Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Ваш охранник любезно преподал мне урок владения оружием леса. Так понимаю, позвали меня для не совсем безопасного поручения? Подумал, маленькая тренировка кстати, — Дик не знал, что именно видела и слышала Келлерлиса.

Страж похолодел от страха, но лесной принцессе сейчас явно не до него. Она схватила Дика за руку, как строгая тетушка, и увлекла за собой по ей одной открытой тропе. Чаща почтительно расступалась перед принцессой.

— Меч для боя тебе сейчас не понадобится, — по пути взволнованно говорила Келлерлиса. — Но наша единственная надежда, действительно Тореллинг. Идем, идем! В лесу всюду есть уши, а нам надо поговорить без свидетелей.

Когда они вышли из леса на небольшой пустырь с одинокий деревом, солнце уже покраснело. Каменистую полянку делила надвое разрушенная древняя стена. Высотой не более человеческого роста, где пониже, где повыше. В самом центре пустыря и стены зиял широкий прямоугольный пролом. Небольшая дверца с очень высоким порогом или большое окно почти вросшее в землю. За этой дверью-окном простирался такой же пустырь, черная стена леса точно отражалась в зеркале. К проему тянулось косыми лучами низкое солнце, словно хотело войти в гости к Дику и Келлерлисе. По одну сторону от двери у стены рос роскошный древний дуб. Видно, что сил у него осталось не так уж много, хотя крона ещё густо зеленела. По другую сторону, у ног Дика, тянулась странная грядка, где пестрели поодиночке в непонятном узоре цветы, каждый из которых совсем не похож на другой. И ни на один цветок из тех, что Дик видел в жизни.

— Это мой садик воспоминаний, — сказала Келлерлиса. — Прихожу сюда только когда мне грустно. Каждый цветок — самое яркое событие в моей жизни. Как видишь, их не так уж много. Вдыхая их аромат, я набираюсь сил… Правда, что ты уже победил дракона?

— Не надо об этом, — попросил Дик. — Это моя ошибка, а не победа.

— Но тебе помогла действительно хитрость, как все говорят, или, всё же, случайность?

— Случайная хитрость.

— Дай мне свой меч, — Келлерлиса осторожно приняла клинок, воткнула его на краю грядки и накрыла своим плащом. — Пускай прорастает. Я пока расскажу тебе, что у нас происходит.

Дик и раньше чувствовал слабую горечь, которой веяло от распущенных золотых волос Келлерлисы. Дым, в котором горели живые зеленые ветки и листья. Этот запах внушал тревогу.

— У вас был пожар?

— Да… И великий пожар грядет, если мы его не остановим. Если ты не остановишь, Дик…

— Дальше.

— Государь леса может потерять союз с торелингами. И тогда дети пламени пойдут на нас войной. От леса останутся одни угли!

— Условия союза?

— Тысяча кубов леса в год может отдаваться огню. Государь сам выбирает старые стволы, пни и деревья для рубки. Но теперь люди короля Тора стали бесчинствовать наугад, где придется. Они испепелили немало зелени, даже на заповедных территориях моих сестер. Это выходка молодых, Тор не пожелал защитить их, но наш государь потребовал слишком большой выкуп золотом, как цену своего прощения. Тор вспомнил ему старые долги, а наш государь Целист довольно резко отвечал, что приданное лесной принцессы стоит дороже… Дело в том, что одна из лесных принцесс недавно вышла замуж за внучатого племянника Тора, и не все в лесу одобряют ее выбор… Тебе ни к чему подробности, главное: они разругались не на шутку.

— Дальше.

— Государь леса отказался платить дань огню. Торелинги грозят взыскать долг, без его позволения. Люди пограничных селений, которым теперь тоже запрещена вырубка леса недовольны. Им нечем топить очаги…

— Что могу сделать?

— Твой меч — успешное творение огня и леса. По этой верительной грамоте Тор узнает тебя. Поговори с ним. Никто из лесного народа не может войти в Огненный круг. Даже повелителей других стихий, наших союзников, страшит огонь. А более огня их пугает необузданный нрав Тора. Он очень упрям и свиреп в гневе. Никто не согласился пойти к нему добровольно. Я не знаю другого посланника, кроме тебя, Дик. Ты крестник леса.

Когда я сказала о тебе на совете, все воспротивились. Государь сказал, что ты ещё ребенок, а мои сестры возмутились, что риск этого поручения слишком велик для тебя. Но я не знаю другого, даже среди детей дороги, кто мог бы помочь нам остановить войну. Решающий довод в пользу тебя: твой возраст и, главное, меч, не зря названный Тореллингом. Что ты скажешь об этом, Дик?

— Как найти этот круг?

Келлерлиса вздохнула, словно сожалея, что Дик согласился так быстро.

— Ты решился? Подумай ещё раз. Это может спасти нас, но…

— На сомнения времени мало, — напомнил он крестной. — Что сказать Тору, если король примет меня?

— Что угодно. Ты умеешь убеждать, Дик, — слабо улыбнулась лесная фея. — Смотри, — она откинула плащ и показала Дику два абсолютно одинаковых меча, торчащих из земли под стеной. Один, безусловно, Тореллинг. Но каким чудом рядом вырос близнец? — Угадаешь, который твой?

Не обнаружив ни малейших различий на глаз, Дик дотронулся обеими руками одновременно до рукоятей двух мечей. Оба эфеса украшены золотыми дубовыми листьями, оба твердые и привычно легли рифлеными полосками в ладони. Плотность у них одинаковая, сколько не сжимай, но левая рука чувствовала холод, а в правой ладони меч отзывался теплом.

— Этот, — показал Дик. — Он теплее.

— Не угадал. Это зеркало, — улыбнулась Келлерлиса. — Под стеной нет солнца, твой настоящий меч холодный. А второй, сохранит тепло твоей руки, пока ты жив. Я узнаю, что случится с тобой, где бы ты ни был, Дик. Буду ждать тебя, поливать меч соленой водой каждый день, чтобы ты чувствовал мои слезы и помнил обо мне. Буду смотреть на лезвие: пока клинок блестит, с тобой всё в порядке. Если проступит красная ржавчина, значит, ты ранен. Если зеркало клинка потускнеет… — Келлерлиса прогнала тень с лица и вернула улыбку: — Я надеюсь, этого не случится.

— Это будет, если умру? — Дик удивлялся, как удобно устроились феи: выращивают в саду мечи, как цветы, да ещё и читают по ним, что происходит где-то далеко.

Крестная отвернулась и провела рукой ему по щеке, прощаясь.

— Пройди в это окно и окажешься перед входом во владения Тора. Возвращайся скорее, Дик.