Последняя из Охотников - Екатерина Сергеевна Богданова

ужасало больше всего, а то, что я осознала — нет никакого воздействия извне. Я сама будто раздвоилась. Ощущала себя одновременно и привычно, и как будто кем-то ещё. Нет, я не чувствовала в себе другой личности, как бывает при подселении (довольно редкий феномен, когда в человека вселяется вторая душа), это была тоже я, но немного другая. Вернее, много, очень много другая. Сильная, уверенная и имеющая какую-то важную цель. Я и сейчас чувствовала нечто, вроде зуда, будто мне срочно нужно сделать что-то важное, но пока не время.

Подалась вперёд, схватила трясущимися руками чашку остывающего чая и опустошила её залпом.

— Ну ты молодец, подруга. Кремень! — широко улыбаясь воскликнула Мали, входя в гостиную.

— Пойду я, пожалуй, поплачу в подушку, — пролепетала я, отставляя пустую чашку.

— Да брось! Нет повода для паники, — отмахнулась соседка.

Но теперь я в каждом её слове чувствовала подвох. Доверие улетучилось, хотя тёплые чувства к подруге и остались. Но теперь я точно не смогу общаться с ней, как раньше. Она что-то знает о моём состоянии, но не говорит. Разве подруги так поступают?

— А пошли обедать, — воодушевлённо предложила Малита, когда я уже выходила из гостиной.

Соглашаться не хотелось, но отказ может вызвать подозрения. И я покорно пошла за ней на кухню. А после быстрого обеда сбежала в комнату, сославшись на то, что мне нужно готовиться к зачёту. Не преминула уточнить, что зубрить буду едва ли ни до полуночи и меня лучше не беспокоить. Соседка легко согласилась, сказав, что у неё тоже теоретические задания, которые за неё никто не сделает.

* * *

Я честно пыталась сосредоточиться на заданных на дом темах, ведь принудительную учёбу никто не отменял, но получалось плохо. Уже на закате вдруг почувствовала лёгкое головокружение и, с затаённым ужасом, приготовилась к очередному погружению в неизведанное, но стук в дверь отвлёк. Накатывающий туман тут же отхлынул, и ворвавшуюся в мою комнату соседку я встретила недовольным взглядом.

— Вэл, спасай! У меня задание по преступлению с артефактом второго уровня. Нужны общие характеристики, — протараторила Малита.

Да какое задание, если командующий тебя капитаном называл? Едва не произнесла это вслух, но вовремя опомнилась. И что же ей на самом деле нужно?

— Вот, смотри, — соседка продемонстрировала тетрадь, в которой действительно была записана задача, одной из составляющих которой был артефакт второго уровня. Так это получается, она всё-таки учится? Или делает вид, что учится? Неужели я настолько важная персона, что ради меня нужно настолько глубоко конспирироваться?

— Ну? — вывела меня из раздумий Малита.

— Хрестоматия по второму уровню тёмно серого цвета, — указала я на полку с учебниками.

— И как я могла забыть? Всё из головы вылетело, — бурчала себе под нос соседка, тут же забыв про меня и направившись к книжной полке.

Да ты и не должна была знать! Не то, что забывать! Раньше я на её бубнёж и внимания не обратила бы, сейчас же подмечала всё. Тут же в памяти всплыли десятки мелких случаев несоответствия.

— Ой, а это что за гадость костлявая? — отвлекла меня от воспоминаний соседка громким возгласом.

Мали брезгливо, двумя пальчиками отодвинула в сторону старый фолиант с костяными уголками.

Сердце пропустило удар. Как я могла забыть про книгу мадам Борненжо⁈ Ведь именно её изучением мне следовало заняться в первую очередь, а не над домашним заданием корпеть!

— Не обращай внимания, это для факультатива по древним артефактам, — как можно более безразлично ответила я.

— Гадость какая, — передёрнула плечами девушка. — А вот и она, — воскликнула, хватая с полки книгу с серой обложкой. — Завтра верну.

— Хорошо, — буркнула я, делая вид, что углубилась в чтение.

Как только за подругой закрылась дверь, я вскочила и бросилась к книжной полке, но замерла на полпути.

Вой, холодящий душу и переходящий в рык. Зверь вышел на охоту… какой зверь? Это же не мои мысли, или мои? Перед глазами всё поплыло… В следующее мгновение я уже была готова к охоте.

В этот раз перестроилась мгновенно, даже не потеряв контроль над телом, да и сознание оставалось чистым, хоть и чувствовались отголоски паники. Тише, успокойся. Так нужно, я смогу. Я должна!

Метнулась к окну и замерла — слишком людно. Нужно пробраться на кухню, и быстро. Зверь уже в городе, он голоден и может найти жертву в любой момент. Но он близко. И не чувствует меня! Теперь, когда сущность Охотника слилась с носителем, но ещё не окрепла, Зверь не может почуять. Это шанс! До кухни добралась быстро, выхватила из подставки самый большой нож (смешно идти с этим убожеством против Зверя, но хоть что-то), открыла окно и скользнула на улицу. Дальше отдаться инстинктам, но не потворствовать им. Думать, не горячиться. Нельзя позволить азарту затмить сознание. Зверь близко, он голоден и слаб.

Сорвалась на бег ещё до того, как осознала направление. Рядом, совсем близко. Перепрыгнула через очередной забор, игнорируя тянущую боль в мышцах, и оказалась в тёмной подворотне. Зверь был совсем рядом, он почуял добычу. И я его чуяла, но пока не видела. Скрывается за углом хлипкого строения, будто поджидая жертву. Но я никого, кроме Зверя, не чувствовала поблизости. Неужели?… Да! Так и есть! Он воспринимает меня, как жертву. Ведь у меня непомерно высокий потенциал, а для него это сродни деликатесу. И Охотника во мне он сейчас не чует. Как же всё хорошо складывается. Покрепче перехватила нож и пошла в нужном направлении. Он не ждёт подвоха, а уж я постараюсь его удивить.

— Стоять. Первое предупреждение! — разнёсся по округе усиленный магией голос.

Да что б тебя! Что ж ты лезешь, куда не следует?!!

Подворотню осветило ярким светом, я в последний момент успела отбросить в заросли нож. А зверь с глухим рыком бросился в сторону. Вслед ему понеслись энергетические сети и заклинания контроля. Наивные, Зверя этим не сдержать. Его можно только убить. И сделать это могу только я — Охотник.

— Мисс Кэсс, что вы тут делаете? — быстро подойдя ко мне, потребовал ответа командующий Гронн.

А у меня резко закружилась голова. Нет, только не сейчас! Темнота…

* * *

Я с трудом приоткрыла глаза. Вокруг было темно. Кто-то дышал рядом. И этот кто-то, похоже,