Студент: Перевод Стрелок - LikanTrop

— Идём. Веня, Рома — хорошего дня, пацаны! — махнул я рукой, и мы с братом покинули кабинет.

Пройдя через зал и выцепив по пути Чижа, который вышел из кухни что-то сосредоточенно жуя, мы выбрались во двор. Серегу отправил прогревать машину, а Вова и правда достал сигарету, сунул в рот, прикурил от зажигалки, и глубоко затянулся, щурясь от ветра.

— Брат, — сказал я, понизив голос, — попроси Рому, чтобы послал пару человек в Москву, на Мясницкую, в ресторан «Кавказ», завтра после обеда. Если Гия появится там без Журика — пусть сразу наберут мне. На домашний.

— Ты деньги для Воров забрал — я верно понял? — затянувшись, спросил Вова. Тон его был не особо довольным.

— Именно. Долг, брат, нам так и так на себя придётся брать. Взамен — город, Шарик, водка. Вернём ему эти бабки в рассрочку. А сами пока здесь утвердимся.

— А доллары чё тогда не взял? — не понял брат, прищурившись. — У него же баксы пропали.

— Чтобы Гия тут же на меня подумал? — хмыкнул я, намотал шарф потуже. — В идеале я бы ему вообще весь долг рублями отдал. Но для начала надо Гию умаслить валютой, показать нашу платежеспособность, а там… от разговора нашего с ним зависеть будет.

— Журику, я так понимаю, ты не доверяешь? — Вова упёр руки в бока.

— Я жуликам вообще не доверяю в принципе, — саркастично улыбнулся я брату, — А у Журика прямой интерес, чтобы у нас ничего не вышло. Думаешь, он дурак и не понимает, какой вкусный кусок Долгопрудный — особенно в связке с Шереметьево?

— Так, а чего бы Гие нас не бортануть и не отдать это всё своему близкому? Не понимаю, — сморщил лоб Вова, нетерпеливо затягиваясь.

— Журик груз просрал, в Лобне люлей выхватил, — терпеливо объяснил я, глядя брату прямо в глаза. — Отдать Долгопрудный на словах легко. Только ты представляешь, сколько геморроя может вылезти, пока Журик будет с нами и с Митяем тут воевать? Зачем это Гие, если долг мы ему покроем, в общак заносим, а дорога для его грузов работает? Потешить эго своего близкого? Так у Воров, Вова, ближе денег родни нет.

— Так, а пацанов завтра зачем отправлять? У вас же с Гией вроде на выходные встреча договорена? — продолжал допытываться брат.

— Будем работать на опережение, это раз. Митяя слышал — порезали? — Вова удивленно распахнул глаза. — Может, совпадение. А может, к этому и Журик отношение имеет. Не знаю. В любом случае, пускать это на самотёк я не хочу. Решать вопрос надо с Гией быстрее и лучше — без присутствия Журика.

— Ладно… Отправлю пацанов, как тот раз, под видом посетителей, — кивнул брат, затушив сигарету о кирпичную стену.

— И ещё момент, — я положил руку брату на плечо, привлекая внимание. — Нам нужна разведка. По сути, мы нихрена толком не знаем, что даже в нашем городе происходит. Не то что в соседних. А кто владеет информацией, Вова, тот владеет миром. Ты же военный, должен понимать?

Вова задумался, прищурился, глядя расфокусированным взглядом в пространство перед собой.

— У меня чекистов нет. Рэмбо тот же — он про работу в поле. А тут нужен кто-то с аналитическим складом ума и умением в жопу без мыла залезать. — Он помолчал, покусывая губу. — Но ты прав: лучше иметь на этом направлении хоть кого-то. Я обсужу с пацанами. Может, на ум нам что и придёт.

5 декабря 1988 года, Московский металлургический завод «Серп и Молот», Лазарь Моисеевич Шапиро

На встречу к Иннокентию Ивановичу Котову Лазарь Моисеевич Шапиро шёл в приподнятом настроении. Сегодня он сдал условленные двадцать компьютеров на завод «Компрессор» и ожидал оплаты машин со дня на день. А это, как ни крути, — целый миллион рублей, за минусом комиссии директора завода в размере ста тысяч, ну и процента Славы с братом. Но о минусах Лазарь не думал — траты в его понимании того стоили. А вот плюсы старый еврей видел отчётливо. Ведь на следующей неделе придёт ещё одна партия машин. А если сегодня удастся сговориться с Котовым о металле…

В общем, когда Шапиро заходил в кабинет директора завода, на его лице сияла улыбка — яркая, как летнее солнышко.

— Доброго дня, Лазарь Моисеевич! А я вчера гляжу — записались на приём. Надо, думаю, коньячку приготовить. Мне на днях французского привезли, — низкий, полный мужчина с залысиной поднялся из-за стола с противоположной стороны просторного кабинета. Одну руку он отодвинул в сторону, будто готовясь обнять посетителя, а второй указал на стол, где стоял компьютер. — Петр ваш настроил всё как надо, мне тоже показал, чего тут да как тыкать. Работают компУтеры — одно удовольствие! Даже игру занятную поставил — «Доубль Драгон». Это драчки такие, — мужчина с улыбкой подвигал кулаками из стороны в сторону.

— Рад, что вам понравилось, — наконец закончил свой путь вдоль длинного, вытянутого до самого входа, стола и пожал руку Котову Лазарь. — Обращайтесь.

— Непременно. Так что — по пятьдесят? — провёл ладонью по шее Котов и, не дожидаясь ответа, быстрыми шажками своих коротких ножек добрался до сейфа. Провернул торчащие в замочной скважине ключи и открыл тяжёлую дверцу. Через секунду наружу была извлечена бутылка Rémy Martin, коньячные бокалы и тарелочка с нарезанными дольками лимона.

— Ну! —минуту спустя поднял полный стакан директор завода, сидя в своём кресле и салютуя им визитёру. — Времена сейчас новые. Кто-то ждёт указаний, кто-то жалуется на трудности, а кто-то берёт ответственность и делает дело. Так что давай, Лазарь Моисеевич, за деловых людей!

Лазарь тоже слегка приподнял свой бокал, наполненный до половины, и аккуратно сделал пару мелких глотков. После чего поставил почти не опустевшую тару на стол и дождался, пока Котов вылакает свою порцию до самого донышка.

— Фух! Хорошо идёт, — отфыркнулся Котов и даже сальные губы внешней стороной ладони протёр, закуску проигнорировав начисто. — Ну, рассказывай. С чем явился? Поди на счёт предновогодней поставки в Финку?

— Таки именно на счет неё. С радостью бы взял триста тонн нержавейки на старых условиях: триста рублей на счёт кооператива по договору и плюс полтинник за тонну наличкой, — довольно кивнул Лазарь, предвкушая быстрый положительный итог