Там леший бродит 2 - Игорь Николаевич Конычев

— Ага, кроме того, что мы застряли невесть где, и понятия не имеем, как выбраться.

— Ну, почти всё, — исправилась Ягишна, невинно хлопая длиннющими ресницами. — Всего же не предугадаешь. Но тут вот какое дело!

Не успел я и глазом моргнуть, как моя спутница прыгнула в лаву и…

…замерла прямо в воздухе.

— Летать умеешь?

— Нет, но здесь и не надо, — Ягишна потопала босой ступнёй по воздуху. — Тут невидимые камни. Но они небольшие. И горячие, — она переступила с ноги на ногу. — Заметила, когда на краю стояла, как те камни, что падают, отскакивают непонятно от чего.

Это напомнило мне один фильм про неуёмного археолога в шляпе…

— Давай за мной, — Ягишна ловко перескочила на другую опору, потом на третью.

Я наблюдал за ней не двигаясь.

— Если отойду далеко, то моя сила тебя от камней не прикроет, — пропела колдунья, которая почти перебралась на другой край пещеры.

Прыгнув вперед, я обратился белкой и легко проскакал по выщербленной стене к своей спутнице.

— Гляди-ка, — сказала та, выставляя руку, которая прошла сквозь казавшийся настоящим камень. — Хитро, да?

Оставаясь белкой, я согласно кивнул и прыгнул на плечо Ягишны. Ты вдруг взвизгнула, а потом задергалась.

— Щекотно же! Ах-ха-ха! Хватит! — кричала серьезная с виду колдунья в припадке совершенно детского смеха.

Опасаясь, как бы женщина не свалилась в лаву, я быстро пробежал по её руке прямо сквозь иллюзорную стену и оказался в длинном тоннеле, на пол которого и спрыгнул. Вновь став человеком, я осмотрелся и произнёс:

— Тут безопасно, заходи.

Но Ягишна никуда не спешила. Её рука продолжала торчать из стены, а пальцы с кольцами быстро и призывно шевелились. Подавив приступ гнева, я взял ладонь колдуньи в свою и легко потянул на себя

— Благодарю, — она кокетливо стрельнула в меня глазками, а потом перевела взгляд на тёмный тоннель. — Что у нас здесь? — повинуясь воле создательницы, волшебная звездочка полетела вперёд, указывая нам путь.

— Тут явно проходил кто-то большой, — обратил я внимание на следы на полу: огромные лапы с длинными когтями оставляли следы даже на камне, а его поверхность в середине была отполирована до блеска, подозреваю, чьим-то объемистым брюхом.

Первым, кто пришёл мне на ум при взгляде на следы, оказался крокодил. Но у меня в лесу и поблизости они не водятся. Если не считать того, что приволок с собой Богуш. Однако, питомец водяного едва ли дорастёт до размеров лимузина.

— И на каких же харчах местный обитатель так разъелся? — спросил я вслух сам себя, а потом увидел ответ дальше по тоннелю. Там обнаружилась целая россыпь самых разных костей.

Это впечатлило даже Ягишну.

— Неприятная находка, — прошептала она, нервно облизав пересохшие от жары губы.

— Ага, — я подошёл ближе и осмотрел кости, среди которых встречались и человеческие. Некоторые были расщеплены. Другие же хранили на себе отпечатки огромных зубов, каждый длиннее моего указательного пальца. На вид останкам было много лет, и больше ничего при их осмотре узнать не удалось.

— В твоём лесу обитает зверь, который может сотворить такое? — Ягишна, судя по взгляду, тоже приметила следы зубов.

Я покачал головой.

— Зверей таких нет. Волколаки могут сотворить нечто подобное, но таких мощных челюстей нет даже у вожака их стаи. У упырей и утопцев зубы почти что человеческие, а тут клыки. — Мне на глаза попался череп зубра, в котором зияли пробитые отверстия. — Причём здоровенные.

— Что-то мне домой захотелось, — призналась Ягишна. — Может, ну её, эту память? Она у меня всё равно короткая, девичья. Зачем хвататься за былое, когда можно жить грядущим?

Мне оставалось лишь криво усмехнуться.

— Мудрые слова, с которыми ты порядком так припозднилась.

— Что есть, то есть.

Мы пошли дальше. С каждым шагом костей вокруг становилось всё больше. Часть останков обратилось костяной мукой, будучи перемолотыми неизвестным зверем при его перемещении. Это ещё больше убедило меня в том, что обитатель пещеры похож на крокодила или огромную ящерицу. Чем дальше мы углублялись в его мрачное обиталище, тем явственнее звучало таинственное сердцебиение. Но при этом я не слышал звука чьего-то, кроме нашего с Ягишной дыхания. Колдунья, кстати, дышала всё чаще.

— Все в порядке? — тихо спросил я её, замедляя шаг.

— Сам-то как думаешь? — резче, чем обычно, отозвалась женщина. — Мне здесь не по себе. Слишком уж всё напоминает подземный мир, а я туда, знаешь ли, возвращаться желанием не горю.

— Следовало подумать об этом прежде, чем лезть в пещеру.

— Своевременный совет, — скорчила Ягишна кислую мину, а потом поглядела на меня с подозрением. — Леший, тебе что, ни капельки не страшно?

— Нет, — спокойно ответил я, шагая вперёд. — Но я, как и ты, предпочёл бы оказаться в другом месте подальше отсюда.

— Значит, всё-таки боишься.

— Нет.

— Почему? — не поняла колдунья.

— Потому что это бессмысленно, — просто ответил я с изрядной долей фатализма. — Чему быть, того не миновать. У нас сейчас лишь один путь, и то, что мы встретим в конце тоннеля, останется неизменным вне зависимости от того, боимся мы или нет.

— Ишь, какой умный, — Ягишна немного помолчала. — Все лешие такие или только ты?

— Не сказать, чтобы я многих знал. А ты разве не была знакома с прошлым Белояром?

— Я его почти не помню, — пожала плечами колдунья. — Большой, заросший, пах грибами и сухими листьями. Вот и всё.

— Негусто.

— Как есть. У меня… — колдунья осеклась и подошла к стене.

Я, наоборот, направился в другую сторону, так как моё внимание привлёк старый след запёкшейся крови. Он был почти незаметен, и едва пах серой. Кровь или нечто подобное брызнуло в стороны, испачкав даже потолок. Находка колдуньи же оказалась не менее интересной — глубокий след на камне, который словно прожгли лазером. Температура была такая, что края широкой борозды когда-то расплавились, а теперь застыли подобием пены.

— Что тут произошло? — затаив дыхание, спросила Ягишна.

— Если б я знал, — я прошёл чуть дальше, осматривая следы боя. Их становилось всё больше — то тут, то там