Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大

ли сгубила. У Чжан Чжао еще не слетела с языка вторая половина пришедшего на телефон сообщения, «рентгеновские» глаза Гу Юэси не успели даже разглядеть добычу «духа меча», а «Духовный поиск» уже завершился. Кукла глухо охнула, из ее тела, как из миниатюрного проектора, вырвался луч света, и за спиной появилась «голограмма» в полный рост.

Взвизгнули тормоза – Янь Цюшань резко остановил машину. На этот раз он все-таки заехал на бордюр, чуть не врезавшись в придорожный супермаркет. Не имевшие привычки пристегиваться оперативники чуть не разлетелись по всему автомобилю, как попкорн. Однако лежащие вповалку «воздушные зерна» тут же и думать забыли возмущаться.

– Чжичунь?

– Чжичунь!

– Охренеть!

Чжан Чжао выдал самую бурную реакцию. Вцепившись в секундомер, он в ужасе завопил:

– На помощь, командир Янь! Посмотрите, у меня черепушка не проломлена?! Похоже, у меня галлюцинации!

Шэн Линъюань перехватил запястье Чжан Чжао до того, как тот успел заморозить для всех время, заодно сняв путы с тела куклы.

Половина автомобиля оперативников так и зависла над обочиной, руки Янь Цюшаня словно приросли к рулю, тело покрылось защитным слоем металла. Он сидел неподвижно, словно бронзовая статуя, не осмеливаясь ни оглянуться, ни посмотреть в зеркало заднего вида. Как и Чжан Чжао, он боялся поверить собственным чувствам и тоже подозревал, что у него галлюцинации. Но это наваждение могло стать для него роковым: оно поразило его в самое сердце, потревожив внутренних демонов.

Миазмы за окном, будто уловив всплеск эмоций людей в машине, хлынули вперед, ища малейшую щелочку, чтобы просочиться внутрь.

Шэн Линъюань нахмурился и пробормотал:

– Да что он себе позволяет…

Черная дымка, только что опутывавшая Чжичуня, обернулась разъяренным драконом, который взмахом хвоста отогнал миазмы внутренних демонов. Протяжный и звонкий драконий крик оглушил оперативников, те из них, кто еще не очнулся окончательно, тут же пришли в себя. У Гу Юэси, обладавшей самым тонким слухом, потемнело в глазах – еще немного, и ее бы контузило.

Шэн Линъюань кивнул ей:

– Девочка, веди ты. Нельзя терять время.

Действие чар «Духовного поиска» сошло на нет, образ Чжичуня пропал, и в машине осталась лишь безмолвная кукла.

Гу Юэси сменила бледного как привидение Янь Цюшаня. На том просто лица не было, точно у странника, который спустя долгие годы возвращается в родные края и тревожится, не зная, что ждет его дома. Он сел как можно дальше от куклы.

Все оперативники «Фэншэнь» – и те, кто уже какое-то время бодрствовал, и те, у кого до сих пор голова шла кругом, – старались держаться поближе друг к другу. Выглядели они так, будто угодили под психическую атаку из ста тысяч «почему». Они еще меньше понимали, что происходит, чем те несчастные, кто еще оставался под властью миазмов внутренних демонов.

Уловив божественным сознанием преследователя, Шэн Линъюань тут же поймал его. Чего он никак не ожидал, так это того, что ему придется ломать теперь голову. Этот Чжичунь был демоническим мечом. Кто знает, чем стало его создание для Вэй Юня – великим бедствием или великой удачей: клинок разбивали дважды, но дух меча не погиб – даже Шэн Линъюань слыхом не слыхивал о подобном диве.

Его величество сжал пульсирующие виски, бросил взгляд на экран телефона в руках Чжан Чжао, на котором высвечивалось открытое сообщение, отогнал все посторонние мысли и задал самый важный вопрос:

– Это ты отправил то послание?

Деревянная кукла… то есть Чжичунь слегка изменился в лице, потупил взор и кивнул.

– Ты утверждаешь, что раковину, в которой обитает Тень, укреплял Вэй Юнь, – продолжал Шэн Линъюань. – Это правда?

Чжичунь не знал, как смотреть в глаза своим старым товарищам. Услышав вопрос, он ухватился за него, как за соломинку, и поспешил ответить:

– Да. Он всю жизнь горячо любил Тень и долго ломал голову, как бы защитить ее. В конце концов он создал из ее раковины божественный сосуд, который, как он говорил, может укрыть даже от громов и молний разъяренных Небес. Я полагаю, степень защиты этой раковины трехкратно превосходит степень защиты класса S.

– Нет, погодите, у меня вопрос… – начал Чжан Чжао.

– Сначала неотложное дело, старая дружба подождет, – оборвал его Шэн Линъюань и снова обратился к кукле:

– Раз уж тебе так много известно, то, быть может, ты знаешь, и где раковина?

– Мгм, – просто кивнул Чжичунь.

– И где же?

– Наверняка не скажу, – ответил Чжичунь, – но в пределах поля «рентгеновского зрения» Юэси.

– Хорошо.

Оба были немногословны, словно никого больше рядом не было. Выяснив все необходимое, Шэн Линъюань черной дымкой поднял деревянную куклу и усадил ее на приборную панель рядом с водительским креслом.

– Показывай дорогу, – велел он.

Все остальные проблемы отошли на задний план – приоритетной задачей было отыскать логово Тени прежде, чем она оттуда сбежит. Чжичунь, не теряя времени зря, снял с деревянной шеи крошечный кулон и шепотом что-то произнес. Шэн Линъюань прищурился – то был язык гаошаньских кузнецов.

Кулон сам собой, безо всякого ветра, воспарил, завертелся, и из него вырвался золотой луч.

– Юэси, следуй за лучом, – произнес Чжичунь.

При звуке знакомого голоса у Гу Юэси защипало в глазах.

– Не следует плакать, – холодно упрекнул ее Шэн Линъюань. Головная боль терзала его все сильнее. – Слезы пробуждают семь чувств и затуманивают разум и зрение – как ты увидишь путь?

Чжичунь молча посмотрел на Гу Юэси – во взгляде куклы таилась печаль.

– Чжи… Чжичунь, – улучив наконец момент, выдавил из себя Чжан Чжао. – Ты и правда Чжичунь?

Чжичунь опустил веки в знак согласия, оглянулся на него и через силу улыбнулся:

– Ты так вырос, даже прыщи все сошли.

Чжан Чжао перекосило, он поспешно потер лицо ладонями.

– Почему… почему ты стал таким? – он подбирал слова осторожно, как человек, боящийся задеть оголенный провод. – Где твое истинное тело? Почему ты сразу не отыскал нас, а отправил анонимное сообщение? Откуда ты так много знаешь и почему…

Чжичунь вздохнул и тихо проговорил:

– Ты задаешь слишком много вопросов, я не могу отвечать на все сразу.

Чжан Чжао осекся.

– Вэй Юнь мне как отец, – немного погодя начал Чжичунь, выбрав самый безопасный вопрос. – И это не просто слова, речь о настоящем кровном родстве. Поэтому у меня есть общее представление обо всех его удивительных творениях, и теперь оно наконец пригодилось.

– Но ты же меч? – удивился Чжан Чжао.

Какое кровное родство может быть между человеком и мечом? Это что за гибрид такой, которому законы природы не писаны?

Не удержавшись, Шэн Линъюань тоже приоткрыл глаза и посмотрел на него. Кукла совсем по-человечески поджала губы – Чжичунь явно