Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

А ситуация, однако, швах. С трудом разворачивая коня, закрываю его телом от смертоносных снарядов распластавшуюся на земле Лин. Спрыгиваю сам, прячась за телом животного. И тут же несколько стрел вонзаются в тело бедной скотины. Прости, мой рыжий друг, но своя шкура мне дороже. Лучники эти не чета рейнджерам пустоши, с которыми мне приходилось иметь дело, но стрелу раз в пять секунд спускают, как по команде.

Конь бьется в конвульсиях, больше не являясь для нас защитой, — следующий залп может стать для нас последним. Хватаю ошеломленную девушку за шкирку и с размаха отправляю в придорожные кусты, надеясь, что не сверну ей шею. Впрочем, с недавнего времени мы прочнее, чем может показаться — на то и расчет. Мгновением позже рыбкой прыгаю за ней. Стрелы прошивают зелень, но бьют не прицельно, «наощупь».

В надежде на удачный выстрел противник делает еще несколько залпов, но, осознав неэффективность этих действий, перестает бестолково тратить боеприпас. Чтобы достать нас наверняка, им придется покинуть укрытие. Ситуация все еще опасная, но уже много лучше. Однако кто сказал, что эти ребята здесь в одиночку? Крики раздаются сразу с нескольких сторон, двух или даже трех. Кажется, нас берут в кольцо... Нападающих куда больше, чем я рассчитывал.

Мельком оглядев себя и Лин, убедился, что нас не зацепило. А то в горячке боя чего только не бывает — некоторые и без головы умудряются бегать... Повезло, однако, — целехоньки. Правда, эта дуреха, вместо того чтобы смирно лежать, прижавшись к земле, осоловело тряся головой и качаясь, словно пьяная, начинает подниматься на ноги. По показавшейся над кустарником белокурой головке тут же открывают огонь. Дёрнув Лин за руку, еле успеваю подтянуть её к себе… Стрелы пронизывают воздух в том месте, где мгновение назад находилось тело девушки.

— Лин, Лин, успокойся, — шепчу, прижимая ее к себе, пока та лягается, как необъезженная кобылица. — Лин, это я, Артур, не дергайся, всё в порядке.

Девушка наконец замирает, уставившись на меня полными боли и страха глазами. Хорошо же ей прилетело.

— Всё хорошо, лежи, не двигайся, мне надо разобраться здесь. Ты главное не высовывайся. Хорошо? — успокаивающе глажу ее по спине.

Она еле заметно кивает, но и этого хватает, чтобы потерять равновесие и уткнуться носом в мое плечо.

— Я пошел? — задаю риторический вопрос.

Перетекая на четвереньки, нежно опускаю девушку на землю, успевая заметить утвердительно дрогнувшие ресницы.

Голоса слева от нас становятся громче, звук намокающий, на прорывающихся через кустарник людей. На нашей прогалине появляется первый из них: мужик с шашкой наперевес. Его костюм — военный мундир, только без знаков отличия. Плохо. Не разбойники это. Тут запугать не выйдет...

— Здесь! — успевает крикнуть смертник, прежде чем моя шпага перерубает ему горло.

Перепрыгиваю через труп, продираюсь сквозь ветки кустарника, ожидая очередной залп с той стороны дороги. Сейчас я как на ладони, но лучники медлят, видимо, опасаясь зацепить своих. Предо мной еще троица с шашками. Кавалеристы, что ли? Тогда почему пешком? Суть ли важно? Действуя на опережение, вонзил клинок прямо в грудь ближайшему. Двое оставшихся начинают методично обрабатывать меня широкими размашистыми ударами.

Дилетанты! И близко не сравнить с близнецами, что встретились мне у Литлби. Эти только мешают друг другу — навыки фехтования никакие, привыкли рубить из седла. Точным ударом сначала чиркаю прямо по запястью первому — его шашка летит на землю, короткий укол в сердце. Повторим — и второй мертвец падает в густую траву. Почему по мне не стреляют? Крутанул головой в поисках лучников — никого.

Слышу яростный вскрик Лин и надрывный мужской вой. Царапаю в кровь лицо в обратном рывке сквозь кустарник и вижу еще двух кавалеристов. Один сидит на жопе, баюкая неестественно вывернутую руку. А второй замахнулся, направляя шашку в голову девушки...

Не успеваю! Время замирает... Я рву жилы, продираясь сквозь вмиг загустевший воздух, но клинок опускается на шею Лин быстрей. Понимая, что сейчас случится непоправимое, начинаю терять над собой контроль, готовый провалиться в пучину безумия... А она лишь тупо пялится перед собой, приподнявшись на локте…

— Нееееет!

Шашка падает, заканчивая свой путь. Дзынь! Я замер, ошарашенно глядя на спину неизвестно откуда появившегося пацана. Голый торс, кожаные штаны, ремень через плечо. Крепкий, резкий, словно взведенная пружина. Правая рука держит двузубый коготь — излюбленное оружие маолинских ассасинов. И держит он его так непринужденно, будто не ощущает навалившегося на него всем своим весом немаленького мужика.

— Нельзя, — раздается звонкий, мальчишеский и в то же время властный, непоколебимый голос. — Нельзя самок бить.

— Да пошел ты, — вскинулся кавалерист для нового удара, и в то же мгновение второй коготь на левой руке пацана вспорол ему горло.

— Глупый, — прокомментировал свои действия парень. — Ты тоже?

Коготь направился в сторону второго кавалериста. Тот расценил это как нападение и выхватил левой рукой из-за пояса нож. Еще один нерасторопный взмах когтя — новый труп. Памятуя о стрелках, я медленно, на присядках, не убирая шпаги и озираясь по сторонам, прокрался к Лин и помог ей сесть. Та облегченно прильнула ко мне, уткнувшись лицом мне в грудь, и прикрыла глаза.

— Последний, — повернувшись к нам, паренёк кивнул на труп своей жертвы.

Совсем молодой, не больше двенадцати лет. И в то же время неестественно для такого возраста крепкий. Короткий ежик не так давно обритой головы, лицо, раскрашенное так, словно он хотел придать ему кошачьи черты: усы, черный нос и верхняя губа. Марлинский разрез глаз также дополнен краской, и в довершение улыбка-оскал со слегка удлиненными клыками.

Создавалось ощущение, что лицезреешь хищного зверя. Аж мурашки по коже. Его скупые движения были полны мощи, а та бесстрастность и небрежность, с которыми он убивал, говорит о том, что для него это обычное дело. Не уверен, что смогу с ним справиться, реши этот дикарь вдруг напасть.

— Там в лесу лучники, — показал я направление, опасаясь за бесстрастно стоящего в полный рост парня.

— Их нет, — раздался спокойный скучающий голос. — И других тоже нет.

— Что значит нет?

— Нет, значит, нет, — он отвернулся и пошел в лес: понимай как хочешь.

— Спасибо! — крикнул я вслед, а паренёк обернулся.

— Оставь, не тебе помог. Самку жалко. Самец сам за