Контракт с грядущим 2 - Михаил Никитич Ишков

Я щелкнул пальцами, и в туннеле возник прежний мой валун. Камень медленно погрузился в почву.

Аборигены запрыгали от радости.

– Ладно, – согласился старик. – Ты пока здесь посиди, а мы Дон Кихота поищем.

Я возмутился.

– Мы так не договаривались. Искать, так вместе.

– А кто здесь сидеть будет? – уточнил старик.

Я указал на парнишку, чья морда больше других напоминала человечью.

– Да вот хотя бы этот маленький. Посидишь, дружок?

Старик недоверчиво усмехнулся.

– И сколько здесь ему придется сидеть?.. – спросил он.

Юный фигуркарий подпрыгнул от радости.

– Ради святого дела я готов сколько угодно, – обрадовался он. – Может, загадку, как рождаются стихи, разгадаю. Нравится мне сочинять рифмованные закидоны хуже некуда. Как вам такие откровения? – он встал и, вскинув руку, продекламировал:

На горе стоит дом.

А над этим домом

Самолеты вдаль летят

Бить врага патроном.

Маразм крепчал.

Я растерялся – какое разумное, доброе, вечное можно было извлечь на этой замшелой планете? Этих фигуркуриан даже сумасшедшими не назовешь. Ишь ты, какой-то местный недоносок задумался о тайне стихов, мечтает разгадать секрет творческого вдохновения!.. Это вам не что-нибудь как, а как-нибудь что… Или что-то в этом духе.

Вошедший в раж парнишка начал:

Захоронение —

Мне наслаждение.

Сегодня, завтра —

Всегда одно.

Мне наслаждение —

Захоронение.

Затем выдал что-то вообще немыслимое:

Мне в погребении —

Вновь наслаждение,

Здесь нет мучения,

О, наслаждение —

Захоронение.

После паузы, заметив, что я сражен, подсказал:

– А я могу вам подсказать, где у Дон Кихота подпольное лежбище. Они там с Санчо Пансой вместе отдыхают.

Затем, решив свою ученость показать, ни к селу ни к городу добавил.

– Друзья вспоминают минувшие дни и битвы, где вместе рубились они, – и с нескрываемым восторгом сообщил. – А местечко, где они отдыхают, называется село Стаканчиково…

Я остолбенел. Да-а, в юморе этим рептилоидам не откажешь, и мысль о том, что мне никогда не разгадать ни логику, ни генезис, ни целенаправленность осознающего аппарата местных аборигенов, сразила меня.

В этот момент старик-култух провозгласил.

– Тогда пошли.

* * *

Когда могильщики во главе с Франсуа с заступами на плечах скрылись за поворотом, я бегом догнал их.

Старик вновь погрозил мне пальцем.

– Что примчался?

– Хочется свежим воздухом подышать. Я вот о чем – а генератор-то надо бы с собой захватить, а то, кто его знает. Может, Дон Кихоту или Санчо Пансе глоток животворной энергии понадобится, а генератор тут как тут.

– Ох, хитер ты, верзила. Все с какими-то хохмами, подстебками… Намеками пользуешься, а не знаешь, что священным небесам Фигуркария, на котором так удобно разместились наши попечители-арзонты, нельзя быть настолько изворотливым, подозрительно умным. Одним словом, непростым, задиристым и въедливым.

Часть II

Ущемляющие свет

Еще не разгадано до конца то, что происходит внутри тени.

Эдгар Алан По

И тогда я наслаждаюсь тихим разговором с собой и общением с духом грядущего…

М. Ишков

Глава 1

Как только мы выбрались из штольни, передо мной в сумерках открылась сине-серая холмистая равнина, ограниченная на горизонте громадным, сверкающим белизной горным хребтом, в центре которого возвышалась пирамидальная, громадная гора, обработанная так, что волей-неволей задумаешься о ее искусственном происхождении. Точнее, о его утилитарном предназначении служить небесным укрытием для повелителей, которых фигуркарии, освоившими земную премудрость, называли «эксплуататорами», «светлыми», «богами», повелителями.

Арзонтами…

При виде горы култухи все как один рухнули на колени и начали осторожно биться лбами о землю. Потом поднялись, отряхнули колени и, как ни в чем не бывало, с пением бодро направились в сторону ближайшего поселения.

Не чаял в молодые дни

Я в девушках души,

И думал, только тем они

Одним и хороши.

Но тихо старость подошла

И за руку взяла,

И все умчалось без следа

Неведомо куда.

Я замер… Я знал эти стихи.

В меня их вколотили на заре туманной юности.

Тут и Франсуа влез со своими объяснениями.

– «Гамлет». Принц датский. Кто такой принц датский? У нас на Фигуркарии такой страны нет.

– У вас много чего нет. Интересно, кто вас просветил насчет Гамлета?

– Есть у нас доброхоты, – ответил Франсуа. – Они бродят по деревням и разъясняют, откуда ждать беды. Мы называем их «хранителями».

Это название врезалось в меня как удар боевого луча. Этот титул обрывал всякое историческое, логическое, практическое содержание, которое должно было храниться в этом определении.

Проще всего списать этот бред на извращенное понимание смысла развития Вселенной, «что такое хорошо и что такое плохо», которое также просматривалось в нашей земной литературе. Сколько у нас было племен, воспевающих дьявола и прочую адскую толпу, которая жить не дает нормальному человек, виснет у него на плечах, лезет в душу, принуждает сжигать младенцев.

А сколько умалишенных, уверовавших в преимущества расы, к которой они принадлежат?! Но при внимательном изучении никакой высшей расы на Земле никогда небывало.

Был эволюционный процесс. Но ведь кто-то подпалил естественное развитие?

Кому-то это надо было!..

Не этим же «култухам»? Они тогда из пещер только-только начали вылезать.

Хорошо, на Земле всякое случалось, но все это было наше, рожденное в воспаленных мозгах фашистских умников и сумасшедших расистов.

А здесь?

Начитались земной литературы и безвольно вцепились в поклонение «темным силам». А может, это «темные силы» овладели сознаниями аборигенов?..

Тут я умственно споткнулся…

Вспомнилось – «…непосредственная близость к величественной горе вызывает смешанные чувства. С одной стороны, она сразу удостаивает благородством своих пастбищ и щедротами склонов, но при этом никогда не ясно, в тени какого величия и в объятиях какого комфорта и защиты вы находитесь».

Во-о как!

Не надо ерничать! Мне следует добраться до моего звездохода, а до него дальний и скрытый путь. Вот и вступи на него! Сделай первый шаг.

Наблюдая за вершиной мне пришло на ум таинственное слово – «хранители»!

Кто они?

Что он хранят?

Не мои ли это союзники в попытке добраться до корабля?

Я обратился к Франсуа.

– Кто такие «хранители»? Как бы мне с ними встретиться?

– Сейчас заглянем в местный трактир. Может, повезет и ты встретишь их.

– А трактир где?

– В ближайшей деревне. Здесь места дикие. Арзонты на таких, как