии. Организм говорит громче, чем слова. Но чтобы подтвердить догадку — нужен контакт.

Катя будто чувствует это. Спотыкается на собственных словах, сбрасывает тон:

— Это я просто… — пробует оправдаться, чуть смутившись, будто сама испугалась того, как вспыхнула.

На высокой ступеньке у спуска в подвал, я протягиваю девушке руку.

Она хмыкает:

— Я уже трижды сюда спускалась. Могу и сама.

Я не отвечаю. Просто спокойно продолжаю предлагать руку.

Катя колеблется — и всё же принимает. Касается пальцами моей ладони, и в этот же момент я активирую геномантское сканирование.

Да. Я не ошибся.

Катя действительно изменилась.

В подвале нас встречает холод и затхлый воздух. Некромант сидит на стуле, скрестив руки. Выглядит, как тряпичная кукла, у которой выдернули нитки. Сканирую его мозг — ничего. Неизвестно, кто поработал над его разумом, но работу сделал чистую.

— Да он ничего не помнит, — бросаю, выпрямляясь.

— Я же говорила, — вздыхает Катя, с оттенком усталой обиды. — Обязательно тебе надо было проверять лично. Ты же граф, у тебя наверняка есть дела поважнее.

— Кстати, Катя, — говорю я, глядя на неё поверх плеча. — Ты отправляешься в отпуск.

— Что⁈ — она отшатывается. — Это из-за того, как я с тобой сейчас говорила? Ты обиделся, что ли, Даня? Прости, пожалуйста…

Я качаю головой, улыбаясь:

— Не в этом дело. Просто ты в положении. А у нас в роду не принято беременных напрягать.

Катя застывает, округлив глава.

— Я… беременна?

— Ага. Поздравляю вас с Игорем.

— А это точно?

— Точнее некуда, — киваю. — Потому тебя, Кать, и штормит: гормональный фон зашкаливает.

— Я… я… — выдыхает она наконец, растерянно, почти шёпотом. — Спасибо, Даня.

— Да чего уж там!

Разворачиваюсь, поднимаюсь по ступенькам и выхожу к Дятлу.

— Некроманта отправляйте в Охранку, — говорю. — Пусть с ним силовики разбираются. Остальных из Общества отпускайте. Они чистые.

— Понял, шеф.

— И найдите Кате удобное кресло. Она теперь — важная персона.

* * *

Я еду домой, а заодно мысленно перебираю события дня. Заходить к Золотому Дракону не стал — Камила уже успела сообщить, что тот опять зажевал лося с кабаном в лесу. Теперь на строгой диете сидит. Если так и дальше будет, до Одарения дело и не дойдет. И судьба, похоже, велит ему жрать, а все остальное — от лукавого.

Когда подъезжаю, на пороге уже ждут Камила и Лена. Камила первая обнимает меня, мягко прижимаясь:

— Айра уже приехала, — шепчет брюнетка на ухо.

Лена подключается сразу после — поцелуй в щеку:

— Телохранителей Айры разместила в пристройке, а для неё самой — чистая, отдельная комната. Всё по высшему разряду.

— Молодец, — киваю. Лена всегда на высоте. Прямая, как ломик, и надёжная, как броня.

Только сказал это, как Айра выбегает из гостиной, выплескивая эмоции в виде объятий:

— Конунг! — восклицает она, тут же отстраняясь испуганно. — Избраннице же можно обнимать тебя на людях, да ведь?

— Конечно, можно, — отвечаю, сам уже обняв её за плечи. Айра прижимается, тёплая, довольная. — Кстати, сегодня у нас запланирован вечер. Камила, помоги выбрать Айре наряд для банкета Паскевичей, — говорю через плечо, и отпустив Айру, направлюсь к дивану. Вижу, как Камила уже оживляется. С её вкусом не поспоришь.

На диване на мне тут же виснет Светка. Она что-то мурлычет, а я, улыбнувшись Лакомке и Насте в креслах, бросаю еще одной избраннице:

— Гепара, можем поговорить наедине?

— Конечно, господин.

Когда мы уходим вдвоем, замечаю, как Айра хмурится, глядя на нас с лёгким, но отчётливо заметным ревнивым блеском в глазах.

Подслушиваю мыслеречь ликанки:

«А кто это такая?» — мысленно спрашивает она у Светки.

«Гепарочка. Наложница как и ты.» — отвечает бывшая Соколова.

«Как и я, значит?» — хмурое.

Внутренний голос не ошибся: конкуренция уже назревает. Мягким контролем тут не удержишь. Надеюсь, Лакомка справится и удержит иерархию. Жёны-то дружные, но вот избранницы — слишком разные.

Иду с Гепарой к её новой комнате. Наконец-то она перебралась из флигеля. Теперь её комната на втором этаже, с видом на сад, где у цветёт посаженная Лакомкой энергетическая роза — та самая, с лепестками, светящимися по ночам.

— Гепара, — говорю, доставая из внутреннего кармана коробочку, — у меня для тебя подарок. Гумалин, наконец, доделал.

Она аж подпрыгивает от радости.

— Ой, спасибо! — сияет, протягивает руку.

Я аккуратно надеваю кольцо из мидасия. И