Газлайтер - Григорий Володин

Мда. Женщины всегда остаются женщинами. Особенно бывшая Соколова.

Окидываю взглядом пещеру. Время утекает — больше суток под землёй, а по ощущениям будто только вошли. И вот уже день позади.

Оставшиеся двое суток посвящаем изучению Подземелья. Покрываем ход за ходом, исследуем ответвления, но ничего подобного Оранжевому больше не встречается. Ни жёлтых, ни оранжевых — только слабенькие твари. Но тем и ценнее оказались находки: Оранжевый и те водоросли, что привели к его росту. Совпадение множества факторов, и нам повезло на это наткнуться.

Участие в боях лично принимать не приходится. По дороге собираю ещё два десятка вепрей. С такой охраной нам никто не страшен в пределах Подземелья — кроме самого Оранжевого, да и тот потерял к нам интерес, когда Василиса Георгиевна разбила ему сердце. Так что убиваем только ради согревающих желеек для неё — и ради шашлыков.

К концу третьих суток направляемся к выходу. Мерзлотник сам открывает двери и, наконец, облегчённо выдыхает:

— Все живы… Слава Богу. А то я уж боялся, Данила, что ты не выдержишь — и прихлопнешь моего Мишку.

— Отец! — возмущённо вскидывается Михаил. — Я тебе муха, что ли, чтобы меня прихлопнуть?

Улыбаюсь краем губ:

— Михаила Семёновича, действительно, не так-то просто прихлопнуть.

Он кивает — смущённо, но благодарно. За эти дни в Подземелье он начал меня уважать и проникся благодарностью за спасение супруги.

Мерзлотник потирает руки:

— Душ примите, Ваше Величество?

— Душ — потом. Сначала разговор, — отзываюсь. — Пойдёмте, нужно обсудить наше открытие.

— Открытие? Хорошо, пойдёмте, — Мерзлотник заинтригован.

Уходим в гостиную. Я рассказываю — про зубастые водоросли, про рыбу жёлтого ранга и про то, как Оранжевый глыбник стал таким именно благодаря глубинной рыбе.

Ну как рассказываю? Просто передаю всё одним посланием по мыслеречи. Языком чесать лень.

— Экосистема в Подземелье сложилась интересная, — подвожу итог. — Случайно она не повторится. Но если всё воспроизвести правильно — можно создать условия для культивации аномальных зверей.

Мерзлотник слушает, не перебивая.

— Данила Степанович, ну ты даёшь! Мы веками живём рядом с этим Подземельем, а ты сходил один раз — и такое открыл! Это может стать новым рывком в аномальном животноводстве, — подытоживает он, почесывая бороду.

Ну да, соглашаюсь про себя. Мы можем не просто содержать зверей, как на наших же рогогорских фермах, а развивать, поднимать в ранге. Это может возвысить наш клан.

— Тебе задание, Мерзлотник. Провести анализ экосистемы Подземелья и подготовить проект по созданию аналогичных зон.

Мерзлотник выпрямляется:

— Есть, Ваше Величество. Подберу специалистов. Сделаем в лучшем виде.

— Не думаю, что вам нужно лично этим заниматься, граф. Поручите непосредственное руководство Михаилу Семёновичу, — добавляю.

— Есть, Ваше Величество, — отзывается Михаил моментально, бросив на меня благодарный взгляд.

Ну да. Проект-то масштабный — солидно им заняться.

* * *

По дороге обратно Красивая свернулась клубочком на заднем сиденье. Левое ухо тигрицы подрагивает, хвост поддёрнут под лапу, а сам во сне негромко мурчит.

Гепара смотрит в окно, задумчиво. Потом вдруг оборачивается и чмокает меня в щёку:

— Поздравляю с прохождением Ледяного Подземелья! Теперь клан Опчикарских принял тебя, Даня. Я так рада за тебя и за нас!

— Спасибо, но только не клан, — поправляю спокойно. — А род Опчикарских. Внутри клана есть и другие рода, и они вряд ли с восторгом воспримут новость, что над ними теперь стоит бывший простолюдин, которому надо платить вассальный налог… да и вообще — слушаться. Придётся с ними ещё разбираться.

Гепара задумывается:

— Правда? Сколько же проблем во власти…

— Да, — киваю. — Но каждая такая проблема — повод повеселиться.

Вернувшись в московскую усадьбу, даже в душ не успеваю, как на меня налетает Светка. В буквальном смысле: врывается из боковой двери, размахивая стаканом, будто трофей несёт.

— Видишь⁈ Пью только витамины! — гордо сообщает бывшая Соколовая, едва не плеская мне в лицо густо-зелёным коктейлем. — Ни грамма ускорителя беременности! И никаких пестицидов, между прочим!

Запах у напитка — как у свежескошенной газонной травы. Неудивительно, что Светка пришла хвастаться. Пить такое — уже подвиг.

Следом заходит Камила:

— Я слежу за ее питанием, не волнуйся, — сообщает брюнетка по мыслеречи.

Киваю. И тут же смотрю на Камилу чуть внимательнее:

— Ками, ты уже сказала отцу, что ваш род происходит от иномирян с Фимискиры?

Она качает головой:

— Нет. Я пока не получила разрешения от мужа.

Ответ радует. Умница. Горжусь ею.

— Думаю, можешь сказать Альберту Игоревичу, но не по телефону, а лично. От Енеревых скрывать не стоит. Это часть их прошлого. На их месте мне бы хотелось знать, кто мои предки.

— Тогда я поеду в Будовск, как только ты уедешь, — кивает Камила. — Просто хочу побыть с тобой подольше.

— Подлиза, — фыркает Светка, продолжая висеть у меня на шее.

Позже, направляясь к Морозовым, беру Камилу с собой. Раз уж хочет быть рядом — пусть будет. Заодно и по гостям повожу.

Маша встречает нас на пороге с широкой улыбкой, сразу берёт быка за рога:

— Данила, как думаешь, подойдёт выбранное место для нашей свадьбы?

— Без понятия, что за место, Маш, — честно отвечаю, не заморачиваясь. — Я в эти детали не вникал.

— Ну, тогда я поговорю с Камилой, — отвечает она бодро, ничуть не расстроившись.

Хорошо, что Маша относится с пониманием. Я и не пытаюсь изображать смущение — не до того. Свадьба, конечно, важна, но куда важнее удержать на плаву разрастающийся род. Столько в нем ртов, а я у них один поставщик: и власти, и денег, и безопасности.

Маша с Камилой уходят обсуждать свадьбу, а я направляюсь к князю Морозову. Встречаюсь с Юрием Михайловичем, и разговор сразу идёт на языке больших цифр и внутренних ресурсов. Когда наши кланы сблизятся, придётся совместно осваивать и сферы влияния, и рынок, и взаимодействие родов.

Обсуждаем, кого из топ-менеджеров куда ставить, как распределять зоны ответственности.

Я, не стесняясь, сгружаю на Киру почти всю операционку. Эх, слишком многое на ней держится. Будь у меня возможность — я бы её уже давно клонировал.

* * *

Следующая остановка — «Лубянка». К Красному Владу захожу без церемоний, но не без приветствия.

— Здравия желаю, Владислав Владимирович.

— Взаимно, Данила Степанович.

Тянуть смысла не вижу.

— Встретил я