Американский вояж - Алекс Русских

для холодной клейки камер в шинах представлял собой небольшую коробку с тюбиком специального клея, с десятком заплат из резины и терочкой для зачистки места склейки. Очень эффективная штука была. Клей держал мертво, зубами не отодрать. Плюс еще в том, что для горячей вулканизации нужна была сырая резина, а для холодной заплатки можно было нарезать их из старой камеры

[3] нужны были для разбортировки колес, также в продаже иногда были специальные приспособления, серьезно облегчающие эту непростую работу, например, вот такая, как на фото:

Глава 5

Спасательная экспедиция

— Сейчас выбор небольшой, через месяц должно быть поступление нового товара, — продавец положил на прилавок очередное ружье, — Вот, ТОЗ-34, вертикальная бескурковка, но только 28-й калибр. Или вот тоже вертикалка ИЖ-27, 16-й калибр. Верхний ствол — чок, нижний — получок. Кстати, вам как раз оно будет как раз по комплекции. 16-й калибр, его промысловики предпочитают.

А то я не знаю, что промысловики на боеприпасах экономят. Только вот я ярко выраженный любитель, мне универсальное оружие нужно, чтобы и на мелкую дичь и на крупную, а то и медведя тяжелой пулей встретить. Не буду же я мелкашку с собой таскать, как иные профессионалы, не желающие шкурку зверя портить. Хотя из нее не только белку брать можно, знакомый охотник даже рысь валил с одного выстрела. Но вот мишке мелкашечный патрон, что слону дробина.

Сегодня в магазине пусто, только скучающий продавец у прилавка, да мы втроем. Наверное, поэтому мужчина взялся показывать все имеющиеся стволы, благо их совсем не много.

— А я слышал, что у «ижевки» стволы со временем расшатываются?

— Да, есть такое дело, но тут обычно сами владельцы виноваты, — охотно ответил продавец, — Снаряжают патроны слишком мощным порохом. Используйте «Сокол», навеску не превышайте и горя знать не будете. Может, просто объясните, что вы хотите? Вам же для любительской охоты?

— Мне нужен надежный, универсальный инструмент. Я на геолога учусь, хочу на выходы свое ружье иметь, лучше всего 12-го калибра.

— Увы, сейчас только один ствол этого калибра есть, но не с завода, человек продает. Сейчас эту модель уже не выпускают. Но просит, знаете, дорого.

— Сумма не имеет значения, но мне не нужно сувенирное исполнение, — пояснил я свои требования, — Я же не хвастаться им собираюсь.

— Да нет, — мужчина пожал плечами, — Дело не в украшении, отделка скромная, но само оружие сделано на заказ. Показать?

Я скосил глаза на парней. Серега оторвался от изучения ИЖа, сказал:

— Да давай посмотрим.

Майкл только плечами пожал, не нравится ему отсутствие выбора. А что делать? У нас так практически везде, особенности советской торговли — что есть, то и бери.

Я не понял, откуда продавец достал очередной товар.

— Вот, — он осторожно положил на прилавок ружье, — 12-й калибр, ТОЗ-66. Бывшему хозяину уже не нужна.

А ружьецо, такое ощущение, что вообще не юзаное. На стене оно, что ли, у владельца висело?

— Ложа из ореха, небольшая гравировка, но совсем умеренно. Ударно-спусковой механизм надежный до изумления. Самое важное — точность боя невероятное для гладкоствольного оружия. Для пули только правый ствол подходит. Стволы и патронники хромированные, — мужчина нежно провел рукой по ложу.

— Вроде у «тозок» проблема с подгонкой деталей?

— Есть такое дело, — продавец с интересом посмотрел на меня, — Но это у рядовых моделей, а эту на заказ делали. А так да, порой стволы на десятую миллиметра могут меньше-больше гулять. Но не у этого экземпляра. Хозяин даже попользоваться толком не успел.

— Умер? — поинтересовался я, у нас ведь наследовать оружие нельзя, если нет разрешения, то обязан продать ствол или его милиция изымет.

— Да нет, — грустно улыбнулся мужчина, — Авария, теперь с тростью ходит. Какая уже охота? В рыбаки переквалифицировался, вот и продает, чтобы душу не травить. Если будете хорошо ухаживать, то прослужит вам всю жизнь, ни разу не подведет.

— А отстрелять нельзя у вас?

— Увы, негде, — продавец пожал плечами, — Но так получилось, что с бывшим владельцем я неплохо знаком и это ружье лично опробовал. Себе бы взял, но у меня и свое не хуже.

— Знаешь, — Майкл взял «горизонталку» в руки, — Из того, что я здесь посмотрел, этот ствол выглядит самым лучшим. Я, правда, к такой конструкции не привык, но больше не вижу, что выбрать.

— Сколько? — спросил продавца.

— Семьсот, сами понимаете, штучное исполнение. Так что, брать будете? — продавец иронически прищурился.

Развлекается, уверен, что откажусь. Откуда у студента такие деньги?

— Беру, — решил я, — Ну, и остальное. Мне нужен комплект для чистки, приспособление для снаряжения патронов, гильзы, порох, капсюля, дробь, пули, пыжи. Пожалуй, и снаряженных патронов возьму.

На добрую тысячу товара набрал, зато теперь я «вооружен и очень опасен». Не доверяю я казенному оружию. Свое, есть свое, когда один хозяин, то всегда уверен, что все в порядке, а так мало ли кто таскал. Иные типы даже почистить стволы забывают.

— Может, съездим в тайгу, отстреляем стволы? Бой проверим? — подал голос Сергей.

— Пожалуй. Можно и совместить, я думаю, — отозвался я, — Возьму на базаре мяса, замариную. Как думаете, неплохо будет шашлычков пожарить?

Парни заухмылялись.

— Барбекю — это хорошо, — подытожил Майкл.

Ну, тогда едем, тем более машина уже есть, а вблизи Магадана снег сошел. Не то, что тепло, но солнышко уже пригревает потихоньку, земля просохла.

* * *

— Знаешь, Алекс, мне понравилось. История интереснейшая, читается на одном дыхании. Мне кажется, у книги есть шансы стать бестселлером. Поверь моему опыту, отец мне много рассказывал о своей работе, так что оценить потенциал я могу. Хотя, пока книга не издана, гарантий дать невозможно.

За множеством хлопот в апреле и я, и Майкл забыли про «Пиратов», которые я обещал дать ему почитать. Сначала все время занимала учеба и работа в компьютерном центре, потом целую неделю вечерами возились с моей новой машиной. Ну, да — «курица не птица, Запорожец — не автомобиль», но мы сделали все возможное, чтобы получить утилитарное транспортное средство для Колымы с максимально возможной проходимостью.

Только в начале апреля удалось выйти из перманентного цейтнота,