Как развестись с драконом и не влюбиться - Анна Ланц

охватило зеленые плети, словно это были сухие дрова. На первом этаже уже вспыхнули деревянные оконные рамы, раздался треск лопнувшего стекла. Огонь уже почти добрался до второго этажа, забираясь все выше. Густой черный дым застилал двор.

У меня перехватило дыхание. Поджог. Сомнений, что это дело рук барона, не было.

Он, конечно, не дурак и прекрасно понимал: каменное поместье от огня не рухнет, стены выстоят. Но это ему и не нужно. Ему достаточно копоти, сгоревших рам и едкого запаха гари. Если комиссия действительно явится с проверкой, все это сыграет ему на руку. Впечатление от поместья, которое и без того не блестящее, станет окончательно гнетущим.

Эти мысли за секунду пронеслись в голове. И я быстро откинула их в сторону. Сейчас было не время об этом думать, нужно было понять, как потушить огонь.

Я растерянно осмотрелась по сторонам. Никаких толковых идей не приходило. Сердце стучало в висках, дыхание сбивалось. Дым резал глаза. Габи взволнованно прыгал у моих ног, нервно размахивая крыльями и то и дело бросая тревожные взгляды на бушующий огонь.

Способ потушить пожар был только один. Магия.

— Ладно. Будь что будет. — Прошептала я.

Сделала шаг к стихии. И от всей души пожелала, чтобы пламя исчезло. Чтобы больше не было этого треска и запаха гари.

— Исчезни! — выкрикнула я, вложив в слова всю злость и страх. В груди разлилось уже ставшее привычным тепло.

Целый миг ничего не происходило. А затем воздух задрожал, и словно из самого камня повалил холодный туман. Он клубился, стягивался в поток, оплетая языки пламени.

Огонь взревел, и словно бешеный зверь, с новой яростью принялся поглощать плющ, подбираясь к рамам второго этажа. Влажный туман окутал его. Пламя, шипя, нехотя гасло, хоть и не сдавалось окончательно.

Тепло в моей груди росло. Я чувствовала, как магия забирает силы. Дрожа, сделал шаг вперед:

— Ну, давай же! Тухни! — потребовала громче, удивляясь твердости своего голоса.

И снова туман, откликаясь на мой приказ, ударил по пламени, давя его, пока огонь не захрипел и не исчез полностью, оставив после себя лишь вонь и обугленные пятна на стене.

Я пошатнулась. Тело дрожало не то от слабости, не то от ночной прохлады. Сердце билось так, что в ушах стоял гул.

Но главное — пламени больше не было.

Ноги сами понесли меня к источнику. Мне нужен всего глоток, и силы снова вернутся.

Так и случилось. Стоило ледяной влаге прокатиться по горлу, как мне стало легче. Слабость отступила, сердцебиение успокоилось.

Габи терся о мои ноги и радостно мурлыкал, поздравляя с победой.

У крыльца меня встретила Марфа. Перепуганная, с растрепанными волосами и широко распахнутыми глазами.

— Что здесь стряслось? Откуда этот запах гари?

— Пожар, — устало выдохнула я, махнув рукой на угол поместья. Там, даже в темноте, угадывались пятна сажи и мрачные, обугленные плети плюща. — Думаю, это «подарочек» от барона.

— Вот же треклятый гад! — Марфа всплеснула руками. — Чую, не миновать нам завтра комиссии. Ты то, как, деточка?

— Нормально. Потушила пожар… магией.

Марфа взяла меня за руку. Я опустила взгляд и замерла. Вязь, что покрывала мою кожу, словно ожила. Буквы скользили, переплетались. Появились новые строки, теперь узор спустился до самых ладоней.

Я, как зачарованная, не могла отвести от них глаз, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

Но Марфа, к моему удивлению, никак не отреагировала на вязь. Словно она не видела того, что так явственно было для меня.

— Ох ты бедная девочка, вся в саже… — Пробормотала она, заботливо вытирая темное пятно с моего запястья. — Беги. Умойся да ложись. Завтра будем думать, что к чему.

Я кивнула и отправилась в свою комнату.

После пережитого волнения думала, что не усну, но стоило голове коснуться подушки, как сон поглотил меня.

Утром первым делом, стоило мне открыть глаза, я натянула ночную сорочку повыше, чтобы осмотреть себя.

Теперь бесконечная вязь покрывала все мое тело, кроме самых открытых мест: стоп, кистей рук, лица и шеи. Было еще одно изменение. Надписи больше не были черными, они стали золотыми, полупрозрачными. Строки мягко переливались в свете утреннего солнца, будто нити тончайшей вышивки.

Я провел ладонью по руке, по завиткам на бедрах и животе, и ощутила странное спокойствие. Впервые я знала: новых узоров больше не появится. Эта часть загадочного ритуала завершена.

Но вместе с тем ощущала: он не закончен. Вязь на теле была лишь одной из ступеней. Должно быть что-то еще. Некая финальная часть.

Знать бы только в чем она состоит…

Некоторое время я колебалась: стоило ли прибегать к магии? Но как ни крути, вязь закончена. Все, что могло случиться от использования магии — уже случилось.

Да, и вчерашний пожар ясно показал: без магии я не справлюсь.

Марфа, пожалуй, права: комиссия может заявиться в любой момент. Возможно, даже сегодня. И если стены встретят их копотью, а двор — сорняком, то мне придется попрощаться с поместьем, которое я уже полюбила.

Нет! Не дождется Лансель такого подарка. Я не сдамся без боя!

С этими мыслями я поспешно позавтракала и взялась за работу.

Первым делом во дворе осмотрела последствия ночного бедствия. Сажа въелась в пористый камень, плющ обуглился и повис жалкими клочьями. На первый взгляд казалось, что вернуть поместью прежний вид невозможно.

Но попробовать стоило. Я глубоко вздохнула и приказала:

— Щетки, вперед.

И они, к великой радости Габи, послушно ожили. С десяток щеток разных форм и размеров выскочили из дома и взобрались по стенам.

Они засуетились, забегали по камню, оставляя за собой светлые полосы. Самые маленькие, словно проворные зверьки, юркнули к оконным рамам, оттирая закопченные переплеты.

Пока щеточки упорно трудились, я тоже не сидела без дела. Взяла ножницы и принялась обрезать сгоревшие плети. Плющ, некогда уютно обвивавший стены, пришлось срезать почти полностью.

Через час о ночном пожаре напоминали лишь треснувшие окна.

После этого я взялась за двор и забор. Ведь первое, что увидит комиссия — это ржавые металлические ворота и заросшую бурьяном территорию.

Хоть я и прокосила тропинку к поместью, заросли с обеих сторон выглядели весьма удручающе. Не мешало бы избавиться и от них.

Вскоре мои щеточки принялись тщательно натирать ворота и забор, убирая с них ржавчину, а за ними по моей команде следовали кисточки, окрашивая металл в глубокий черный цвет.

Было приятно видеть, как к воротам возвращается былая строгость и помпезность.

А вот с бурьяном мне пришлось повозиться. Сперва я решила действовать проверенным методом. Оживила косу и велела ей пройтись