Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Другой — сгорел изнутри, и от его доспеха остался пустой кокон, похожий на сброшенную кожу.

Третий висел на каменном выступе, и было непонятно, что его туда пропихнуло — взрыв, тьма архимага или чья-то чужая удача.

Один — разделён на два идеальных фрагмента. Тьма умеет работать аккуратно. Особенно если за дело взялся разъярённый архимаг.

Каждый труп был свидетельством своей отдельной маленькой войны.

Я кивнул, будто отдавая уважение хорошему выступлению.

— Ну и цирк, — произнёс тихо.

Страж шёл дальше.

Никаких эмоций, никаких пауз.

Как будто перед этим он не пережил одну из самых впечатляющих атак, что я видел за всё своё пребывание в этом мире.

Его шаги были неровными — панцирь трещал, часть суставов двигалась рывками, будто масло внутри давно высохло. Из трещин вытекали струи света и чего-то похожего на жидкий кристалл. Одна нога проваливалась чуть глубже, другая словно искала новую опору.

Но он шёл.

Не медленнее чем раньше.

Идёт, пока мир не перестанет существовать.

— Ты слишком упрямый, — сказал я ему в спину. — Даже для каменного шкафа.

Архимаг тоже был жив.

Вернее — продолжал быть существом, не относящимся ни к живым, ни к мёртвым.

Он лежал в воронке, которую сам же создал своей магией и которая теперь выглядела как чёрная язва на пустоши. Часть его тела была уже восстановлена — он явно тянул энергию из самой земли или из трупов вокруг. Чернота пульсировала внутри него, двигаясь в такт какому-то нечеловеческому сердцу.

Каждый такт делал его сильнее.

Каждый такт говорил, что он не собирается оставлять попыток владеть этим кругом.

И что когда он закончится регенерацией — мир вокруг него снова станет чуть менее живым.

Я почесал подбородок.

— Ты тоже упрямый. Неприятная компания, однако.

Я перевёл взгляд снова на поле боя, на обломки иной техники.

Теперь, когда всё улеглось, стало ясно:

они не использовали магию.

Их сила была иной природы.

Но она фонила магией.

Как будто их устройства — гибрид между продвинутыми артефактами и чем-то, что магией быть не должно.

Не металл.

Не живой кристалл.

И не энергия стихий.

Что-то третье. Незнакомое.

Но впечатляющее.

И если бы не страж. И не архимаг.

Если бы иные пришли сюда в большем количестве…

Чёрт, вынужден признать: у них были шансы.

Не против одного.

Против цели.

Страж почти непобедим.

Но не вечен. Они нашли то, куда надо бить.

Дай им ещё тридцать секунд — и я бы увидел дырку в нём размером с дом.

А я, между прочим, был уверен, что эти ребята — лишь слабые любители ярких палочек.

Ну да. Ошибался.

Архимаг…

Этот вообще не убиваем в пределах круга.

Мир держит его, подпитывает, не даёт умереть окончательно.

Как паразита.

Как надзирателя.

Как часть правил.

Если его убить — он вернётся.

Если разорвать — соберётся.

Если сжечь — вырастет заново.

Огромная проблема.

И очень раздражающая.

Я вдохнул.

Мир пах смертью.

Светом.

Техномагией.

И чужими амбициями.

Всё сплелось в одно.

— Ну что, — сказал я вслух, чтобы услышать свой голос и расставить точки над всеми мыслями разом.

— Пришло время заняться делом.

Я посмотрел на стража, уходящего вдаль — огромного, закованного, грохочущего.

Потом — на архимага, который пульсировал чёрной регенерацией, как уродливый орган.

И улыбнулся.

— Пришло время убить стража.

И разобраться с архимагом.

Вы двое уже надоели этому миру.

И мне — тоже.

Слова прозвучали тихо.

Но мир, кажется, их услышал.

Страж удалялся медленно, но упорно.

Каждый его шаг — тяжёлый, гулкий, с запаздывающим откликом в земле — уводил эту каменную тварь всё дальше. Через какое-то время он превратился просто в двигающийся силуэт, на котором вспыхивали и гасли потёки внутреннего света, вырывающегося из трещин панциря.

Я проводил его взглядом, дождался, пока очередная вибрация уляжется, и только после этого снова посмотрел вниз.

Архимаг был там же, где я его видел в последний раз: в развороченной воронке, среди расплавленного камня и обугленных останков иных.

И всё ещё шевелился.

Честно говоря, я рассчитывал увидеть что-то вроде медленно остывающего мяса с элементами чёрной жижи. Но нет. Эта зараза упорно отказывалась признавать концепцию «конец».

Чернота внутри него пульсировала, собираясь в более плотные сгустки. Рваные края теневой мантии то поднимались, то оседали — как ткань под которой копошится что-то живое. Обломки костей под кожей, если это можно было назвать кожей, постепенно выравнивались, занимая привычные места. В местах, где иные пробили его лучами и метеоритами, тьма стягивалась, как густая смола.

— Живой, — сказал я вслух. — Конечно, живой. Что с вами ещё будет.

Пара секунд колебаний — идти к нему или прогуляться за стражем сразу.

Здравый смысл шептал, что логичнее — не светиться перед оживающим архимагом, особенно когда ты в броне, напоминающей снаряжение только что погибших чужаков.

Но любопытство бодро оттолкнуло здравый смысл в угол и заняло его место.

Плюс… было бы неправильно просто уйти. Некрасиво.

Я спустился с хребта, осторожно выбирая, куда ставить ноги. Здесь, внизу, последствия недавнего фейерверка ощущались гораздо рельефнее: камень потрескался, местами превратился в стекло, кое-где сохранились ещё тёплые пятна от вспышек. Воздух густо пах гарью и той самой чужой силой, которая до сих пор оставалась в обломках техники.

Экзоскелет шёл мягко, амортизируя неровности.

Без него я бы уже пару раз свалился куда-нибудь.

Подходя ближе, я убедился: архимаг не просто жив. Он меня видит.

Пустые глазницы — или то, что занимало их место — повернулись в мою сторону. Внутри их на мгновение мелькнул тусклый огонёк, больше похожий на остаточное свечение, чем на настоящий взгляд, но всё же.

Чёрная масса, заменявшая ему нижнюю часть тела, чуть сдвинулась. Похоже на попытку подняться… или хотя бы принять позу поприличнее, чем «размазанная жаба в яме».

— Смотри-ка, — выдохнул я. — Ещё и шевелится.

Я остановился на краю воронки, не подходя вплотную.

Пламя в ладони я не вызывал, но пальцы чесались — рефлекторно. Всё-таки это архимаг смерти, а не уставший мастер.

Он заговорил первым.

Голос был хриплый, будто его протащили через тысячу километров песка, но узнаваемый.

— Универсал… — вытянул он, ирония в голосе звучала даже через хрип. — Ты всё ещё жив.

— Взаимно, — ответил я. — Хотел было поздравить с удачным днём, но что-то пошло не так.

Его взгляд скользнул