Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

как ты выживешь. И вижу, что выжила ты хорошо. Это значит, что мозги у тебя устроены правильно. Что есть деловая хватка и не тянет в бессмысленные авантюры. С одновременным умением рискнуть. Расчётливо рискнуть. Сколько у тебя доход?

- Какой там доход! – поморщилась Мэри, – В долгах, как рыба в неводе. И ячейки мелкие, не ускользнуть. Думаешь, у меня гора золота на обзаведение была? Как не так! Всё, что на себе было, каждое колечко, каждую серёжку из ушей, продать пришлось! Хорошо, что кое-какие грошики из Пиявкиных нераспроданных товаров выжать удалось. А дальше булькнула в долги с головой, как в омут. Ещё и не всякий в долг даст! Несмотря на бешеные проценты! Вчера только первый день в плюс отработали. Ну, и дальше рассчитываю. А до этого – лучше и не вспоминать! Туда денег вложи, сюда денег вложи, чтоб это купить денег дай, этому денег заплати и этой пообещай расплатиться не позже четверга! Ох, Кляк, здесь каждая дверная ручка моим потом и слезами вымыта! Да, что там, ручка! К любой шляпке гвоздика, в стену вбитому, присмотрись, увидишь, что она мокрая! По тем же причинам!

- Верю, – сказал я сухо, – верю и… не сочувствую. Как-то не получается, чтобы посочувствовать. Однако, вернёмся к нашим расчётам. Я готов тебе помочь во всём, и даже сделать тебя счастливой, если… если ты согласишься стать моей осведомительницей при дворе в королевстве Ольфел!

- А если – нет?

- Тогда я прямо сейчас выполню свои обязательства, – я вытянул руку в её сторону и, прямо из пустой руки на пол начали падать золотые монеты, звяк! звяк! звяк! – Считай до тридцати тысяч! Но учти, что тогда, после того, как я рассчитаюсь, я уйду навсегда! И, какой бы ты графиней не была по документам, в приличное общество тебя всё равно не пустят. Во-первых, тебя никто не знает и не сможет соответствующим образом представить, во-вторых, ты сама не сумеешь себя вести подобающим образом. От тебя за версту будет нести простолюдинством! Тебе придётся постоянно бояться, что тебя, графиню, узнают в лицо, как бандершу Мэри. И тогда будет грандиозный скандал! Но и без скандала весёлой жизни тебе не видать! Никогда, ни единого раза, не танцевать тебе на балу с графом! Никогда не прокатиться тебе на карете с гербами! Потому, что у тебя герба ещё нет! Никогда не управлять тебе слугами в собственном дворце, потому что дворец стоит гораздо больше тридцати тысяч! Считай, дорогая Мэри, считай!

- Погоди, Кляк, – заломила Мэри руки у груди, – А что предлагаешь ты?

Я ухмыльнулся во весь рот. Мысленно. Потому, что Кляк умеет уговаривать. Он и дохлого уговорит в краплёные картишки на щелбаны сыграть! Или на другой интерес. Монеты перестали падать из моей руки.

- Я предлагаю тебе следующее. Первое, ты оставляешь это заведение на доверенного человека, которому поручишь часть выручки тратить на самое необходимое, а другую часть переводить туда, куда ему будет указано. Укажешь ты ему это позже. Это будет твой будущий источник доходов, неизвестный никому из твоего окружения. Возможно он тебе пригодится в будущем. Второе, мы немедленно переместимся… нет, не в Ольфел. Мы переместимся в Тинидию. Я отыскал там женщину, которая давала уроки благородных манер принцессам крови. За кругленькую сумму она согласилась заниматься и с тобой. Тебе придётся всему учиться, как маленькой девочке. Вставать, садиться, ходить, кланяться, приседать, брать в руки предметы и класть их на место, выслушивать комплименты и отвечать на них, обмахиваться веером, делать глоток из бокала с вином и тысячи других вещей, которые благородные девушки делают совершенно не так, как простолюдинки!

- Кляк, каждая девочка в мечтах – герцогиня. Они с детства играют в благородные манеры! Зачем мне ещё чему-то учиться?

- Потому что мечты и явь – разные вещи. Извини, но ты даже посмотреть на собеседника не сможешь так, как это должна делать графиня! Кроме этой женщины, будут ещё учителя. Ты выучишь несколько иностранных языков, научишься скакать верхом, играть на музыкальных инструментах и петь. Я имею в виду, петь арии, а не народные частушки типа «Вышел из трактира пьяный муж, И пошёл топтаться между луж»! Научишься и некоторым другим вещам. К примеру – составлению ядов и общению с ними. В Тинидии тебя никто не знает, и всё равно, тебе будет запрещено покидать стены дворца! Да, ты будешь жить во дворце. Привыкать и осваиваться. Ну, и третье. Когда ты сочтёшь, что ты готова, ты призовёшь меня и я устрою тебе экзамен. Очень серьёзный экзамен, без скидок на пол или возраст. И, если ты этот экзамен выдержишь, я дам тебе новый облик, новую молодость, долгую жизнь и введу в самое высшее общество Ольфела. Взамен на то, что ты будешь для меня шпионить. Я подарю тебе дворец. Я подарю тебе деньги. Гораздо больше тридцати тысяч. И это только на первое время. Потом, я уверен, тебя возьмут на содержание другие люди. Те, которые мне интересны. Которые имеют вес и влияние. К которым ты должна будешь подобрать ключики. А я тебя научу, как это сделать. Итак? Продолжать мне отсчитывать деньги или ты согласна на мои условия? У тебя всего полминуты на размышления.

- Погоди Кляк, у меня голова идёт кругом! Дай, хотя бы пять минут!

- Осталась четверть минуты.

- Да! Да, я согласна! Ты доволен?!

О, да. Я был доволен. Умненький и благоразумненький Кляк опять добился своей цели. В том числе потому, что не дал времени на раздумья и развернул красочные перспективы. Если бы Мэри задумалась как следует, эти самые перспективы не показались бы ей такими уж радужными! По сути, я отводил ей роль проститутки. Высокородной, высокооплачиваемой, но проститутки. Которая должна очаровать и пролезть в постель к тому, кого я ей укажу. За то жалкое счастье, которое мерещится девочкам – танцевать на балах с высокородными кавалерами, слушать комплименты и делать при этом вид, что конфузишься. За тот внешний лоск великосветского общества. Если бы она знала, какой это на самом деле гадюшник! Ещё узнает. Куда же она теперь денется? Если слово уже дала? Я его так просто ей не верну!

Пятнадцать минут, не больше, ушло на передачу управления заведением. Потом я взял Мэри за руку и попросил её закрыть глаза. Открыла она их уже в Тинидии, в моём дворце.

Я вызвал гоблина Смита и