Сын помещика 11 - Никита Васильевич Семин

Тут и Александр Иванович понял, что я не категорически отказываю, а все же торгуюсь и расплылся в улыбке. Минут пять мы приводили аргументы друг другу, почему я не могу взять его заказ, а купец упирал на то, что мне и самому это выгодно. Могли бы и дольше поторговаться, но караван долго ждать не может. Потому сошлись на восьмистах рублях. Это гораздо больше, чем я получил от отца в дорогу из отложенных на постройку салона накоплений.

— Хорошо, — наконец «сдался» я. — Тогда не будем никого задерживать. Караван продолжит движение, и в пути я сделаю для вас рисунок нового наряда. А вы можете нас пока обогнать и подождать в ближайшей деревне на пути. Там я вам и передам работу.

Покидал карету Кулаков весьма довольный результатом. Не знаю, может я и больше мог с него стребовать, но девушки успели уже подмерзнуть и портить отношения с офицерами, которые ждали завершения нашего разговора, не хотелось. К тому же надо будет еще и объясниться с ними во время длительной остановки — зачем меня Кулаков искал. И не думаю, что стоит говорить о нашей сделке. Тот же Краббе может возмутиться, что ему пришлось ждать, пока я свои материальные проблемы решаю.

— Все, можем выдвигаться, — сказал я Ивану Куренкову, который стоял поблизости и разговаривал со спутниками купца.

Кстати, если они в курсе, зачем Александр Иванович меня догонял, то прямо врать адмиралу не стоит.

После моей отмашки старшему вознице люди стали постепенно возвращаться в кареты. Мои дамы тоже залезли обратно, и Настя тут же первым делом спросила, что от меня хотел Кулаков.

— Как и любой купец — предложить выгодную сделку, — хмыкнул я, доставая тетрадь.

— И что за сделка? — не унималась невеста.

— А вот сейчас вы все сами и увидите, — с заговорщицким видом посмотрел я на нее.

Ну что ж, надо подумать, что же из нижнего женского белья будущего я еще не рисовал…

* * *

Поместье Уваровых

Леонид Валерьевич был озабочен тяжкими думами. Кристина была своевольной девушкой, но прямо никогда не врала ему. Однако все случается впервые. Василий Большедубов не выглядел картежником и кутилой. И отца своего слушался, в дела поместья опять же вникал. Поэтому после слов Кристины мужчина посчитал, будто между ними произошла какая-то размолвка, но помня их прошлый разговор, девушка и пошла на уловку. Единственной, кто мог пролить свет, что произошло между его дочерью и Василием, была няня Стефания. Именно она присматривала за благочестием девушки и должна была все слышать. Ее-то Уваров и позвал на разговор. Но тот не внес никакой ясности. По словам няни — никакой размолвки между молодыми людьми не было. Мило общались, улыбались друг другу, а в конце Василий еще и громко заявил, что рад, какая ему жена достанется.

— Ну а про карточные игры или князя Елецкого они что-то говорили?

— Я не прислушивалась, господин, — ответила женщина. — Но иногда долетали слова… да, вроде обсуждали они князя. Но что про него говорили — то я не могу сказать.

Отпустив тогда женщину, которая не внесла ясность, а лишь добавила новых вопросов, Леонид Валерьевич и впал в мрачные думы. Если Кристина не врет, то от помолвки нужно отказываться. А ведь он уже многих знакомых и друзей на нее пригласил! И резкий отказ со стороны Уваровых сильно ударит по их репутации. Но если говорит правду, то отдавать за кутилу и транжиру свою дочь помещик точно не будет. Это же поставить крест на ее будущем и будущем своих внуков. Требовалось как-то проверить слова Кристины, но как?

Напрямую ни у кого не спросишь. Соглядатая тоже не подошлешь, да и нет таких на службе у помещика. А время поджимает — неизвестно, сколько его уйдет на проверку слов дочери, а после помолвки пути назад почти и не будет. Сейчас можно просто отказаться пусть и потеряв в репутации, но после помолвки отказ от последующего венчания ударит по роду в разы сильнее.

И тут Уваров вспомнил про их капитана-исправника. Вот уж кто должен знать, что творится на землях помещиков! А уж такой ушлый, как Василий Емельянович, и подавно!

— И объезд у него уже на следующей неделе должен быть, — кивнул своим мыслям Уваров. — Вот и поговорим.

* * *

Дом Михайловых

— Да ты что? Так и сказал? — округлила глаза подруга Арины — Ирина.

— Да, представляешь? — возмущенно воскликнула девушка. — Я о том от папеньки узнала. Ну как он мог подумать, что я на стороне бастарда нагуляю⁈ Я ему всегда верна была! Теперь точно — развод!

— А до того еще сомневалась? — удивилась ее подруга.

— Папа очень не хотел этого, — вздохнула Арина. — И уговорил меня все же помириться с Николаем. Написал ему, я ждала нашего разговора. Представляешь — мне надо было извиниться перед ним! Я и на это ради папеньки готова была пойти. Но сейчас — нет! Пусть все знают, какой он фантазер! А еще меня романтичной натурой называл. Мол, это я себе фантазирую и в облаках летаю.

— Мужчины, — фыркнула согласно Ирина. Потом подумала и добавила. — А что собираешься делать, когда разведешься?

— Искать другую, более подходящую партию. И теперь — сама буду выбирать, — вскинув голову, заявила Арина.

— А Борис Романович согласится? — усомнилась Ирина, помня, что за Перова Арина вышла по указке отца.

— Конечно, — уверенно заявила девушка. — Это же он мне такого негодного мужа дал. А я — лучше себе найду!

— И как искать будешь?

Вот тут Арина не сразу нашлась с ответом. Ведь и правда — сказать это одно, а выполнить — совсем иное.

— Ну, мы же приемы устраиваем. Там и познакомлюсь, — все же выкрутилась девушка.

— А я вот переписываюсь с одним кавалером, — вдруг выдала свою тайну Ирина.

— Да ты что? — прижала ладони к щекам Арина. — У тебя же муж есть! Как Андрей на это смотрит?

— А он не знает. И ты никому не говори!

Слово за слово, и Ирина рассказала, как нашла себе «друга для души». Замуж девушку выдали тоже не по собственной воле, и с мужем отношений доверительных не сложилось. Он относился к Ирине как к необходимости. Терпел, но в дела не посвящал, знаков внимания не оказывал, да и в средствах сильно не баловал.

— Мне даже кажется, что у него любовница есть, — скатившись до шепота, делилась с