Сын помещика 11 - Никита Васильевич Семин

душу, сколько на жизнь остается. Тут уже Корней держался настороженно. Но видя мой неподдельный интерес и главное — что я не смотрю на него свысока, а обращаюсь вежливо со всем вниманием, мужик постепенно становился все раскованней. Под конец-то мы и заговорили про урожаи — сколько надобно выращивать их деревне, чтобы не только подать платить, но и для себя оставалось. Какие культуры он бы сам сеял, а на что не отвлекался и почему. С чего еще прибыток крестьяне имеют, помимо обрабатываемых земель. Плодотворный и интересный разговор вышел.

Двинулись снова в путь мы в десять утра тринадцатого числа. Будем надеяться, что больше таких долгих остановок у нас не будет. Кстати, Пятнышко я у того же Корнея сменял на его лошадь — Сиротинку, так что смог вернуть арендованную у каравана кобылу обратно.

Глава 6

13–17 ноября 1859 года

В дороге до Воронежа

Ехать на санных полозьях оказалось не в пример приятнее, чем на колесах. Карета двигалась плавно, не подскакивала на ухабах или ямах и было ощущение, словно мы на яхте. Скорость тоже была невысока — снег выпал аж по колено и лошадям приходилось нелегко торить путь. Артюхов и вовсе приказал выдвинуться вперед двум офицерам верхом на свободных конях, чтобы те хоть немного протоптали дорожку для идущего следом транспорта. И так не высокая ранее скорость упала почти в два раза.

Зато воздух был чистый, морозный. Тучи разошлись, и яркое солнце освещало все вокруг, играя лучами на свежем снегу. А попутно еще и слепя лошадей и людей. Выглянув в окно, я поначалу засмотрелся на красивый пейзаж, но потом словил солнечного зайчика, от чего выступили слезы, и желание дальше любоваться окружающими красотами пропало.

В отличие от меня сестры нашли себе занятие в дорогу, купив у той крестьянской семьи, что нас временно приютила, еще пряжи. Поэтому обе сестры сейчас что-то вязали и обсуждали типы петель, какой узор лучше подошел бы шарфику, да сокрушались, что нет более качественных и более ярких ниток.

Вспомнились мои путешествия в будущем по железной дороге. Когда тоже едешь несколько часов к ряду и заняться нечем. Тогда я выходил из ситуации с помощью чтения книг, игр на мобильном телефоне, да редким разгадыванием кроссвордов. А сейчас чем мне заняться?

Чуть подумав, я достал тетрадь и принялся описывать наше путешествие, а к каждому эпизоду еще и зарисовку делал. Раньше думал, зачем разные люди в восемнадцатом и девятнадцатом веке вели дневник или писали мемуары и когда время на это находили, а вот сейчас мне подумалось, что это от скуки. Чем еще себя занять в пути, когда скорость твоего транспорта составляет максимум восемь километров в час? Тем и развлекался.

* * *

Дом Михайлова

Резкий уход Николая, да еще сопровожденный брошенной в раздражении фразой, вызвал у Бориса Романовича неподдельное изумление. Неужто его дочь все же согрешила на стороне и действительно непраздна, но ловко скрыла это? Не желая томить себя неизвестностью, мужчина решительно встал и отправился к Арине.

Распахнув без предупреждения дверь в комнату дочери, Михайлов застал ее в одном исподнем. Девушка сидела перед зеркалом и расчесывалась.

— Папа? — удивленно обернулась она. — Что случилось? Ты почему не постучался, я же не одета!

— Почему ты не сказала мне, что носишь дитя под сердцем? — проигнорировав праведное возмущение дочери, сам пошел «в атаку» мужчина.

— Что? Ты о чем вообще?

— Не притворяйся! Ты обещала мне, что помиришься с Николаем, а что в итоге? Почему я от него узнаю, что ты беременна?

— Николай? Он был здесь? — вскинулась Арина.

Только сейчас до мужчины дошло, что вряд ли бы его дочь, даже являясь законной женой Перова, стала бы встречать своего мужа полуодетой. Да и не знала ведь она о его приходе. Вообще посмотрев на ситуацию со стороны, до Бориса Романовича дошло, что все выглядит абсолютно абсурдно. Да, Арина любит читать романы и представлять себя на месте героинь, но актриса из нее неважная. Не смогла бы она так сыграть удивление. И тот же Николай… Узнал от Арины о ее беременности и тут же решил, что ребенок не от него? С чего бы? Не так много времени прошло с момента их раздельной жизни. От Винокурова Арина тоже не могла забеременеть, иначе бы еще раньше все вскрылось. А иных связей, насколько знал Михайлов, дочь ни с кем не имела. Мысль, что дочь могла «нагулять» дите от Тишкова, который был простолюдином, не пришла в голову мужчины, как абсолютно абсурдная и невозможная. Ведь тот не дворянин! И для Бориса Романовича был потрясением сам факт, что Арина позволила себе связь с настолько низким по статусу человеком. А уж про большее он и думать не мог.

— Оденься, нам надо поговорить, — выдохнув, ответил мужчина.

Через несколько минут Арина вышла в зал, уже в домашнем платье. В ходе разговора с дочерью, Борис Романович выяснил одно — Николай даже не дошел до комнаты своей жены. И беременной Арина быть не может. Не бывает у непраздных женщин «красных» дней. А у Арины они как раз начались. Она потому недавно и чудила, что у нее такая особенность — перед наступлением этого женского «проклятия» вести себя сдержанно Арине дается с трудом.

«Это что же получается… — задумался Борис Романович. — Николай выдумал про беременность? Для чего? Не захотел даже попытки примирения сделать, а все выставил, будто Арина виновата. Да и слуги о том слышали наши. Вот так он своих слуг против Арины настроил? Ну, погоди у меня! Я тебе этой выходки не прощу! По-хорошему же с тобой хотел, а ты…»

— Забудь про Николая, — мрачно заявил Борис Романович дочери. — Считай, нет у тебя больше такого мужа. Только дождись, когда вас официально разведут, а потом найдем тебе достойного мужа.

— Папа, — вдруг вскинулась Арина, — а как же… ну… моя «проблема»?

Михайлов поморщился.

— Неужто потерпеть не можешь?

— Сейчас-то могу, но сам видишь — иногда накатывает…

Девушка и впрямь из-за наступивших «красных» дней про мужчин сейчас не думала. Зато вспоминала, как ей невмоготу было раньше. Какие срамные мысли ее посещали. Как она решилась даже шантажом Романа Винокурова к себе в спальню затащить. Сейчас ей было стыдно, а тогда она считала, что поступает правильно. И вдруг отчетливо поняла — пройдут «красные» дни и желание почувствовать мужское естество в себе накатит с новой силой.

— Я