Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

Дик встречался с ними и с их потомками ещё не раз. Часто фургон циркачей выручал его, скрывая от погони. Однажды Дик даже довольно долго работал у Хаттона, показывая чудеса стрельбы в цель из лука и метания кинжалов. С тех пор он умеет жонглировать с закрытыми глазами.

Глава 8. Огненный круг

История шестая, о путешествии Благородного Дика сквозь Огненный круг

Подвиги и приключения находили Дика сами, он не старался нарочно искать тех, кому требуется его защита. Как он и предполагал, отправляясь странствовать, достаточно всего лишь идти вперед и тебе встретится столько интересного, что и в самых смелых мечтах не представишь.

Первую неслучайную просьбу о помощи Дик получил ровно через месяц, считая с того дня, как Три принцессы вручили ему Тореллинг. И просьба пришла, как ни странно, из леса.

Дик сидел у костра, разогревая свой ужин. Сегодня он разминулся с большой королевской охотой. Настреляв дичи, а после напившись вина и до вечера буйно веселясь на лесной поляне, в точности как бандиты, а не как пристало благородным вельможам, охотники уехали, бросив недожаренное мясо прямо на вертелах. Дик раздул один из костров и выбрал себе очень сочную куропатку, не прожаренную, но достойную лучшей участи, чем остаться на поляне на пищу зверям. Другие круги углей Дик старательно засыпал землей, чтобы избежать лесного пожара.

Куропатка зажарилась на славу. Когда от нее осталось последнее крылышко, на ветку неподалеку села маленькая сизая птичка с ярким пятном на груди. Она так пристально приглядывалась к нему, что Дику стало неловко. Будто пичуга недовольна тем, что он грызет косточки другой птицы.

— Не убивал ее, между прочим, — на всякий случай объяснил Дик. — Хотя ничего в этом такого нет. Вот тебя нельзя есть, меня — нежелательно, хотя некоторые пробовали, а куропатку очень даже можно!

— Дик! — нежным голосом сказала птичка. — Я прошу тебя о помощи!

Рыцарь выронил крылышко куропатки в костер. А пичуга заговорила от имени его крестной, великой принцессы Келлерлисы.

— Лес в опасности. Приходи как можно скорее. Посланница укажет тебе переход. Скажи, что ищешь меня, и тебе откроют дорогу.

— Веди, — Дик встал. Быстро загасил костер и собрался в путь.

Птичка с яркой грудкой порхала перед ним. В сумерках раннего вечера Дик видел только это светлое пятнышко, как блуждающий огонек среди деревьев. Влетев под склонившийся аркой молодой клен, посланница пропала. Дик пошел за ней и очутился на поляне, которой только что не было. Похоже, тут солнце ещё не садилось. Дик не успел удивиться, как от ствола стройного дуба отделился высокий мужской силуэт и преградил ему путь.

— Кто ты и что тебе надо на границе лесной страны?

— По какому праву ты спрашиваешь? Граница для меня открыта, значит, могу здесь находиться, — ответил Дик.

— Я страж леса. Я затем и стою на границе, чтобы не пропускать чужаков. Сейчас у нас неспокойно, никто не может пройти границу без поручителя. И тебя не пущу, странник! Нам не надо незваных гостей!

— Меня пригласила госпожа Келлерлиса, — невозмутимо ответил Дик.

— А не врешь? — неприветливо смерил его взглядом страж леса.

— За такое недоверие к моим словам можешь и поплатиться, — Дик тронул рукоять меча.

— Ой, не могу! Дрожу от страха! Чем докажешь, что великая принцесса действительно ждет такого мелкого оборванца как ты?

— Слово рыцаря.

— А где доказательство, что ты рыцарь?! — не унимался страж. Его презрение поначалу не трогало странника, но всему есть предел.

— Проверь! — Дик выхватил меч.

Страж леса тоже дернул драгоценную рукоять оружия на поясе. Но вместо меча у его ног развернулась серая длинная плетеная змея с темным зигзагом узора, как на спинах гадюк.

— Этот дохлый червяк, твое оружие? — засмеялся Дик.

— Это боевой хлыст, оружие многих великих воинов леса! Что, никогда не видел?

Странник, улыбаясь, покачал головой.

— Им можно убить с одного удара. Можно свалить дерево, загасить костер, сбить с ног лошадь противника… — страж леса поднял повыше и пропустил через руку длинную гибкую змею, толщиной в три пальца у рукояти и сужающуюся к тяжелому плетеному шарику. Из шарика расходились отдельные раздвоенные на концах черные "язычки", десять штук. — Бывают покороче и полегче, без такого узла. Обычная плетка — "серая змея". Сразу не убивает, но жалит всерьез. Видишь, если правильно замахнуться, — страж леса плавно показал, как должен идти хлыст, — узел обовьется вокруг тебя и ударит в сердце. Истории о том, что лесным жителям стоит взмахнуть рукой, как люди, встретившие их, падают замертво, не совсем сказки…

— Ясно, — кивнул Дик. — Сразимся?

— Ты в своем уме, малыш?! Я ведь показал тебе свой хлыст близко, для того, чтобы ты понял, насколько безнадежно нам драться. Я свалю тебя с одного удара. Убивать не буду, конечно, но ребра могу случайно сломать.

Дик молча поднял меч. Его противник, крепкий взрослый воин в серой мягкой одежде и в полупрозрачном зеленом плаще. Лицо темное от загара, но холеное, гладкое, без морщин, хотя не настолько уж юное. Он простой стражник, но в народах фей и эльфов всех мужчин называют принцами, и ведут себя эти "принцы" соответственно званию.

Принц фей сделал быстрое с трудом уловимое движение кистью. Меч Дика наткнулся на упругое, как гибкая ветка, препятствие и выпорхнул из руки. Хлыст протянул рыцаря по плечам. В "голове" змеи, в плетеном узле, похоже, зашит камень или свинец. Куртка сдержала удар, но ощущение такое, словно Дика с размаху обнял одной лапой медведь. Тяжесть этих "объятий" пригнула его к земле, Дик упал на колени. Благодаря этому хлыст соскользнул, Дик успел подхватить свой меч и вскочить.

— Хватит? Или хочешь продолжать? — насмешливо спросил страж леса.

— Дальше, — Дик крепче перехватил меч.

В следующем броске боевого хлыста Дик прицельно рубанул по круглому узлу, "обезглавив" змею. Вторым ударом выбил оружие стража леса. И протянул открытую руку:

— Ничья?

Тот сердито сопел, не спеша ответить на рукопожатие.

— Что здесь творится?! — гневно воскликнул женский голос.

Оба противника вздрогнули. Дик от неожиданности, а страж леса от того, что узнал голос одной из Трех принцесс.

— Я давно жду тебя, Дик, — сурово сказала Келлерлиса. —