Тимур и его отряд - Петр Алмазный

Профессор снова куда-то ушел. На этот раз он его не было больше времени. Вернулся он с новой книгой, которую роднил с предыдущей синий коленкоровый переплет и толщина тома.

— Так это вот здесь. Ну-ка взглянем на ваш шифр.

Он положил лист с иероглифами рядом с книгой.

— Да что-то определенно похожее есть.

— А что такое «женское письмо»? — не выдержал Пашка.

— Это такой вид фонетической слоговой письменности. Его использовали женщины уезда Цзяньюнь на юге китайской провинции Хунань. Женщины использовали его для вышивки. Им украшали пояса, одежду, ленты. Оно носило сакральный характер. Мужчины называли этот вид письма «муравьиными» или «комариными» буквами. Еще называли «письмо для надписей на веерах». Но если это «нюй-шу», что нам это дает. Попробуем разложить этот листок на отдельные столбцы как веер. У нас он собран по горизонтали и находится в определенной последовательности. Так мальчики и девочка, сейчас я дам вам листы бумаги и надо чтобы вы тщательно перекопировали этот шифр на несколько листков. Для чистоты эксперимента нам нужны еще копии этого письма.

Полчаса мы трудились над составлением копий.

Во второй раз у нас получилось значительно быстрее и лучше по качеству.

После этого Долматовский вооружился большими канцелярскими ножницами и разрезал несколько копий. Одну по горизонтальным столбцам, другую по вертикальным. Полоски все разложил отдельно, чтобы не перепутались.

После чего начал составлять разные комбинации. Он хмурился, морщил лоб, каждую комбинацию сверял с книгой, лихорадочно перелистывал страницы в поисках нужных ему изображений. Но снова и снова отвергал полученный результат.

Наконец он отложил в сторону полоски с иероглифами, снял очки с переносицы и устало стал тереть глаза.

— Чепуха какая-то получается, — вынес он вердикт. — То читаем «Рыба есть глаза», то «Ухо от селедки», то вообще какая-то абракадабра получается. Ничего толкового. Ладно чтение «веером» у нас не получилось. Попробуем еще пару методов.

Он взял неразрезанный лист и положил перед собой.

— Попробуем прочитать иероглифы по спирали, исходя из центра. Так. Так. Так. Галиматья чистой воды.

Я спокойно наблюдал за безуспешными попытками профессора разгадать тайну платка.

Неужели создатель этого шифра настолько усложнил задачу, что профессор, специалист по восточным культурам не может добиться разгадки.

Что-то Стуков не производил впечатление большого интеллектуала. Вряд ли он смог бы расшифровать это письмо. А платок был у него. Скорее всего разгадка является более простой, а сейчас Долматовский все усложняет.

— Попробуем метод бустофедона, или имитацию движения быка с плугом, — предложил сам себе профессор.

— Это как? — удивился Пашка.

— Начинаем читать слева-направо, потом меняем направление и так снова и снова читаем вперед-назад, словно бык плугом борозду пашет. Нет. Сразу видно, этот метод тоже не подходит. Отдельные иероглифы понятны, но вместе получается словесная каша. Ничего толкового.

Профессор отложил еще одну испорченную копию шифра в сторону.

— Тогда попробуем магический квадрат. Какие магические квадраты нам известны? — профессор спросил сам себя и тут же ответил. — Квадрат Ло Шу, но там три на три столбца. Нам это не подходит. Магический квадрат шестого порядка Ян Хуэя. Так, так, так это тоже не то…

— А что такое магический квадрат? — не выдержал Пашка.

— Это такая математическая таблица, в которой сумма чисел в каждой строке, в каждом столбце и на обеих диагоналях одинаково. Существует несколько таких квадратах. Что если мы найдем нужный нам квадрат. Соответственно присвоим нужные цифры каждому иероглифу. А затем прочитаем иероглифы по возрастанию или убыванию цифр и тогда у нас появится смысл. Вполне себе рабочая версия. Но это явно не квадрат Ян Хуэя. И это не квадрат Альбрехта Дюрера. У нас большее количество иероглифов. Тогда может быть это один из квадратов Афанасия Кирхера, немецкого ученого энциклопедиста. Так, так, так. Раз у нас шесть на шесть стороны, то это квадрат Солнца. Где-то у меня была соответствующая книжечка. Сейчас, сейчас.

Профессор снова ушел и вернулся с книжкой. На этот раз он вернулся быстро. Сел за стол, отодвинул все предыдущие книги и нанес на лист с иероглифами числа, так что каждое число легло на определенный иероглиф.

— Так. Посмотрим, что у нас получилось. Попробуем прочитать от наименьшего числа к наибольшему. Нет. Получается галиматья. А вот если от наибольшего к наименьшему. А вот это уже любопытнее. Запишем-ка, результат.

Профессор аккуратно записал полученные данные на чистый лист бумаги и затем прочитал вслух:

— Тень медленно накрыла спящий царский остров

Луны сиянье серебром венчало эти воды

Полноводье черных рек затопит прошлого следы

Спит страж зажав в руке часы

Там бездна ждет когда проснется дух

Самопожертвование дракона разорвет связь прошлого настоящего.

Профессор обвел нас торжествующим взглядом, снял очки с переносицы и протер устало глаза.

— Итак, вам это что-то говорит? — спросил он.

— Галиматья какая-то, — ответил Пашка разочарованно. — Что это за дракон? Какой такой страж? Какой дух должен проснуться и когда? И что это за царский остров? Ничего не понимаю.

— Я тоже ничего не понимаю, — задумчиво произнес я. — Похоже разгадав одну загадку, мы обнаружили другую.

— Получается так, — сказал профессор, поглаживая бороду. — Но мы уже приблизились к финишу. Теперь все намного проще.

— Почему такие странные слова выбраны для слов. Все слова вроде простые, а одно прямо сложное и трудно выговариваемое. Самопожертвование. Почему дракон должен самопожертвоваться. Не нравится мне это слово. Оно выбивается из контекста, — задумчиво произнес я. — И смысла в этих строках никакого нет.

— Что обычно шифруется в тайных посланиях? — спросил меня профессор.

Я не успел ответить. Меня опередила Катя.

— Координаты местности.

— Правильно координаты обычно считаются по широте и долготе и это числа. У нас слова. Но в каждом слове могут быть зашифрованы числа. Например, каждое слово состоит из определенного количества слогов. Конечно, если посчитать у каждого слова слога получится большое количество цифр. И явно из них многое будет лишним. Скорее всего нам нужно посчитать конкретные слова. Тебе не нравится слово самопожертвование. Точно ухо режет, выбивается из звучания, — рассуждал профессор.

— А что, если это акростих и нам нужны только первые слова строчек, — внезапно меня озарило.

— Хорошая идея. Итак, выпишем их. Получается у нас следующее: Тень, Луны, Полноводье, Спит, Там, Самопожертвование. Посчитаем слога.

Профессор записал полученный результат на листок:

Тень — 1 слог

Луны — 2 слога

Полноводье — 4 слога

Спит — 1 слог

Там — 1 слог

Самопожертвование — 8 слогов

— У нас получаются следующие цифры: Один, Два, Четыре, Один, Один, Восемь, — сказал Долматовский. — Так на координаты это не сильно похоже. Вернее, похоже только