Колыбель Мрака - Настя Полос

– Дарин! Успокойся!

Я вырвалась с громким вздохом. Так больно… Ладонь легла на грудную клетку.

– Хватит! – крикнула я. То ли себе. То ли ему.

Руки вновь менялись, превращаясь в когти. Я ощущала вены на лице. Они наливались, густели и становились больше. Вновь исчезали.

– Так нельзя! Нельзя находиться в облике постоянно! Ты должна контролировать магию, а не она тебя!

– Не могу! Не могу…

Аастор не понимал! Дело не в тенях. Дело в том, что творилось в душе. Она кровоточила, вопила, молила уберечь.

Я упала на землю, метаясь в ужасной агонии. Тени, ощутив мою беспомощность, кружили вокруг. Они уговаривали вернуть им Хозяйку.

– Дарин!

Крик Аастора пробивался сквозь шум мраков. Они не желали отпускать, как и я расставаться с ними. Быть в облике чудовища нравилось мне больше, но та другая я, пусть и страшилась мучений, отчего-то не заползала обратно под камень, где пряталась прежде. Человечность находила свой путь, просачивалась в любую щель.

Злая, темная, чужая душа-тень обвивала мои руки и ноги, била в живот, кусала за кожу.

Крики. Боль. Щелк. Щелк. Щелк…

– Хватит! Остановите это!

Голос напоминал вой.

– Хозяйка, вернись! Приручи нас! Дай крови!

– Не уходи! Останься! Скорми нам душу. Свою!

– Не покидай нас! Мы отомстим! ОТОМСТИМ!

Щелк! Теодора… ТЕОДОРА!

– Нет!

Когтистой ладонью я разорвала костюм на груди и впилась в собственную плоть. Если я вырву свое сердце, то боль пройдет?

Чужие ладони обхватили мое запястье, стараясь остановить. Аастора кусали тени, хватали за рога, за плечи. Но он уселся на меня сверху, прижимая коленями мои руки.

– Дарин!

Но я продолжала метаться под ним. Мне нужно сбежать, скрыться, уйти в спасительную ночь…

Неожиданный удар пришелся в лицо. Щека загорелась огнем, а перед глазами замелькали звезды.

– Послушай меня! Дыши, просто дыши! Ты определяешь свою магию, а не она тебя! Тебе страшно, ты не знаешь, как теперь существовать, но если ты не научишься, то превратишься в такую же тень!

Аастор кричал мне в лицо, держал мои плечи и тряс, чтобы я не теряла концентрации.

– Послушай! Я знаю, тебе больно. Дальшах, да я тебя с удовольствием скормил бы теням! Но твоя бабушка, ты нужна ей! – Ему было трудно говорить, мраки цепляли его когтями и зубами. На щеке уже растекался длинный порез. – Ты нужна ей настоящая, а не сжираемая тьмой! Она всех потеряла и много страдала, не уходи от нее снова! Дарин! Дыши! Дыши! Бираль, дай мне сил! Дарин, если ты не возьмешь себя в руки, как ты сможешь отомстить Рууну, если умрешь? Молодец! Дыши, дыши, Дарин, или я сам задушу тебя!

Наконец я смогла немного успокоиться. Внутри бурлил океан эмоций, которые я постаралась упрятать в воображаемый ящик.

Теперь я была… собой? Но другой… Я не понимала. Теодора и Дарин. Дарин и Теодора. Сейчас я близка к каждой, но одновременно так далека.

Аастор, тяжело дыша, рухнул рядом. Солнце уже взошло, окрашивая небо красными цветами.

– Твой меч, он поможет остановить войну?

– Надеюсь, – хрипя, ответила я.

– И ты сделаешь это? Остановишь?

– У меня нет выбора. – Пушистые оранжевые облака медленно плыли перед глазами. – Я должна. Но Руун должен умереть. Такова плата.

– Тогда я помогу тебе.

Повернув голову, я встретила прямой, уверенный взгляд Аастора.

– Инурийцы будут жить! Я не собираюсь придавать Инуру смерти.

– Хорошо. Если это поможет закончить все эти смерти, я согласен на все.

– Почему?

Наверное, мое недоверие слишком явно звучало в словах. Аастор грустно усмехнулся.

– Потому что я устал хоронить друзей. Устал возвращаться домой весь в крови и видеть детей, которые подрастут и сменят меня. Я долго думал, почему Дальшах и Бираль отдали свое дитя Такал? Почему боги объединись, почему позволили всему произойти? И понял, только такая, как ты, сможет остановить все это. Та, что не знала наших бед, не благоволила одному народу, но имеешь связь с каждым из них.

☆・・・★・・・・・★・・・☆

Я балансировала на грани. Сохранять напускное спокойствие оказалось труднее, чем я думала. Стоило какой-то тревожной мысли разрастись, меня начинали окружать тени. Тогда Аастор просил меня дышать и считать каждый выдох и вдох. Это помогало, но не сильно.

Его слова о том, что магия не должна управлять мной, засели у меня в голове. Что это значит? Как с ней бороться, если она часть меня? Какой себя мне считать, как называться? Сложно. Лучше об этом совсем не думать, а разбираться со всеми проблемами по порядку.

Например, мне бы принять ванну, поесть, не начать вновь убивать… А где-то в конце остановить войну между мирами и убить Рууна. Проще простого.

– Я хочу кое-что тебе предложить, – вдруг сказал Аастор.

– Ты не в моем вкусе.

– Мерзость…

– Что тебе нужно?!

Аастор удрученно вздохнул, уронив лицо в ладони, и запричитал молитву Дальшах.

– Я могу тренировать тебя.

Мы шли вдоль тропы, ведущей в город. Я начинала чувствовать легкую слабость. Недостаток еды и сна, а также постоянное напряжение и непрерывное использование магии выматывали куда сильнее, чем я готова показать.

– Почему, где бы я ни была, все хотят меня тренировать?

Негодование, скорее всего, вызвано усталостью, но все же я не понимала, зачем это нужно. Я достаточно знала азы, меч подпитывал опытом, а моя магия… Напоминать Аастору, сколько крови отныне на моих руках, не хотелось.

– До того, как ты обратилась, ты почти умерла. – Аастор шел, не останавливаясь. – Да что там говорить! Ты и умерла бы, если не твоя дэволова ипостась. Руун прав, ты неопытна, не умеешь сражаться. – Упоминание Рууна вновь заставило меня задрожать, я прокусила щеку изнутри, чтобы выпустить кровь. На нежной коже уже образовались язвы. – Ты дэвол, у тебя другие преимущества, и ты должна овладеть ими. Магия сильна, но полагаться только на нее нельзя.

– Мне не нужны никакие тренировки! С меня достаточно!

Аастор резко развернулся, и я почти врезалась в него. Задрав голову, смотрела снизу вверх, пытаясь удержать внутри нарастающую злость.

– Нет нужды? Ты такая же глупая, как и в детстве! Если ты хочешь закончить войну, ты обязана стать лучше и сильнее! Ты не знаешь Кловисса и на что он способен.

– Кловисс Верховный Хранитель Инуры. Он связан со мной, а я с ним. И он не пойдет против своей Меках!

Дэвол покачал головой.

– Так чего же ты стоишь? Появись перед ними! Покажи, кто ты, Меках. Заодно узнаем, насколько сильна ваша связь. – Он сощурил глаза. – Только вот когда ты предстанешь перед ним, он перережет твою глотку. Не задумываясь. Ему нужна была послушная собака с мечом в руках, а ты на такую непохожа.

– Ты не прав, – неуверенно сказала я.

– Ты слишком юна. – Аастор провел ладонью по лицу. – Когда-нибудь ты поймешь, кто такие инурийцы, и тогда…

– Я не буду их убивать!

– Пока мы не уберем всех Хранителей, что раскидываются солдатами, как пушечным мясом, война не кончится!

– Всех?.. Я не дам этого сделать!

– Почему? Потому что там твой любовник? Думаешь, я слепой и не видел, что между вами?

Я должна была преобразиться, должна вцепиться ему в глотку. Должна вырвать его сердце и вкусить его. Должна… должна…

Но вместо этого я осунулась и замерла. Игрушка, вещь, которая нужна лишь чтобы свершить чьи-то цели. Инурийцы, дэволы… Обе стороны страдают, обе погибают… А я не могу даже поднять головы.

– Пошли!

Я не двинулась. Слабая, покинутая… Хотелось жалеть и жалеть себя.

Но Аастор осторожно подтолкнул меня вперед, придерживая под локоть. Несмотря на нашу вражду и взаимную ненависть, он пытался помочь. В своей манере.

Я могла жалеть себя дальше, могла залиться слезами или вновь ускользнуть во тьму, но вместо этого я приняла