Чадо из Майнкрафта - KWIL

но Жека просто отодвинул его левой рукой — толстяк отлетел в сторону, врезался в стол и рухнул на пол, рассыпая тарелки и кубки. Одна из девочек завизжала. Вторая потеряла сознание и осела на пол. Слуги в углу забились глубже, кто-то начал читать молитву.

Жека занёс меч. Женщина смотрела ему прямо в глаза. Она не молила о пощаде. Она просто смотрела. И в её взгляде было что-то, от чего Жеке стало неуютно. Не по-настоящему неуютно — так, лёгкий дискомфорт, как когда в игре слишком реалистично анимирована смерть персонажа. Он поморщился, но меч не опустил.

Удар. Быстрый, точный, в сердце.

Женщина упала. Девочка, которая ещё стояла, закричала — тонко, пронзительно, на одной ноте, — и бросилась к матери. Мужчина на полу завыл, пытаясь подняться. Слуги рыдали. А Жека стоял над телом и ждал.

Ничего.

Никакого облачка опыта. Никакого дропа. Никакого лута. Вообще ничего. Женщина просто лежала на полу — мёртвая, настоящая, — и из раны на груди текла кровь. Самая обычная кровь. Никаких частиц. Никаких предметов. Никакой награды.

Жека подождал ещё немного. Потыкал тело носком ботинка. Открыл инвентарь — проверить, не попал ли лут автоматически. Нет. Пусто. Он убил NPC, и с него ничего не выпало. Вообще ничего. Даже опыта.

— Серьёзно? — он даже обиделся. — Вообще ничего? Даже одной монетки? Даже клочка кожи? Что за дурацкий данж? Разработчики, вы там совсем обленились? Зачем вы тогда добавили этих NPC, если с них нет лута? Для атмосферы? Для сюжета? Нафига мне сюжет, я хочу фармить!

Он развернулся и пошёл прочь от тел. Раздражённый. Разочарованный. Эксперимент не удался. Неагрессивные NPC оказались бесполезными пустышками. Просто декорации. Как те жители в RPG, которые стоят на одном месте и повторяют одну фразу. Тратить на них время и прочность меча не имело смысла.

Мужчина на полу продолжал выть. Девочка рыдала над телом матери. Слуги молились. Жека прошёл мимо них, даже не взглянув, и направился к сундуку в углу зала.

Сундук был большой, окованный железом, с массивным замком. Жека сбил замок одним ударом меча и открыл крышку. Внутри лежали монеты — много, целая куча, — какие-то документы, свитки, фамильные драгоценности. Золото, серебро, пара рубинов. Вот это уже было интересно. Жека сгрёб всё в инвентарь, не разбирая. Монеты заняли один слот. Драгоценности — другой. Свитки — третий, потом разберётся, может, там зачарования.

Потом он заметил книжные полки. Много книжных полок. Целая библиотека в дальнем конце зала. Книги — это всегда полезно. Зачарования. Знания. Или просто декоративные блоки. Он подошёл и начал снимать книги с полок. Некоторые исчезали, превращаясь в стандартные игровые книги — без текста, просто предмет. Другие оставались настоящими — с пожелтевшими страницами и текстом на неизвестном языке, — и их Жека тоже закидывал в инвентарь. Вдруг пригодятся для крафта книжных шкафов.

Потом он заметил гобелены. Красивые, кстати. Шерстяные. Если их разобрать, можно получить нити. Нити нужны для луков. И для поводков. Он сорвал гобелен со стены.

Потом камин. Камин был сложен из хорошего обожжённого кирпича. А у Жеки как раз не хватало кирпича для новой печки в башне. Он достал кирку и разобрал камин. В инвентарь упали тридцать два блока кирпича. Отлично.

Потом стол. Дубовый, массивный, явно дорогой. Но дуб есть дуб. Пять досок. В инвентарь.

Потом подсвечники. Железные. Железо всегда нужно. В инвентарь.

Потом люстра. Цепи плюс железо. В инвентарь.

Он ходил по залу и собирал всё, что можно было разобрать, унести, превратить в ресурсы. Через полчаса главный зал донжона выглядел так, словно по нему прошёлся ураган. Гобелены сорваны. Камин разобран. Книжные полки опустошены. Стол исчез. Стулья исчезли. Ковёр с пола исчез (шерсть, три блока). Даже пара каменных плит из пола исчезла, потому что Жека заметил, что они отличаются по текстуре от обычного булыжника, и решил, что это какой-то редкий камень.

Всё это время люди в зале — барон, его дочь, слуги — сидели там, где их оставили. Барон уже не выл. Он сидел на полу, прижимая к себе дочь, и смотрел, как Синий Великан разбирает его дом на кубики. Его глаза были пусты. Его лицо было серым. Он больше не был бароном Альдриком Четвёртым, владетелем этих земель. Он был просто старым, раздавленным человеком, который только что потерял жену, замок и смысл жизни. И который даже не мог умереть, потому что Синему Великану было на него плевать.

Жека закончил сбор лута и остановился посреди опустошённого зала. Инвентарь был забит под завязку. Камень, кирпич, доски, железо, золото, драгоценности, книги, гобелены, шерсть. Этого хватит на новую башню. И на вторую башню. И на маяк, наверное, тоже хватит. Отличный данж. Просто отличный.

— Ладно, — сказал он сам себе. — Пора валить. Тут больше ничего интересного.

Он развернулся и вышел из зала. Проходя мимо барона и его дочери, он даже не замедлил шаг. Они были пустышками. Декорациями. Частью атмосферы. Не мобы. Не лут. Просто фон.

В коридоре он наткнулся ещё на пару стражников, которые пытались организовать оборону. Убил обоих. Собрал лут. Спустился по лестнице, вышел во двор, по пути разобрав ещё одну стену (камень был реально хороший) и пару складских построек (доски, ботинки, пара сундуков с зерном — зерно он тоже забрал, хлеб никогда не лишний).

У выхода из замка он обернулся. Донжон возвышался над внутренним двором, мрачный и опустошённый. Часть крыши обрушилась — Жека случайно разобрал несущую балку, когда ломал чердачное перекрытие в поисках секретных комнат. На стенах зияли дыры. Ворота были сорваны. Казарма догорала. Внутренний двор был усыпан телами стражников и обломками мебели, которую Жека выбросил, потому что она не влезала в инвентарь.

— Круто, — сказал Жека. — Реально круто. Один из лучших данжей. И камень отличный. Надо будет вернуться и разобрать оставшиеся стены. Но это завтра. А сейчас — домой. Спать. Устал.

Он зевнул и зашагал обратно к лесу, где его ждал Винсент. За его спиной дымился замок. Над башней всё ещё висел флаг с гербом барона — чёрный кабан на красном поле, — но уже через час порыв ветра сорвал его и унёс куда-то в лес. Никто не стал поднимать.

* * *

МИР / ОБИТАТЕЛИ

Барон Альдрик Четвёртый сидел на полу своего разорённого зала и не мог пошевелиться. Его жена лежала