"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

задачи было сложно. Таскать уже накопленные материалы за пазухой — неудобно. Выбранный им союзник не слишком ему доверяет и предпочитает действовать самостоятельно. Не торопится с докладами. Или же перепроверяет все по десять раз, чтоб наверняка, чтобы не разрушить репутацию лучшего следователя. Информацию выдает, как лекарство, по ложечке. И только ту, которую уже нет смысла скрывать. В итоге все приходится делать самому, хоть кир Хагиннор и не одобряет. А нужно ли Мему одобрение кира Хагиннора?.. Еще один вопрос, повисший в воздухе.

Мем собрал назад за пазуху все, что у него накопилось по делу о демонах, и пошел из кабинета вниз. Кабинет даже запирать не стал. Правильно сказал кир Хагиннор, здесь проходной двор. На лестнице интендант отчитывал рабочих. Рабочие махали руками и отказывались заниматься паркетом под присмотром огромной змеи.

— Увеличьте вдвое вознаграждение, — мимоходом посоветовал интенданту Мем. — Вы флотский. Как у вас говорят? На корабле ничего не пропадает и не появляется, просто переходит из рук в руки. Чем наша префектура не корабль?

В общем зале было оживленно. Инспектор Намур со вспотевшим лбом и испачканными чернилами рукавами трудился над стопкой бумаг, переписывая что-то с испорченного листа на новый, инспектор Дару, по своему обыкновению, хороводил десяток чьих-то родственников одновременно, ширма госпожи Мирир оказалась наглухо задвинута, стол Адара, напротив, был открыт взорам и девственно чист. И стол инспектора Номо тоже. Но здесь Мем задерживаться не стал. Бегло оценил обстановку как удовлетворительно рабочую и направился к доктору в прозекторскую, которую с чьей-то легкой руки в префектуре уже несколько дней называли "склепом". На кафельном столе Наджед разложил по вощеной бумаге мумифицированные образцы тканей и копался в них крохотными ножницами и пинцетом. Очки сползли у него на самый кончик носа.

— Ты не сходишь со мной к Химэ? — без всяких предисловий спросил Мем.

Доктор запястьем поправил очки.

— Почему ты выбрал меня?

— Потому что в прошлый раз мы ходили без приставов.

— Это не объясняет, зачем тебе я.

— Для компании. Не могу же я пойти один. Кому-нибудь вздумается, будто я опять брал взятку.

— А на самом деле ты зачем к нему идешь?

— У нас снова пропал человек. Тот писарь, который помогал Боре. Боюсь, что причина, как обычно, в страховщике. С этим нужно бороться, пока вся префектура по одному не исчезла.

Доктор пожал плечами.

— Ладно. Пойдем. Буду бить тебя по рукам, если Химэ станет совать тебе деньги.

* * *

Илан примчался в префектуру так быстро, как только мог. Взмок по пути, словно скользкая водяная ящерица, хоть отжимай. Оказалось, спешил зря. Префект на своем месте его не дожидался. И никто не знал, куда они с доктором пошли. У Илана возникла идея, что к Джате. Он отдышался немного, попил из фонтанчика воды и побежал к Джате. Сам Джата лежал в кровати в прежнем состоянии. Но никакие посетители к нему уже два дня не заглядывали. Доктор обещался быть вечером, без префекта.

Пришлось вернуться. Уже не так быстро, как бежал сюда, потому что обратная дорога лежала в гору, и сам Илан набегался за утро на два дня вперед. Что делать, что делать, что делать, стучало у него в голове вместе с торопливыми ударами сердца. Префект не объяснил детали, но Илан все равно чувствовал себя сильно виноватым. Следователь из него никудышный, памяти никакой, способности мизерные. Как исправить положение? Быть может никуда префект с доктором не отправились, а каждый пошел по своим делам, просто префектуру покинули вместе? Может, вообще разошлись по домам? Эту мысль Илан решил проверить, чтобы не бегать больше зря по городу с ценной уликой под мышкой.

На этот раз дворовая граница из каменной крошки далась ему легко, в один прыжок, он ее даже не заметил. С разбегу Илан влетел в жаркую кухню, единственный открытый ход, который вел из префектуры в усадьбу, и сразу закрыл ладонями уши, потому что в одно мгновение случились сразу два события: его дед и кухарка отскочили друг от друга, густо покраснев, и со стола полетела на каменный пол задетая кем-то из них большая медная кастрюля, подняв звон и грохот хуже пожарной каланчи. До Илана медленно доходило то, что он сейчас видит. Он переводил растерянный взгляд с деда на кухарку и назад, на деда.

— Ну вот, Илан… — с заминкой проговорил дед. — Я про это и хотел тебе сказать… Наша жизнь изменится. Я решил жениться…

Илан подобрал с пола выпавшую книгу с уликой и сам покраснел так сильно, словно это не он застукал деда за чем-то неприличным, а, наоборот, дед его. Уши и щеки у Илана горели. Что сказать и как реагировать, он не знал. Стоял, словно его водой облили, и глядел в пол перед собой.

— Я думаю, Илан, ты меня поймешь, ты уже стал взрослый… — продолжал говорить дед, крепко сжимая в руках крупную ладонь кухарки.

Илан начал мало-помалу соображать, что от его согласия или несогласия все равно ничего не зависит, а предательство, касайся оно ночных похождений в префектуре, или того, что дед приведет в их домик чужую недобрую бабу, из-за которой Илану придется съезжать в казармы, все равно остается предательством, махнул рукой и выскочил из кухни. В префектуре было только одно существо, которое его ни в чем не обвинит, даже если Илан будет виноват, и никогда не предаст, чем бы ни прельщали, — Чепуха. Илан забрал собаку с псарни, увел в кусты под стеной за казармами, рассказал ей все свои неприятности, и она раза три вымыла ему языком лицо. После этого Илану стало легче.

Спокойно, сказал Илан сам себе, и Чепуха высунула язык. Ты работал с лучшим следователем города, чтобы там ни мнила о себе госпожа Мирир. Что бы сейчас делал Джата? Неужели сидел бы в кустах? Неужели его могли бы обидеть и задеть какие-то мелкие житейские неприятности? Да ни за что. Он никогда не унывал, что бы ни случилось. Значит, надо браться за дело. Перво-наперво взять эту треклятую записку и подумать, кто из сегодняшних работников префектуры мог ее нацарапать. И как Джата узнал, кем она написана.

Илан развернул страницы книги. Пролистал от начала к концу, от конца к началу, перевернул и потряс. Сама книга была непристойного содержания, спасибо, инспектор Рихон. Хорошо, что Илан не прибежал с ней сразу к префекту. Вот только записки внутри не оказалось. Над ним пошутили, чтоб отвязался, пока он бегал кругами. Илан со злостью бросил книгу в кирпичную