X-COM: Первый контакт - Денис Грей

Пока собирал всё это барахло, в его голове родилось сразу две идеи:

Одежда — можно было использовать одеяло в качестве пончо, сделав посредине прорезь для головы. На ноги, даже поверх тапочек, намотать наволочки. Их как раз две. Всё это подпоясать системой. Длины должно хватить.

Веревка — нарезать с простыни полосы и заплести их в косу. Должно примерно хватить. По прикидкам выходило три метра вместо четырех. Ну ладно, чай не стеклянный. Можно метр и прыгнуть! Когда он смотрел в окно, он видел небольшой намет снега под цоколем, и это должно хоть как-то смягчить падение. Годится!

А чем разрезать?

Игла от капельницы для этого дела никак не подходила. Стекло бить не хотелось. Не дай бог этот, что внизу, услышит! Только чем?

Илья сел на табурет. Не зубами же грызть! Зубы… На глаза попалась та самая коробочка от награды. Звезда! Точно! У нее же лучи острые, словно зубы! Илья взял коробку и вытряхнул из нее награду. В полумраке поблескивал металл пятиконечной красавицы. Еще раз полюбовавшись этим достойным произведением, Илья взял простынь и попробовал сделать надрез. Ткань проминалась.

Не долго думая, он положил один край материи на пол, придавил его ногой, а вторую часть натянул, зажав в кулаке. Острая грань звездочки прошлась по ткани, оставив на ней вполне приличный разрез. Отлично! Мысленно поблагодарив человека, который воплотил форму этой награды в металле с достаточно острыми гранями, Илья принялся дальше нарезать ткань на полосы.

Спустя какое-то время у Ильи была веревка. Туда ушла вся простынь и оба полотенца. Вышло коряво, но сойдет. Тут внешний вид особо не важен. Главное — прочно! Пока резал, он то и дело прислушивался к звукам внизу. Хрюканье и завывания продолжались. Значит, тот монстр с ножами на руках все еще там. И это хорошо! «Пусть себе там гуляет, лишь бы на улицу не выходил!» — подумал Илья. Парадные двери были без стекол, и он его не заметит, когда Илья спустится вниз на веревке. Окна выходили на сторону фасада здания больницы.

Закончив работу, Илья попробовал свою веревку на разрыв, придавив один край ногами, а второй потянул руками что было сил. Импровизированная веревка хоть и потрескивала, но держалась. Правда, вышло чуть меньше чем три метра. Примерно два с половиной. Ну, делать нечего. Придется прыгать!

Дальше Илья при помощи своей звездочки разрезал одеяло и накинул его сверху на себя. Подпоясал системой. Замотал на ноги наволочки и, также зафиксировал импровизированные портянки отрезками системы. Легонько, чтобы не поднимать шум, попрыгал на месте и поприседал. Прошелся по палате. Мягко, удобно. Ничего не жало, не мешало. Отлично! Жаль, что на голову нет никакого убора, но тут уже ничего не поделать. Не брать же чепчик с мертвой девчонки на лестнице?

Немного постояв и подышав полной грудью, чтобы унять волнение, Илья размял мышцы ног и рук и подошел к окну. Он привязал один край своей веревки к металлической трубе, что вела к чугунной батарее отопления под окном. Второй он сложил кольцами на подоконнике. Не забыл за награду и свое новое удостоверение. Звезду он вернул в коробку и засунул за пазуху. Решил не цеплять ее себе на грудь на пончо из одеяла. Это было бы совсем кощунственно по отношению к такой уважаемой награде. Удостоверение отправилось следом за звездой.

Теперь самое главное! Окно тихо открыть не получится. Он попробовал провернуть запоры рамы, и у него ничего не вышло. Придется разбивать окно. А это шум! На этот шум обязательно прибежит тот монстр, что «дежурит» на первом этаже. Значит, надо действовать быстро! Илья схватил табурет и одним броском вынес стекло. В тот же миг внизу заревел монстр, и Илья услышал, как рассыпалась в щепки дверь, ведущая на лестницу, что вела на второй этаж. По бетону ступеней раздались тяжелые шаги. Монстр продолжал реветь, и звук его рыка становился всё ближе и ближе!

Илья швырнул свободный конец веревки в окно и залез на подоконник. Рев монстра был уже на втором этаже! Ухватившись за веревку обеими руками, он на манер скалолаза решительно выпрыгнул из окна и, уперевшись ногами в стену, стал быстро перебирать руками.

Дверь в тамбур вынесло вместе с дверью в палату. Чудовище заревело, словно паровоз, и метнулось к окну. Илья наконец добрался до конца веревки и, свесившись на вытянутой руке, разжал кисть. Меньше секунды свободного падения, и он, едва коснувшись ногами земли, сразу ушел в кувырок. Затем он сделал еще один, чтобы полностью погасить инерцию падения. Едва поднявшись на ноги, Илья, что было сил и скорости, побежал прочь, стараясь затеряться среди темноты подворотен.

Он бежал и бежал, прячась в темных углах и подворотнях ночного города. Гнался за ним тот монстр или нет, Илья не знал. Единственное, о чем он жалел, так это то, что в больнице с его личными вещами остались его любимые наручные часы. Единственный подарок от его жены, который остался ему на память.

Глава 6. Перехват

Штурмовик Ил-2, уверенно прокладывал свой путь сквозь ночную тьму, преодолевая километр за километром до цели. Его обтекаемые формы и мощные крылья придавали машине не только внушительный вид, но и невероятную маневренность, позволяя ему стремительно и точно атаковать врага, не оставляя тому никаких шансов. Корпус, окрашенный в защитные цвета, гармонично сливался с чернотой ночи, становясь частью неба, а светло-серое брюхо растворялось в серебре сияния луны, делая его силуэт практически незаметным.

По обеим сторонам штурмовика, чуть отставая, шли два истребителя Як-9 — воплощение инженерного мастерства и символ воздушной мощи Советского Союза. Их гладкие линии и изящные формы вызывали восхищение и трепет каждого, кто видел эти машины в небе. Мощные моторы, словно огненные сердца, гнали машины вперед, а их способность к молниеносным маневрам и мгновенной реакции на любые угрозы делала их смертоносными и неуловимыми хищниками.

На крыльях и бортах всех трех машин ярко-алой краской были искусно выведены пятиконечные звезды — гордый и неизменный символ ВВС Союза Советских Социалистических Республик.

Под ними раскинулась ночная степь, покрытая толстым слоем белоснежного, как саван, снега, который своим покрывалом мягко сгладил все контуры ландшафта. Изредка в этой безмерной глади встречались четко очерченные, словно вырезанные по трафарету, прямоугольники полей, разделенные узкими полосами лесного насаждения. Эти лесополосы,