Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

Бледный и потеющий унтер подбежал ко мне, на ходу вскидывая руку к виску в воинском приветствии.

— Ваше благоро…

— Ты что, пёс! Не видишь, перед кем стоишь⁈ — прошипел я, ненавидя сам себя. Так как я был княжичем, то кликать меня нужно было светлостью, о чём испуганный Селёдкин забыл.

Мой кулак, размазавшись от скорости в воздухе серой тенью, врезался в грудь Селёдкина, а я отчётливо почувствовал, как трещат и ломаются его рёбра под моей рукой. Никто в избиение унтера не вмешался, даже поручик — заместитель командира роты, заскочивший на шум.

Дождавшись, когда Селёдкина унесут в лазарет, сгорая от стыда за содеянное, пошёл к полковнику Рыкову и попросил его отправить унтера в госпиталь, где ему окажут более квалифицированную помощь. Немного поколебавшись, попросил передать ещё и деньги.

Естественно, Рыков никак не прокомментировал мои странные для аристократа действия, но в глубине его глаз я заметил глубоко запрятанное одобрение с толикой уважения.

Немного настроение подняла Инга, поздравив меня с получением звания по телефону, недолго поболтав с девушкой по дороге в усадьбу, договорились встретится попозже на «нашем месте», то есть на набережной.

«Ну вот теперь у нас, как у настоящей парочки, есть „наше место“».

Удивляясь сам себе, покачал головой и выбрался из машины, пытаясь понять, чувствую я что‑нибудь к Инге или нет; в итоге решил, что о любви говорить не приходится, но она точно мне нравится.

Уже через час в новостных порталах появилась информация о моём повышении и моя фотография в мундире поручика: похоже, кто‑то из офицеров тайком сфотографировал меня и продал фотографию и новость СМИ.

Я уже собирался на встречу с Ингой, когда приехал ювелир и привёз заказные браслеты. Выглядели они очень аскетично: просто две чёрные полосы, по двенадцать сантиметров в ширину и три — в толщину; с прочностью тоже всё было в порядке — при нужде на них, как на наручи, можно было принимать сабельные удары. Крутя в руках браслеты, неожиданно на внутренней стороне обнаружил гербы Курбских, хотя их я не заказывал.

Не став никак комментировать небольшое своеволие ювелира, честно с ним рассчитался и, забрав браслеты, пошёл их апгрейдить.

Час спустя у меня на запястьях были два защитных артефакта, насчитывающие по сто двадцать пять слоёв щитов; причём это был далеко не предел, даже несмотря на то, что кристаллы «отъели» немало места: количество щитов можно было повысить до тысячи в каждом. Конечно, когда шарики‑артефакты будут готовы.

— Надо будет их испытать, — пробормотал, быстро набирая сообщение Артамонову.

Инга грустила: моя скорая отправка на фронт печалила девушку безмерно. Она даже немного поплакала, а потом в тенистой аллее парка, вдали от посторонних глаз, неожиданно пылко и одновременно робко призналась мне в любви.

«Эх, не в того человека ты влюбилась!»

Грустно улыбнувшись, притянул девушку за тонкую талию к себе, дал ей время закрыть глаза и поцеловал в губы. Начался мой перформанс: поцелуй начался как невинный, но Инга быстро «разогрелась» и, пусть неумело, но очень страстно ответила.

«Ну раз такое дело…»

Пробормотал в моей голове потасканный ловелас и двинул руки вниз.

Пару минут мы целовались как безумные, пока Инга не стала задыхаться — пришлось взять паузу.

Возможно, если бы я настоял, то всё бы у нас случилось, но мне не хотелось портить будущее наивной влюблённой девушке.

В дворянской среде было очень важно выйти замуж девственницей: случалось, после первой брачной ночи распадались уже заключённые браки, и всё перерастало в кровную вражду между родами. После таких скандалов репутация девушки разлеталась вдребезги, и выйти замуж за человека своего круга становилось практически невозможно.

Наступив на шею своей змее, с трудом оторвался от возбуждённой и слегка разочарованной девушки.

Дальше наше свидание протекало невинно и целомудренно, правда, под конец Инга опять расчувствовалась, немного поплакала и пообещала писать мне письма на фронт; хорошо хоть ждать не поклялась.

Простившись с девушкой, неспешным шагом двинулся в сторону усадьбы, одним глазом поглядывая в чат, где пара игроков с самого утра вела прямой репортаж с той самой войны, куда я собирался поехать в ближайшее время. Как оказалось, Одиннадцатый и Двадцатый — пара игроков, организовавших клан на двоих, — решили немного «подкачаться» на войне.

И, не придумав ничего лучше, вступили в один из международных наемничьих отрядов, готовых за деньги участвовать в любом конфликте.

Кстати, раньше оба тихо фармили мелкие Осколки где‑то в Азии, но, видимо, капающий опыт и хабар перестал удовлетворять их возросшие амбиции.

Отряд был нанят турками. Что примечательно, Российская империя так же не брезговала наёмниками, хотя никогда и не афишировала этот факт.

Первое время у двух игроков, кстати, занимавших в рейтинге силы и уровней последние места, всё складывалось просто превосходно. Они в составе своего подразделения вырезали пару деревень, подняли по несколько уровней, потом разграбили какой‑то небольшой городок, перебив гарнизон из местного ополчения. Удача не оставляла наёмников, и им повезло раздолбать военную колонну русских, после чего на них наконец‑то обратили внимание.

Сутки спустя за отрядом в полторы сотни профессиональных боевиков пришли два витязя с магом и менее чем за полчаса уничтожили всю технику, тяжёлое вооружение и девяносто процентов личного состава.

Обоим игрокам повезло: пока витязи рубили их товарищей на улицах безымянного городка, они сумели выбраться из поселения и уйти в горы. Вот только радовались они недолго: добив последних наёмников, витязи пошли за ними. Несмотря на все ухищрения в запутывании следов, маг, словно ищейка, всякий раз их находил.

И вот теперь, когда у них на хвосте висели витязи, оба буквально умоляли игроков помочь кто чем может, клянясь и божась, что всё вернут с процентами. Естественно, просили они тяжёлое ручное оружие: видимо, витязи, висевшие у них на пятках, были из высшей лиги, и «мелкие» калибры были против них бесполезны. Причём большинство просьб и требований были адресованы Девятому — известному игроку с репутацией человека, способного достать что угодно, — и… мне. Правда, от меня им было нужно системное оружие, что, кстати, очень хорошо себя показало против витязей.

Девятый их вопли проигнорировал: так уж вышло, что ещё когда только игроки делали первые шаги в обменах и торговле, эти два идиота кинули Девятого на какую‑то мелочь, после чего навсегда оказались в его чёрном списке. Я тоже не отвечал смертникам по тем же причинам, зато чат не молчал.

Сорок четвёртый:

— Ха‑ха‑ха! Ну вы и тупиздени! Тридцать