Всадники Перна - Энн Маккефри

Арфист расплылся в глуповатой улыбке.

– Вот я и говорю: почему?

– Я люблю мальчишку. Люблю больше, чем если бы он был моей плотью и кровью – моей, Лайтола Руатанского! И я доказал свою любовь к нему. Доказал, что забочусь о нем. Руат богат. Богат, как и в те времена, когда им правила Руатанская династия. Излечены все раны, которые нанес Фэкс. Но мне-то что? Жизнь моя кончена. Я много кем побывал. Я был всадником – о, Ларт’, мой красавец Ларт’! Я был ткачом, так что разбираюсь в ремеслах. И в холдах теперь тоже разбираюсь. Я знаю все. Знаю, как позаботиться о белом заморыше. Почему бы мальчишке не оставить дракона себе? Во имя Первой Скорлупы, он все равно никому больше не нужен. Никто больше не захотел его запечатлеть. Он особенный, говорю тебе. Особенный!

– Погоди, лорд Лайтол, – сказал Райд Бенденский, встав из-за своего конца стола и направляясь к Лайтолу. – Мальчик запечатлел дракона. И это значит, что он должен остаться в Вейре.

– Рут’ – неполноценный дракон, – проговорил Лайтол таким тоном, будто был почти трезв.

– Неполноценный дракон? – Судя по выражению лица Райда, его потрясло столь святотатственное заявление.

– Белых драконов еще никогда не бывало, – высокопарно заявил Лайтол, выпрямляясь во весь рост. Он был немногим выше, чем лорд Бенден-холда, но выглядел куда величественнее. – Никогда!

Похоже, ему хотелось провозгласить тост, но кубок оказался пуст. Он сумел достаточно ловко налить себе вина, хотя с трудом держался на ногах. Арфист поспешно подставил свой бокал, расплескивая напиток.

– Ни один белый дракон… – нараспев произнес арфист, чокаясь с Лайтолом.

– …не смог выжить, – продолжил Лайтол, делая большой глоток.

– Не смог!

– И потому, – Лайтол глубоко вздохнул, – мальчик должен остаться в своем холде. В холде Руат.

– Вне всякого сомнения! – Робинтон высоко поднял кубок, вызывающе уставившись на Райда, который удостоил его долгим непроницаемым взглядом.

– Он должен остаться в Вейре, – наконец сказал Райд, хотя и не слишком уверенно.

– Нет, он должен вернуться в Руат. – Лайтол изо всех сил вцепился в край стола. – Когда дракон умрет, мальчик должен быть там, где у него останется цель, и жизнь сохранит для него смысл. Я знаю!

На это у Райда не нашлось ответа, и он осмелился лишь на неодобрительный взгляд в сторону Лайтола. Затаив дыхание, Лесса попыталась слегка подтолкнуть мысли старого лорда в нужном направлении.

– Я знаю, как помочь мальчику, – продолжал Лайтол, медленно опускаясь обратно на стул. – Я знаю, что для него будет лучше. Я знаю, что такое потерять дракона. Разница только в том, что нам заранее известно: дни Рут’а сочтены.

– Дни сочтены, – словно эхо, повторил арфист.

И вдруг уронил голову на стол. Лайтол с любопытством, почти отечески склонился над ним и тут же отпрянул, поскольку тот негромко захрапел.

– Эй, не засыпай. Мы еще не закончили с этой бутылкой!

Робинтон не ответил, и Лайтол, пожав плечами, осушил свой кубок, а потом тоже медленно опустил голову на стол и захрапел в такт арфисту. С отвращением посмотрев на обоих, Райд повернулся и направился обратно к своему концу стола.

– Вот уж действительно, нет истины в вине, – заметил Ларад Телгарский, когда Райд снова сел.

Лесса попыталась мысленно воздействовать на Ларада, который был куда восприимчивее Райда. Он стал качать головой, и она переключила свое внимание на Сайфера. Если удастся убедить обоих прийти к согласию…

– Место дракона и его всадника – в Вейре, – сказал Райд. – Что вполне естественно для них, и этого не изменишь.

– Ну а если взять, к примеру, огненных ящериц? – Сайфер показал подбородком на двух файров в руках сидевших напротив лорда и леди Лемосских. – Они ведь тоже своего рода драконы.

– Мы сегодня видели, что бывает, если пойти против естества, – усмехнулся Райд. – Та девушка… как там ее зовут?.. потеряла свою королеву. Даже ящерица пыталась отговорить ее от запечатления новой. Эти существа знают куда больше, чем нам кажется. Вспомни, сколько лет их пытались поймать…

– Зато теперь ловят целыми гнездовьями, – прервал его Сайфер. – Они, кстати, вполне симпатичные. Мне не терпится дождаться, когда вылупятся мои.

Отчего-то их спор напомнил Лессе стариков Р’гула и С’лела, ее первых «учителей» в Вейре, которые постоянно перечили друг другу, вместо того чтобы обучать ее «всему, что нужно знать, чтобы стать госпожой Вейра». В итоге ее всему научил Ф’лар.

– Мальчик должен остаться здесь вместе с драконом.

– Этот мальчик – лорд холда, Райд, – напомнил ему Ларад Телгарский. – И распри из-за владения холдом нам вовсе ни к чему. Может, если бы у Лайтола был сын, или если бы он сумел воспитать другого подходящего претендента… Нет, Джексом должен оставаться лордом Руата…

Лорд Телгара попытался высмотреть мальчика в Чаше Вейра. Встретившись взглядом с Лессой, он с отстраненной вежливостью улыбнулся ей.

– Не соглашусь, не соглашусь, – решительно покачал головой Райд. – Это против всех обычаев.

– Некоторые обычаи давно пора менять, – хмуро ответил Ларад.

– Интересно, чего хочет сам мальчик? – как всегда мягко вмешался Асгенар, перехватив взгляд Ларада.

Лорд Телгара от души рассмеялся, закинув голову.

– Не усложняй, братец. Мы только что решили его судьбу, и не важно, чего он хочет или не хочет.

– Мальчика следует спросить, – уже тверже возразил Асгенар, глядя то на Ларада, то на двух других лордов. – Я видел его лицо, когда он вышел с площадки Рождений. Он как раз осознал, что совершил, и сам побелел, как тот дракончик.

Асгенар жестом осторожно намекнул на Лайтола.

– Да, Джексом даже слишком хорошо понимает, что он сделал.

– С каких это пор сопляков о чем-то спрашивают? – раздраженно фыркнул Райд. – Им приказывают!

Асгенар повернулся к своей супруге, коснулся ее плеча и с любовью во взгляде попросил ее позвать юного Джексома. Придерживая свою сонную зеленую ящерицу, она встала и направилась к озеру.

– Я недавно обнаружил, что можно выяснить очень многое, если расспрашивать людей, – сказал он, со странной улыбкой глядя вслед жене.

– Людей – да, но не детей! – Райд сумел вложить в свои слова всю накопившуюся у него злость.

Лесса мысленно подтолкнула эмоции лорда, который в таком состоянии оказался более податлив.

– Почему бы ему просто не взять звереныша на руки? – раздраженно спросил лорд Бенденский, глядя на приближающихся к ним леди Фамиру, юного лорда Руатанского и новорожденного белого дракона Рут’а.

– Полагаю, у них уже установились определенные отношения, – заметил Асгенар. – Нести малыша на руках было бы проще и быстрее, но вряд ли разумнее. Даже у столь маленького дракона есть чувство собственного достоинства.

Райд Бенденский что-то проворчал: Лесса не