Колыбель Мрака - Настя Полос

– Я старше тебя на пять.

– Это по… Райлану?

– Нет, по Земному.

Еще вчера он презирал все, что связано с человечеством, а теперь сам стал говорить понятнее для меня.

– Значит, ты помнишь меня еще ребенком?

– Да.

– И какой я была?..

Опасный вопрос. Он пробуждал то, что я решила прятать. Мои раны никогда не заживут, но может, если я буду притворяться, что ничего не произошло, смогу продержаться, пока не найду Рууна.

– Чокнутой, – широко улыбнувшись, сказал он. – Меня заставляли, как старшего, следить за тобой. Ты лезла во все дыры, расщелины, заползала на все деревья. Своими тенями ты пугала животных и других детей. Настоящее наказание.

По тому, как он говорил и смотрел, я догадалась, он скучал по той девочке. Аастор верил, что она умерла. Возможно, даже винил себя в том, что не уследил.

– Ты понимаешь, что она не я? – Я вновь вспыхнула. Все видели во мне кого-то другого. Линетт – потерянную любимую внучку. Аастор – подружку из детства. Но я ничего не помню о той себе. Я другой человек, другая личность. Одинокая, злая и разбитая.

– Понимаю. Оттого не жалею, что пытался убить тебя. И попытаюсь снова.

Дэвол посмотрел мне в глаза. Он говорил честно, не скрывая истинного отношения. Это лучше, чем глупая ностальгия или требование соответствовать его воспоминаниям.

– Приступим?

– К чему?

– Бираль, какая ты тупая… К преображению!

– Прекрати оскорблять меня! Иначе…

– Иначе ты скормишь меня своим теням, я это помню. – Он скривил рожу, выпятив губу. Его нисколько не пугали мои угрозы, да и сама я, если признаться, не говорила всерьез. Но проучить его захотелось на каком-то подсознательном уровне.

Поэтому, когда Аастор переместился, маленькая тень сбежала с дерева и ухватила его за ногу.

– Какого…

Договорить он не успел, потому что весел вверх тормашками. А тени-малышки бегали и скакали вокруг него. Одна – особенно развеселившаяся – загоготала ему прямо в лицо беззубым ртом.

Чтобы сдержать улыбку, мне пришлось поднапрячься. Кашлянув, я дала теням неслышный приказ отпустить их добычу. Но когда Аастор приземлился с рыком на пол, его собственные черни выпрыгнули из тени деревьев и пытались догнать мои. Как собаки они кружили вокруг нас. Его кусали моих, но, кажется, им это только нравилось. Под сумасшедший хохот они бегали по лесу.

– Ты подлая, глупая…

– Как они могут существовать отдельно от нас?.. – изумленно спросила я, смотря им вслед.

– Твоя магия не тени. Магия – это способность взывать и управлять ими. Но должен признаться, такого, как у тебя, я еще не встречал.

Поднявшись, Аастор отряхнул штаны и что-то причитал на непонятном языке. Пронзая меня взглядом, он будто разгадывал головоломку.

– Почему я понимаю тебя? Всех дэволов, еще когда была… другой.

– Ты всегда была дэволом, – поучительно сказал он, но я отмахнулась, ожидая услышать ответ на свой вопрос.

– Есть единый язык и наш истинный древний. Боги приняли решение общаться на едином, это произошло тысячи лет назад, но и свой родной мы не забыли. Твои инурийцы как-то с тобой общались? – Я кивнула. – Они вшили что-то в твое тело. Чувствую инородность. С того момента, считай, ты стала частью одной сети. Если тебе так проще.

– Почему тогда люди не понимают вас?

– А люди верят в своих истинных богов? Начальных покровителей? – Я захотела ответить, но Аастор перебил меня. – Их первоначальные ушли. Они перестали им поклоняться, избрав новых. Обида богов лишила все существо человеческого мира магии. – Он сел напротив. – А теперь прекращай болтать и давай приступим. Дай руки. Не кривись, поверь, мне противно так же, как и тебе.

– Ты так часто повторяешь это, что мне кажется, что все совсем наоборот.

– Не льсти себе.

– Давай начнем! – Не выдержав, я схватила обе его ладони. Теплые и шершавые.

– Что тебя расслабляет?

– Не знаю. Больше… не знаю.

– Соберись!

Вопрос показался мне смешным. Расслабляет… ничего. Копать вглубь себя не хотелось. Я и так знала, что там. Бездна с искрящимися глазами, готовая поглотить меня. В ней пряталось все: скорбь, боль, разбитое сердце, чувство потери, одиночества и отчаяния. А поверх пластом легла разрушительная ярость. Она укрывала щитом мои чувства.

Я не могла расслабиться, ведь тогда мой барьер рухнет, и все станет реальным. Значит, такого успокоения допустить нельзя. Но может, подойдет расслабление физическое?

На ум сразу пришло воспоминание об озере. Когда кровь стекала по моим рукам, я ощутила невероятное облегчение. Но говорить об этом Аастору, да и кому-либо не хотелось. Поэтому я честно призналась:

– Это трудно.

– Может, есть места, где ты чувствовала себя спокойно? – Вновь попытался Аастор.

– Я… то есть другая я – прежняя… – Руки Аастора крепче сжали мои. – Ей нравилось плавать. Но я – нынешняя… мне нигде не спокойно.

– Попробуй представить себя под водой.

– Я же говорила, теперь это мне не поможет.

– Просто попробуй!

Я закрыла глаза, понимая бесполезность данного действа. Но раз Аастору нужны наглядные доказательства, я покажу ему, что его метод не работает.

Я представила воду, тяжесть меча за спиной замаскировала под груз акваланга. Вспомнила пузырьки над головой. Безмятежность глубин. К моему удивлению, начало получаться. Но тут же картинка сменилась другой. Когтистая черная рука сжимает почти мертвого Кевина. Вместо спокойствия я ощутила страх.

– Дарин! – послышалось сквозь толщу воды.

Но я не обратила внимания на этот крик. Меня несло туда, где моей душе захотелось укрыться. Я не поняла, как оказалась в этой комнате. Комнате Игнара. Лежала на его кровати в пушистом одеяле, оно так пахло им. Цитрусом и пустыней. Сладкий апельсин вперемешку с песками. Кровать сохраняла тепло… его тепло… Все задрожало, и картинка видоизменилась. Теперь я на поляне, лежу на пледе, а передо мной горит небольшой костерок. Аромат пустыни только усилился, и я услышала отдаленное, тихое и такое желанное:

– Теодора.

Его голос. Он стоял позади меня. Если я обернусь, увижу его лицо, улыбку и ярко-фиолетовую кайму.

– Игнар…

Но вдруг сгустились тучи, я поняла, еще немного и все оборвется. И я побежала. Побежала прочь от этого воспоминания, от чувств, что они вызывали во мне. Я бежала сквозь пески и деревья. Я не различала дороги, пока не упала на коричневую траву.

Теперь я лежала в корнях того самого дерева, на котором высечено проклятые слова влюбленных. Ветви красных деревьев шумели и пели. Они шептали мне. Обещали защитить и уберечь от бед. Корни укрыли меня, как одеяло. Листья присыпали тело. Я привалилась к стволу, и он, будто отвечая мне, придвинулся ближе. Я врастала в его кору и ощутила спокойствие.

– У тебя получилось.

Голос Аастора выдернул меня из транса.

– Ты смогла.

Глава 9

Самые сильные дэволы имеют своего Протектора. Тень выпущенную самой Дальшах для защиты. Не каждый дэвол способен достичь мастерства и уровня силы для защитника из самой Колыбели. Но бывали случаи, когда только вышедшие из чрева получали подарок Дальшах.

Из летописей Райлана.

Я открыла глаза. Зрение затуманилось или, правильнее сказать, вернулось в прежнее состояние. Ладони уменьшились и теперь утопали в руках Аастора.

– Пока ты не привыкла, удерживать это состояние будет труднее, но со временем ты освоишься, и облик будет появляться, только когда нужен.

Он хотел освободиться, но я не позволила, резко притянув к себе.

– Аастор… скажи… Скажи мне, какого цвета мои волосы?

– Черные, – непонимающе ответил он.

Неосознанно ладони стиснули его. Губы задрожали, и у меня не получалось успокоить сердцебиение.

– Мои глаза… – От надежды в своем же голосе мне стало тошно. – Они все еще черные?

– Да, – будто догадываясь о причине расстройства, тихо ответил дэвол.

Дрожь охватила все тело. Мое обличие, эта слабая, никчемная личина, мало