Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

— Артур, а почему Овен так легко согласился отдать половину... того, что получит с Литлби? — девушка, как всегда, совала свой наглый носик в каждое чужое дело.

Спасибо хоть во время деловых переговоров, по большей части, благоразумно помалкивала.

— Потому что сам он такое провернуть бы не смог, — лениво отвечал я. — А умереть легче легкого. За его голову была назначена хорошая цена.

— Но Оукли ведь тоже не последний человек... При желании ему бы хватило денег собрать целую армию, — возразила девушка.

— Сила не всегда в числе, Лин. По крайней мере, не тогда, когда речь идет о «тихой» войне. Попробуй он реально собрать армию — его бы тут же придушили находящиеся у власти аристократы. Так, на всякий случай.

— Но ты ведь справился. И без всякой армии, — возразила девушка.

— Потому что это моя работа... Была работа, на протяжении многих лет. Кажется, кто-то напоминал мне про Лоуденхартов? — не преминул поддеть её я. — Литлби в этом плане похлипче будут...

Информация, которую я сейчас собрался раскрыть, была опасным знанием с одной стороны, а с другой — куда менее значимая, чем тайна наших личностей. Скрывать это от Лин я не видел никакого смысла... Слишком сильно мы нынче повязаны. Девушка умолкла, обдумывая сказанное, прежде чем задать резонный вопрос.

— И что же мешало Оукли нанять это же агентство?

— Всё. Думаешь, люди, способные вырезать целый дворянский род, оставаясь при этом в тени, могут бесконтрольно действовать? За всем нужен надзор, или же это может привести к хаосу.

— Те самые покровители, что упоминал Оукли?

— Нет никаких покровителей. Организация, в которой я состою... Точнее, состоял — сродни гильдии убийц. Что ты знаешь о гильдии убийц?

— До сих пор я думала, что это байка, — испытывающе посмотрела на меня девушка.

— Эта байка сделала тебе в пузе вполне себе настоящую дырку, — усмехнулся я.

— С чего ты это взял? — удивленно распахнула она глаза.

— Я знаю их почерк. Приходилось сталкиваться... и не раз.

— Значит, и у вас тоже гильдия... Наемников?

— Мы называем себя «братством». Когда я обратился в «Брук и Фордж», мне предоставили лучших из лучших. Быстро и безотказно. Прикрыли по всем фронтам... Но только потому, что я имел на это полномочия. Любого другого в лучшем случае вежливо послали. В худшем — одним трупом стало бы больше. Оукли не исключение.

— О-о-го, — протянула Лин. — Аж мурашки по коже. Словно в сказку попала.

— Страшную сказку, Лин. Это знание убило немало людей. Взболтнувший лишнего — отправляйся на тот свет. В первую очередь в «братство» берут не самых сильных и умелых... А самых надежных. Как правило, не единожды испытанных в деле, умеющих держать язык за зубами.

— Мне сложно представить, кто у вас в клиентах, если даже Оукли для вас мелкая сошка?

— Дело не в богатстве, а в репутации. «Братство» не будет работать с кем попало — это вопрос выживания. Нанять его непросто — для начала тебе нужно о его существовании... Одно только это отсекает львиную долю возможных нанимателей. Затем нужно найти человека, который знает человека, который как-то связан с братством. А вот это уже практически невозможно.

— Тогда как? — удивилась девушка.

— «Братство» само найдет тебя, если ты начинаешь задавать правильные вопросы. Проверит, и если твои цели не идут вразрез с его философией и правилами, предложит свои услуги. За очень большие деньги. Кратно большие, чем у простых наемников. По мелочам они не размениваются... Только самые денежные и анонимные контракты. В этом они схожи с убийцами, только действуем масштабней, на уровне подразделений, иногда батальонов. Зачастую даже сам заказчик не знает, как и когда «братство» начнет действовать.

— О-о-о-о-го, — снова протянула Лин. — Звучит внушительно...

— Так и есть, — усмехнулся я. — У Оукли не было бы и шанса.

— Выходит, ты провернул это с легкостью, потому что состоишь в «братве»? — сделала вывод Лин, сильно заблуждаясь.

— Нет. Простой боец или даже глава агентства не имеют таких полномочий. Дело в том, что я был одним из Двенадцати.

— Что бы это ни значило, звучит восхитительно. И кто такие Двенадцать?

— Те, кто решают, в каком направлении движется организация, а также все спорные вопросы между подразделениями... И имеют исключительные права. По факту я сам себе дал полномочия на уничтожение Литлби.

— А ничего, что эти полномочия всплыли уже после смерти Гая Антареса? — настороженно спросила девушка.

Умничка, думает в правильном направлении, но беспокоится зря.

— Распоряжение я составил задним числом, на предъявителя. Обычное дело. Вопросов возникнуть не должно.

— А если...

— Никаких если. Подобных шифрованных писем по стране еще штук пять наберется. А некоторые еще не дошли до адресата.

На самом деле, если очень захотеть, то можно раскрутить всю эту цепочку и выйти на нас. Однако только если за дело возьмётся кто-то из моих облеченных властью коллег... Однако зачем им это делать? Там и так за мое место знатная грызня начнется.

— Всё равно как-то неуютненько... — пробурчала Лин.

— Не бери в голову, всё будет...

Меня прервал внезапный свист разрывающих воздух стрел, и в следующее мгновение кобыла девушки, встав на дыбы, скинула хозяйку и, прихрамывая, рванула далее по дороге. Краем глаза я успел разглядеть белое оперение болта, засевшего в филейной части лошади. Падение Лин оказалось жестким.

Недостаток опыта или просто несчастный случай, но прилаживалась она затылком оземь знатно. После такого удара не всякий выживет, не то что в сознании останется. Однако мою «сестру» эти нелепые условности нисколечки не беспокоили — буквально в следующую секунду она уже пыталась подняться. Неудачно — ноги её держать отказывались.

Из леса одна за другой продолжали сыпать стрелы. Одну я на ходу инстинктивно отбил рукой в сторону, от остальных увернулся, уткнувшись в гриву. «Пять лучников и один арбалетчик», — навскидку определил я. Лучший выход в данной ситуации — это побег. Как ни старайся, а поймать стрелу — это лишь вопрос времени. Будь я сам по себе, так бы и поступил...

Да только... Не могу. Девчонка, что сейчас корчится на земле, внезапно стала для меня чем-то важным. Не первый раз я ловлю себя на этой мысли и всякий раз отбрасываю её в сторону, не желая