Ищущий свет - Е. Юань

с радостью пожертвовать Владыке все наши Запечатанные артефакты и Потусторонние характеристики. Не подскажете ли, какая из этих диковин способна наилучшим образом умилостивить Его взор?

Буквально только что этот Великий Жрец упомянул: помимо него самого, гордо носящего ранг «Ночного стража», в Лунном Городе коптят небо еще двое мастодонтов — «Рыцарь Железа и Крови» вкупе с «Магом Законов». Они делят между собой посты «Жреца Молний» и «Жреца Ночи» соответственно.

Что же до пятерки Запечатанных артефактов первого класса, расклад был таков: первый принадлежал к Пути «Монстра» и, судя по всему, представлял собой сплав толики характеристик «Мага Несчастий» с крохами мощи «Странствующего в хаосе». Вторая реликвия брала истоки от «Куклы» из стези «Мутанта». Третья являла собой древний дар самого «Красного Ангела» Медичи, наделенный властью намертво сплетать воедино силы множества людей. Четвертая диковина, судя по признакам, выкристаллизовалась из свойств «Мага причуд». Ну а пятая… к какому Пути она относилась, оставалось тайной за семью печатями. Артефакт козырял феноменальным даром проницательности, вот только был поражен некой неведомой, леденящей скверной, что делало его до пугающего фатальным в обращении.

Услышав этот пассаж Нима, у Клейна едва заметно дернулось веко. Слегка улыбнувшись, он отозвался:

— Владыке служат искренним сердцем, а не подношениями.

— Его величие и милосердие объемлют весь мир, Ему совершенно нет нужды зариться на подобные мирские безделушки.

Сделав короткую паузу, юноша добавил:

— Впрочем, если вы не против, я бы с превеликим удовольствием взглянул на них. Так сказать, исключительно ради расширения собственного кругозора.

— Никаких проблем! — без малейших колебаний, с готовностью выпалил Ним.

Старец грешным делом предполагал, что Герман Воробей под благовидным предлогом экскурсии неминуемо приберет к рукам хотя бы одну реликвию первого класса. И каково же было его ошеломление, когда выяснилось: этот божественный посланник и впрямь желал лишь вникнуть в суть дела, напрочь лишенный алчных помыслов. Авантюрист дотошно, с интересом повертел в руках каждый артефакт, но в итоге благополучно вернул всё на свои законные места.

Едва осмотр подошел к концу, Клейн обратился ко всей троице жрецов-полубогов:

— Идеальный шанс вырваться из этих проклятых земель еще не наступил. Вам придется стоически нести свою вахту еще какое-то время.

— Я же продолжу свои странствия: буду рыть землю в поисках иных уцелевших, неся во мрак сияние моего Владыки.

— Повинуемся, господин оракул, — Ним вкупе с остальными жрецами отозвались без малейшей тени досады или сопротивления.

Разжившись теми диковинными грибами, Лунный Город железобетонно гарантировал себе выживание как минимум на три грядущих поколения. Призрак голодной смерти отступил далеко во мрак.

Благополучно расставив все точки над «i» в Лунном Городе, Клейн, облаченный в плащ и цилиндр, сжимающий в руке керосиновую лампу, уверенным шагом растворился в беспросветной, первобытной ночи снаружи.

Его следующий шаг был кристально ясен:

Взять след Демонического волка тьмы Котара и устроить кровавую охоту на этого «Бога Желаний»!

«Мое заветное желание — наложить лапы на Потустороннюю характеристику „Чудотворца“ вкупе с тем самым „занавесом“. Искренне уповаю, что Он соизволит мне с этим подсобить…» — мерно чеканя шаг, Клейн не удержался от едкой мысленной шпильки в адрес своей мишени.

Удостоверившись, что наглухо оторвался от пытливых взоров обывателей Лунного Города, юноша виртуозным жестом выудил из исторической мглы еще одного себя.

Его подлинное тело в тот же миг просочилось в поры истории, а сознание плавно, без малейших задержек перетекло прямиком в свежевызванную проекцию.

Этот фантом, в свою очередь, выдернул из небытия иллюзорный слепок «Звездного Жезла». Оседлав сокрушительную мощь реликвии, двойник молниеносно катапультировался именно в ту точку, что Клейн загодя вырисовал в своем уме:

Прямиком к наглухо стертому с лица земли древнему северному полису Нос!

Благополучно добравшись до координат, историческая проекция стремительно истаяла в воздухе, а подлинное тело Клейна вынырнуло обратно в реальность, очутившись посреди дикой пустоши близ Лунного Города.

Не теряя ни доли секунды, он вновь призвал фантом «Звездного Жезла». Ювелирно повторив недавний алгоритм, сыщик в мгновение ока перенесся обратно к руинам Нос.

Тот первый прыжок через призрачную куклу служил исключительно параноидальной разведкой боем. Клейн кровь из носу должен был удостовериться: пейзаж, выкованный в его чертогах разума, бьет тютелька в тютельку с суровой реальностью. Малейшее расхождение — и «Звездный Жезл» неминуемо выкинул бы какой-нибудь фатальный, случайный финт.

Именно в этой ювелирной подстраховке и крылась подлинная, въевшаяся в подкорку бдительность «Ученого древности».

…………

Город Серебра. В самом центре глухого, погруженного в густой мрак тренировочного полигона.

«Охотник на Демонов» Колин Илиад, за чьей спиной покоились два прямых клинка, неподвижной скалой застыл поодаль. Старец безмолвно созерцал, как Деррик Берг сноровисто обустраивает алтарь, вознося мольбы господину «Шуту» с истовой просьбой ниспослать святого духа им в подмогу.

Это таинство в корне отличалось от рядовых ритуалов призыва, да и сами мантры были выплетены куда более зубодробительно:

— Великий «Шут»;

— Вы — Таинственный Владыка над серой мглой;

— Вы — Король Желтого и Черного, владыка удачи.

— Я отчаянно молю о Вашем покровительстве;

— Молю о Вашем всевидящем взоре;

— Молю о мощи сокрытия и метаморфоз.

— Я!

— Я взываю к Вам именем великого «Шута»:

— Святой дух, пронзающий взором всё сущее; благословенный Короля Желтого и Черного; странствующий в сновидениях и подсознании.

Раскатистые, тяжеловесные фразы на языке гигантов гулким эхом бились о своды над алтарем. Пламя на кончике свечи внезапно, хищно раздулось, сплетаясь в иллюзорные врата, щедро испещренные диковинной, первобытной вязью.

Призрачные створки мучительно медленно, со скрипом распахнулись. Из недр портала вынырнул женский силуэт. Облаченная в кипенно-белое платье и скрывающая лицо за серебряной маской, леди грациозно, словно по невидимым ступеням, сошла прямиком из пустоты на твердую землю.

Её волосы отливали благородным, винно-красным оттенком, а глаза светились ослепительным золотом — кристально чистым, но в то же время бездонным, словно этот взор был способен играючи, насквозь прошивать чужие души.

То была не кто иная, как «Справедливость» Одри. Девушка виртуозно пустила в ход артефакт «Ложь», дабы перекроить собственный рост вкупе с теми броскими чертами, что не поддавались маскировке под серебряным фасадом.

Сбросив оковы плоти, она ступила в Город Серебра, в самые недра «Земли, покинутой богами», в форме призрачного духовного тела.

Если препарировать суть, вся подоплека этого таинства призыва была до смешного тривиальной: Клейн загодя выдернул дух Одри в таинственные чертоги над серой мглой. А едва «Врата Призыва» обрели плотность, он просто радушно распахнул их, позволив аристократке благополучно переступить порог. Вот и вся магия.

Иными словами, все эти напыщенные эпитеты вроде «святого духа, пронзающего взором всё сущее» не играли ровным счетом никакой