Пепельная Пустошь: Новая земля - Токацин

с вышитыми рукавами, подошёл незаметно. Гедимин отметил перстни на обеих руках – с крупными вставками из тех же «самоцветов», что и в Нисе. Азурит, халькопирит, синее стекло, оправы из «белой меди», - сразу видно, что в этой местности добывают…

Гедимин склонил голову.

- Да будет жар печей не слабее и не сильнее потребного, - соорудил он миканское приветствие, покосившись на плавильни. – Вижу, работа идёт.

Эльф едва заметно улыбнулся, свистнул сородичам, наблюдающим за ним, - те молча вернулись к работе.

- Взгляд мастера-сармата – благословение для литеен Рааласы! До чего ты голоден сильнее – до еды или знаний?

- Я отправлял сообщение по реке, - Гедимин кивнул на едва различимый за холмами и травой Фиран. – Оно дошло?

- Да, - отозвался микана. – И мы отправили его дальше в Фиранкану. Это дела домов Нармаадех и Тенанкана…

Он слегка дёрнул углом рта.

- Мы, Нериннаэ, и раньше не заходили в Старые Города, и теперь нас туда не тянет. В этой земле достаточно чистой руды, чтоб не выдирать её из мёртвых стен. А Клан Железа… чего ждать от тех, кто стреляет в кимею?!

- Она жива? – уточнил Гедимин на всякий случай. Эльф слабо усмехнулся.

- Их род хранит сама Богиня Жизни! А вот стрелявших не хранил никто, иначе бы им вложили немного разума. Они напали и на караван дома Тенанкана, когда он задержался на окраине. Или их правитель, правда, так слаб, что не властен над своими воинами, или он не верен слову. Тех, чьё слово не стоит сухого листа, микана не ждут у себя и не ищут по норам.

«То-то «мартышки» всё говорили про «штучки ушастых»…» - Гедимин подумал, что хотел бы видеть то нападение – и что именно микана противопоставили бластерам. «В Фиранкане спрошу,» - он покосился на блестящие серебристые слитки, уложенные на листья в большой корзине. «Пока что есть другие вопросы… Что?! Центнер металла – одной рукой?!»

- А корзина не проломится? – вырвалось у него, пока эльф-грузчик без видимых усилий нёс «свежие» слитки на склад. Эта постройка стояла тут же, неподалёку, бок о бок со стойлами для торисков, - невысокое, но длинное сооружение из самана со слоем глины на крыше. «Надеюсь, это у них времянка,» - Гедимин недовольно сощурился. «Загореться не загорится, но десяток хороших ливней – и всё размоет.»

- На корзины пошла крепкая лоза, - микана едва заметно улыбнулся. – Да и нести недалеко. Не бойся, в Фиранкану наш металл поедет на повозке.

Гедимин, уже забыв о «времянках», смотрел то на форму со слитками «гилатсы», то на эльфа-грузчика. Он вернулся, поставил корзину на видное место и ушёл туда, где уже проверили состояние «термоэлемента», подкормили его горячим жиром и закрыли лючок. Теперь микана подсоединяли «торисковый привод» к мехам под навесом. «Грузчик» забрался на платформу с лозой и тронул её рогулькой, подталкивая к неразгруженной телеге с рудой. Осталось немного – на один заход, и ториски, запряжённые в повозку, уже нетерпеливо фыркали и косились на «конюшню». Гедимин глянул на эльфа на платформе, на других микана… «Они все одного сложения и в одинаковой спецодежде. Вряд ли это особо сильный эльф. Но та корзина весила центнера полтора, а нёс он её одной рукой – и без напряга…»

- Так что ты хочешь узнать в Рааласе, Древний? – потерял терпение микана с азуритовыми «цацками». – Трудно ответить на вопрос, если он не задан!

Гедимин встряхнулся. «Так. Медь я взвешу, пусть только остынет. Сперва другое…»

- Я хотел узнать о… сильных камнях, - он кивнул на украшения эльфа. – Что они умеют, и как их применять. Я нашёл немного на новой реке…

Он достал из ниши под бронёй горстку обломков пирита. Река Аркети, размывшая побережье, вынесла на новый берег много камешков – среди них сармат нашёл и «блестяшки», местами покрытые ржавым налётом. Налёт он снял, камешки «прожарил», больше из защитного поля не вынимал, - золотистый пирит блестел так же ярко, как сразу после чистки.

- Наннский златоблеск? – микана внимательно смотрел на камешки. – Хорошие осколки. Но, вижу, их не держали над листом Тунги. Напрасно – камень быстро заболеет. Тем более – скоро дожди.

- У меня нет листьев Тунги, - проворчал сармат. – Я и хотел прожарить эти камешки. Но ты скажи – в чём их сила? Видел, нанны их ценят. А у вас… некоторые носят, но редко. У тебя вон пиритовых цацек нет…

- Пирит? – ухо эльфа дрогнуло. – Одно из наречий Клана Железа… Что ж, они всегда разбирались в рудах. И в железной – особенно… Верно, я не ношу златоблеск. Но ведь я и не военный вождь. Я мастер литейщиков. Камень вождей даёт отвагу, но лишает осторожности. А мастеру нужно тонкое чутьё и ясный разум. Уверенности мне и так хватает. И потом – златоблеск не ладит с другими камнями. Или они, или он.

Гедимин мигнул. «Как и говорил Айзек – непроверяемо… Ладно, придержи язык и собирай данные!»

- Чутьё и разум? Азурит и халько… синеблеск дают их?

- Азурит? – микана снова шевельнул ухом. – Надо будет запомнить. Как ты назвал наннский синеблеск?

Гедимин повторил. Он вспоминал многочисленные халькопиритовые «цацки» - и в Нисе, и в «Ксолате». «Разум? Что, если их для того и прислали Серым, чтобы… те не двинулись умом? Эа-мутация ведь пожирает мозги…»

- Халькопирит? Медный златоблеск? – микана дёрнул углом рта. – Да, Клан Железа всегда… Впрочем, ладно. Да, он хорошо направляет и поддерживает разум. И даёт много осторожности, что вам, мастерам-сарматам, никогда не повредит. Вот и тебе… не отдашь ли нам златоблеск в обмен на хороший синий камень? Можем найти и с жёлтым отблеском. Оправу сковать недолго, и за белой медью далеко не ходить…

Он с едва заметной улыбкой указал на остывающие слитки. В каждом из них было килограммов пятнадцать – столько выдавала маленькая миканская печь за один заход. Телегу с рудой уже разгрузили, «торисковый привод» заработал. К нему разом подсоединили мехи двух плавилен; третья уже сливала расплав, остальные «встали», и рабочие, проверив поддоны с «термоэлементами», расходились по домам. Зато теперь, когда шипение и гул воздуха притихли, Гедимин расслышал треск лопающегося камня и перестук обломков – на руднике работа ещё не остановилась.

- Нет, я не за камнями, - отозвался