Обратный отсчет - Токацин

Прямой контакт тут невозможен, разве что облучение… так далеко от источников омикрона? Если бы это так работало, я не бился бы столько с реакторами. Надо хорошо всё изучить, должны быть какие-то закономерности, может, по ним вычислится причина…»

…Восемь небольших обломков гранита лежали на дне ящика, обёрнутые полосками бумаги и прикрытые защитным полем. «Добыть контейнер для образцов,» — сделал в памяти отметку Гедимин. «На полосе препятствий должен быть тонкий фрил. Нарезать на ленты и вынести.»

Он покосился на часы и тихо вышел из комнаты. Арсалан, судя по тишине за соседней дверью, ещё был в душевой — Гедимин оставил ему там «капсулу» из защитного поля и показал, как подогреть воду без штатных нагревателей, так что венерианец застрял в купальне надолго. «Что-то у него с ликвидаторами… и, скорее всего, из-за Квинция,» — думал сармат, обходя ряд бараков и мимо равнодушных патрульных уходя к полосе препятствий. «Постепенно выясню, а пока — не до этого.»

Сегодня сарматы в чёрных скафандрах собрались впятером. Кто-то уже отстрелялся, и теперь один из них выгребал из закутка между оплавленными стенами обломки фрила, другой, приложив трафарет, чертил новую мишень на разбитом пустом ящике, ещё двое объясняли что-то недавнему стрелку. Гедимин нарочно зацепился плечом за полуразрушенную стену, — ликвидаторы резко развернулись к нему, и тот, на чьей груди было больше нашивок, радостно усмехнулся.

— Уран и торий! — он вскинул руку в приветственном жесте, и Гедимин изумлённо замигал — он, конечно, не ожидал услышать «салют Саргона», но и выдуманная когда-то им фраза звучала тут очень странно. — Всё-таки пришёл! И хорошо, что без шахтёров. Твой друг, не в обиду будь сказано, какой-то пугливый. Как он вчера, не содрал с себя кожу в той трубе?

Гедимин качнул головой.

— Его друг погиб на Территориях, — мрачно сказал он. — Есть от чего стать пугливым. Ты Скегги Тарс?

Сармат ухмыльнулся и протянул ремонтнику руку.

— Именно так. Идите сюда, тески, — у нас пополнение! Как тебя, Гедимин…

— Гедимин Кет, — ремонтник по очереди пожал протянутые руки. — Мне дадут бластер?

— Само собой, — кивнул Скегги, оглядываясь на выгородку для мишеней. — Вот, возьми. Дежурная «Фокка», прожигатель. Майлог, ты пока отдыхаешь.

— Есть, — отозвался один из ликвидаторов и шагнул назад. Остальные расступились, оставив пустое пространство между Гедимином и Скегги и выгородкой, куда уже поставили ящик-мишень.

— Стреляешь без стойки, с рук, — пояснил командир, быстро проверяя механизм бластера, прежде чем передать его Гедимину. — Желательно в мишень. Сильно не волнуйся — мы просто посмотрим, что ты умеешь, и над чем дальше работать. Ты ведь пилот, не стрелок?

Сармат качнул головой. Снаружи «Фокка» выглядела исправной, но внутри одна из обсидиановых линз не то сместилась, не то треснула и работала теперь вполсилы — и это очень раздражало. «Гребучий ремонтный рефлекс!» — Гедимин досадливо сощурился, направляя бластер на мишень. «Надо сосредоточиться. Хорошо, цель не движется…»

Сначала ликвидаторы за его спиной перешёптывались, потом хмыкали, затем настала тишина. Отверстие в центре мишени выросло до размеров кулака, но аккуратно-круглым так и не стало, и Гедимин, оставив попытки выровнять края, поставил бластер на предохранитель и повернулся к Скегги.

— Я думал, ты ушёл. Так тихо… — он криво ухмыльнулся.

— Ага, — отозвался Скегги, взяв протянутый бластер. — Говоришь, пилот… Кто тебя тренировал?

Гедимин, больше не терзаемый ремонтным рефлексом, сообразил, что чего-то не учёл, и настороженно сощурился.

— Гуальтари, — ответил он. — Ты его, наверное, не знаешь…

Вместе со Скегги громко фыркнули ещё двое. Оставшиеся смотрели на них с недоумением, а на Гедимина — с тревогой.

— Понятно, — сказал Скегги, возвращая бластер Майлогу. — Спрашивать ничего не буду. Пойдёшь со мной. Майлог, продолжай, вернусь — проверю.

Гедимин чувствовал затылком их взгляды, когда вслед за Скегги кратчайшим путём обходил лабиринт. Командир ликвидаторов молчал, патрульные, расступившиеся перед ним у закрытого люка, слегка приподнятого над землёй, тоже не сказали ни слова. Освещённый туннель, достаточно широкий, чтобы двое сарматов могли идти рядом, плавно уходил вниз и внезапно разворачивался в обратную сторону, превращаясь в широкий тёмный ход. Его стенки были выстланы слоями защитного поля. В свете фонаря на стене блестнули длинные приклады — на стойке рядом висели кинетическая винтовка, огнемёт и плазменная пушка. Скегги щёлкнул переключателем, и вдоль стен зажглись цепочки зелёных светодиодов, а за спинами сарматов опустилось защитное поле.

— Тоже наш полигон, — усмехнулся ликвидатор, смахнув невидимую пыль с настенной панели проектора. Дальний конец коридора — пустое место с грудой разнородных обломков по центру — задымился, наполняясь синим туманом, в котором замелькали тени.

— С чем из этого тебя готовили? — спросил Скегги, кивнув на оружейную стойку.

— Со всем понемногу, — отозвался Гедимин, рассматривая громоздкий плазмомёт. Аккумуляторы занимали три четверти места внутри корпуса; их полного заряда хватало, насколько сармат знал, на шесть выстрелов. «Из этой штуки ничего путного не сделаешь. Прочность не та,» — думал он. «Нужен сфалт — он держит струю, сопло прочнее…»

— Тогда всё и опробуешь, — сказал Скегги, снимая со стойки огнемёт и недовольно щурясь. — Подожди… А, нет, ничего страшного. Сейчас тебе всё подготовлю. Пока, чтоб не скучать, постреляй по пятнам. Вот тебе бластер.

Он достал из кобуры своё оружие и протянул Гедимину. Тут никаких раздражающих неполадок не было, и сармат, кивнув, повернулся к голографическим мишеням. Пятна мелькали хаотично, изменяя в движении форму, — то это были летящие радиофаги, то бегущие люди, то насекомые, похожие на гимов… Туман клубился, размывая силуэты, и Гедимин сам не всегда был уверен, куда он попал, и попал ли вообще. Панель сбоку от него попискивала и время от времени мигала — возможно, она вела счёт, но сармату было не до неё.

— Хватит, — сказал Скегги, отключив проектор. — Теперь бери огнемёт. Стреляй по вон той куче хлама. Тут, как понимаешь, особой меткости не нужно…

Гедимин осмотрел огнемёт и, выбрав снаряд, положил его в податчик и закинул трубу на плечо. «Если даже поле сдует, позади стена,» — думал он. «Люк, надеюсь, успели закрыть…»

Коридор взорвался. Огненное облако, клубясь и распухая, выжигало защитные поля, но они снова смыкались вокруг него, сдерживая сгусток раскалённого газа на полпути к сарматам. Скегги с ухмылкой смотрел на огонь, не пытаясь ни отступить, ни прикрыться, — то ли был уверен в оборудовании полигона, то