Великий Кузнец - 1 - Анри Олл

— Товар?

— Всякие ремесленные изделия, вроде мебели, тканей, а также соль, деготь, мёд, разные травы, смола и другие подобные товары. — ответил спокойно Василий, протягивая заранее заготовленные монеты. — На всё имеется разрешение.

— Пошлина за пять повозок — пятьдесят медяков. — строго отчеканил сержант в кирасе.

Он быстро посчитал монеты, швырнул их в железный сундук у ног и махнул рукой нашим извозчикам:

— Проезжай, напомню: торговля лишь до заката, после — штраф пятьдесят медяков. Повозки на дорогах и открытых участках не оставлять — штраф двадцать медяков за каждую.

— Знаю, знаю, — Мельников кивнул и быстро сел обратно к себе в первую повозку, что уже набирала небольшой темп.

Наш делец и эти стражники явно были не знакомы, хотя он уже не раз должен был проехать мимо этих южных врат. Быть может, текучка тут большая: все же, это столица и население у неё большое. Да и не плохая эта идея: постоянно сменять место дежурства и обязанности солдат — меньше шанс обрасти коррупцией.

Мы неторопливо въехали в каменную арку ворот, она была чудовищно толстой: наш путь составлял метров так пять, не меньше. Неудивительно, что тут спокойно размещались пару ложбинок и проходов в тело самой стены, должно быть, с какой-нибудь винтовой лестницей внутри. Над головой нависала массивная стальная решетка с острыми наконечниками: в случае осады именно она отрубит путь врагу. Меня настиг навязчивый холодок, когда я представил, как эти железные копья стремительно падают прямо мне на голову.

И вот, наконец-то мы оказались внутри, за этими могучими стенами. Шум, свет и гам обрушился на меня настоящей волной: голоса детворы, крики купцов, лай собак, ржание лошадей, стук молотов и копыт, звон, смех, ругань — всё смешалось в единую какофонию, от которой закладывало уши с непривычки.

Я невольно зажмурился от света, после темной каменной «лощины», но потом медленно открыл свои глаза. Перед мной предстала оживленная улица, мощенная крупным камнем. По обе стороны от меня теснились двух-, трехэтажные дома, между ними выглядывали более узкие дорожки в одну телегу шириной. Там между домами перекидывались веревки с разношерстным бельем, что на них сушилось. Балконы нависали над этими узкими улочками, а местные жители спокойно обменивались сплетнями и руганью, стоя прямо на них. Тут и там скрипели различные вывески: «Свежий Хлеб», «Ателье Жасмин», «Сапожник…» и так далее.

Однако главное во всем этом: люди, целые толпы людей. Тут и там сновали крестьяне и работники с мешками и ящиками, торговали купцы в добротных кафтанах, сидели уличные торговки со своими скромными лотками, тут и там виднелись нищие в лохмотьях, проходили стражники патрулирующие улицы, кто-то тащил свою козу с колокольчиком на шее, кто-то нёс связку кур вниз головой. Детвора носилась между ног взрослых, играя в какую-то игру с помощью палок.

О боги, а запахи, все смешалось и заставляло морщиться со все той же непривычки: дым, навоз, пот, кожа, моча из канавы у стены, свежий хлеб из пекарни, пиво из таверны, жареное мясо у какого-то лотка, пряности с какой-то забегаловки, гниющие овощи в кучи мусора одной из подворотен.

Я шел рядом со своей повозкой, чуть подальше Василия, стараясь не отстать и не потеряться в толпе незнакомых людей. Наш караван двигался лениво и словно неохотно, пробиваясь через людское море. Улица петляла и даже сужалась/расширялась, внешний город явно строился не по единому архитектурному плану. В какой-то момент мы миновали небольшую площадь с фонтаном, в которой плескались дети, а также женщины спокойно набирали себе воду в ведра. Дальше вновь были ряды мелких лавок и палаток. Потом пошел мясной ряд, тут весело множество туш на крюках, некоторые мясники, прямо сейчас не стесняясь, при всех рубили туши свиней и других тварей: кровь стекала прямиком на каменные дорожные плиты, утекая в местные дождевые сливы.

И всё это время над всем этим мирским возвышалась невозмутимая пирамида, что становилась всё ближе и ближе с каждым нашим шагом. Кристалл на вершине скрылся за балконами, черепицами зданий и облаками. Но все равно его свет, освещал всё вокруг, заставляя всё отбрасывать свои небольшие тени.

И вот мы добрались до пункта нашего назначения: это был нужная нам рыночная площадь внешнего города у подножия одной из улиц, ведших прямо к цитадели. Здесь уже было значительно просторнее, а вокруг стояло множество всевозможных лавок, навесов, прилавков и лотков. Многочисленные дельцы зазывали покупателей, показывали свой товар с широкими улыбками, сбивали цены, приглашали попробовать или присмотреть на себе.

Василий Фёдорович провёл наш обоз к небольшому, приземистому, но длинному складскому помещению выложенного из серого кирпича. Дверь с вратами быстро распахнулись и началась обычная рутинная приемка товара, разгрузка и складирование.

Пока грузчики с остальными выгружали повозки, такали мешки с ящиками и отвязывали коней, я также помогал чем мог: отвязывал веревки, подносил инструменты, поил и кормил лошадей. Люди Василия были опытными, и работа шла быстро и слажено.

Когда я работы почти для меня не осталось, я, вытирая пот со своего лба, подошел к охране нашего караван: Проверяя своё снаряжение, они стояли у внешней стены данного склада.

Мечник, Борис Каменев первым заметил меня, кивнул:

— Ну что, мальчик, прибыли. Как тебе столица?

— Шумная, — честно признался я.

Он усмехнулся:

— Подожди, ночью в некоторых местах ещё шумнее. — Он покрутил в пальцах свой железный жетон. — Слушай, если что, то можешь нас найти: обычно мы в таверне «Костяной череп», что на Кривом переулке, в квартале Ремесленников. Там часто сидят авантюристы нашего уровня: бронза-железо. Выпивка дешёвая, плюс хозяин не задаёт лишних вопросов. — сказал он, явно намекая на мой юный возраст.

Катерина добавила:

— Ещё можешь найти нас или поинтересоваться о нашей команде в ближайшей гильдии авантюристов, что на площади Трёх Башен. — Она внимательно осмотрела меня. — Через пару-тройку лет даже можешь туда обратиться, чтобы и самому стать авантюристом. Раньше не возьмут, а так пускай и безранговым, но всем с чего-то надо начинать.

Игнат хохотнул:

— Хах, а если вдруг станешь подмастерьем кузница, как того желаешь, так мы к тебе сами наведаемся! — дварф хлопнул меня по плечу, явно не беря в расчет, что я всего лишь двенадцатилетний пацан, — В общем, удачи рыжий! Смотри не пропади до нашей будущей встречи!

Лев молча протянул мне руку, и