"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

— И что? — спросил господин префект.

— Вы не понимаете. Мы не знаем никого в пустыне, кто был бы опаснее этой птицы. Человека она убивает одним движением ноги. Распарывает от горла до паха. Если зверь загрыз ее, это страшный зверь. Давайте повернем назад, пока не поздно. Пока он нас не услышал.

— Человек, — внезапно вступил в разговор смотритель зверинца, рукой подвинув в сторону Илана и выходя вперед, — намного опаснее этой птицы. Конечно, пещерный лев не котенок. Это крупный самец. Но в схватке с такой дичью он не мог остаться невредимым. Это облегчит нам задачу. Или вы хотите ждать, пока он отлежится и снова голодным выйдет на охоту?

Ответа не последовало. Префект забрал у Илана из рук поводок и сказал:

— Держись у меня за спиной, не лезь вперед.

— Готовьте петли и сеть, — приказал смотритель своим помощникам, доставая из сумки на поясе тонкую трубочку и закладывая в нее дротик. — Попробуем живым забрать его в Арденну.

Охотники из пустыни переглянулись. Один покрутил пальцем у виска.

Им и правда повезло. Форорак ранил зверя, дальше идти можно было по кровавому следу. И тропинку себе зверь протаптывал к своему логову не один день. Примерно через половину лиги, под старой корягой, принесенной сюда одним из наводнений, и залегла черная тварь.

Чепуха сначала зарычала, потом истерически залаяла и стала рваться к коряге, как бешеная, захлебываясь переходящим в визг лаем. Префект для надежности намотал поводок на ладонь. Короткая шерсть у Чепухи стояла дыбом даже вдоль тонкого, как плетка, хвоста.

— Приберите собаку, — велел смотритель. — Попробую поговорить. Вдруг и правда ручной.

Он вынул из своей сумки свисток и еще один дротик.

Ответом на свист было рычание и показавшаяся на мгновение когтистая лапа. Охотники перехватили поудобнее короткие копья и сбились в кучу. Как воевать с таким зверем, у них представления не было. Зато люди из зверинца знали свою работу, как жрецы Сатуана знают ритуальный танец. Двое из помощников смотрителя пошли вперед, наставив на берлогу палки с проволочными петлями, еще двое следовали сзади с сетью.

— Не вмешивайтесь пока, — велел префект жителям Солончаков. — Если им не удастся, вы убьете зверя. Но, думаю, они хорошо понимаю, что делают.

Смотритель кинул в берлогу подобранный под ногами обломок коряги. Пещерный лев взревел, но на солнце не вышел. Смотритель сдвинул что-то в своем свистке и следующий изданный им звук оказался на предельной для слуха высоте, больно резанув по ушам. Чепуха от него совсем взвилась и стала давиться, а из берлоги в сторону людей до половины высунулась косматая, перемазанная засохшей грязью и кровью туша. Илан действительно никогда не видел таких косматых и страшных зверей. Да и никто из пустынных жителей тоже.

Смотритель совершенно бесстрашно вышел вперед и снова и дунул в свисток, а потом быстро сменил свисток на трубку с дротиком. Что произошло дальше, за спинами его помощников видно было не полностью, Илану еще приходилось отвлекаться на начавшую задыхаться в ошейнике — так она рвалась в бой — Чепуху. Даже такой сильный человек, как префект, удерживал ее с трудом. Успокоить ее было невозможно.

Зверь волочил заднюю лапу. Прыгнуть на людей он не смог, хоть и пытался. Проволочные петли мигом затянулись у него на шее. Один дротик из трубки смотрителя уже торчал у зверя возле уха. Вторым смотритель выстрелил ему в бок, когда тот повалился и попробовал лапой стащить с шеи удавку. Как два человека смогут удержать такое свирепое животное, Илан не знал, но они удержали. Лев опрокинулся, поцарапал немного мокрую глину и затих. Подошли другие двое, связали ему лапы, затолкали в сеть, как в мешок, и оглянулись на охотников.

— Чего смотрите, — сказал один из них. — Впрягайтесь. Помогайте тащить.

Смотритель внимательно оглядывал добычу. Пошевелил поврежденную заднюю лапу, даже заглянул в пасть прежде, чем перемотать ее веревкой. Погладил по широкому лбу, похлопал по загривку. Было видно, что зверь ему нравится. Префект вернул поводок Чепухи Илану и тоже подошел посмотреть. Хрипящая Чепуха сразу же подтащила Илана ближе. Извлеченный из берлоги целиком и связанный, зверь уже не выглядел огромным, тяжелым и опасным. С крупного дахского волкодава или немного больше. Разве что когти и зубы страшные. И грива лохматая.

— Как же он сожрал форорака? — спросил префект смотрителя. — Птица вдвое его больше.

— Характер, — усмехнулся смотритель, вытаскивая дротики. — Упорная и расчетливая тварь. Все ж хорошо, что я пошел с вами. Большая удача даже для охоты в северных пещерах — молодой самец. Сам-то он никуда не годится, но у нас две самки в зверинце, может, сделаем котят. Бешеных денег стоят, если выросли в руках. Лучшего телохранителя, чем такая зверюга, найти невозможно.

— А в дротиках у вас что? — поинтересовался префект, прищурив глаз.

— Настой пьяного гриба, — нехотя признался смотритель.

Средство было запрещенное, но префект только покачал головой. Видимо, в руках людей генерал-губернатора даже запрещенное было допустимо.

— И почему мы сразу их не позвали? — между тем, думал вслух господин Саом. — Ничего же ужасного…

Зверя, опутанного сетью, поволокли в сторону оставленных на границе тростника лошадей. Чепуха всю дорогу недовольно ворчала и делала попытки прорваться поближе. Зверь очень ей не нравился, она выследила эту добычу и требовала свое законное право вступить с ним в честный бой.

Прежде, чем грузить зверя в лубяной короб, закрепленный меж двумя лошадьми, смотритель замотал им головы мешками и облил шерсть зверя каким-то настоем, имеющим сладкий кондитерский запах. Лошади все равно чуяли хищника и нервно приседали, когда к ним подтащили сеть.

Пустынные охотники по дороге назад переговаривались между собой о том, как просто и легко могли бы сделать это дело сами, если бы не вмешались городские, если б они знали, что зверь дрался с форораком, а не просто пугал коров, и если б им такую собаку. В конце концов один подошел к Илану и напрямую предложил:

— Мальчик, продай собачку!

— Это полицейская собака, она не продается! — гордо ответил Илан и наклонился, чтобы Чепуху погладить.

И тут Чепуха улучила момент свободы от контроля, вырвала поводок, одним прыжком взлетела на загривок связанному зверю, который, пока снимали и готовили короб, с приоткрытыми глазами лежал на земле, вцепилась ему в горло и стала короткими глотками перехватывать шкуру, как делала обычно в драках с другими собаками — искала уязвимое место. В драках Чепуха побеждала всегда. Даже псов втрое-вчетверо крупнее, злее и зубастее, чем сама.