Колыбель Мрака - Настя Полос

– Это не важно! Когда я закончу войну, уже будет все равно, выживу я или нет.

Аастор скривился.

– Ты должна научиться контролю! Ты быстро освоила смену облика. В боевом состоянии все эмоции, приближающие тебя к разумному существу, уходят. Остается только животное желание убивать. Возможно, ты слышала, что дэволы питаются страхом, что они скользят сквозь тени. Ты очень сильна, но когда ты преображаешься, облик управляет тобой, а не ты им. Нужно это исправить.

– Как это сделать? – скучающе спросила я.

– Преобразись. Полностью. Но не пытайся убить меня.

– Не обещаю.

Спрыгнуть в бездну – самое простое, что я могла сделать, а вот удержаться и не провалиться на самое дно сложней. Темное марево затянуло меня.

Тени облепили второй кожей, создавая непроницаемую броню. Когти разорвали мягкую кожу пальцев, а вены обрамили лицо. Глаза видели четче, фокусируясь на всем сразу. Сердце зашлось бегом. Я обвила острые зубы языком.

Аастор задержал взгляд на этом действии.

– Ты должна отпустить злость.

Аастор тоже изменился. Теперь он такой же, как и тогда. Я наяву видела, как он удерживал меня черными путами, как медленно убивал. Я зарычала.

– Обуздай зверя! – рявкнул он, сверкнув клыками.

Оставаться в здравом сознании в обличии оказалось труднее, чем удерживаться на грани спокойствия. Вся гниль ползла на поверхность. Но если я хочу довести свой план до конца, мне нужно постараться.

Я искала якорь, чтобы зацепиться за него. Представила, что я такое же дерево Райлана, которое укрывало меня ночью, защищая от ветра и холода. Представила, что пустила свои корни глубоко вниз и я росту, росту, опускаясь все ниже. Миную подводные реки, земную породу, дотягивая корни прямо к ядру. К сердцу планеты. Я старалась дышать с ней в такт.

Постепенно мне становилось легче. Сам Райлан пришел мне на помощь. Планета хотела, чтобы у меня получилось.

– Дарин… открой глаза.

Растерянный тон Аастора мгновенно вывел меня из медитативного состояния. Я увидела его изумленное лицо. Вокруг нас – по всей поляне – расцвели черные розы. Они покрывали темным одеялом всю землю и тянулись вдаль так далеко, что глаза не могли достичь предела.

– Как ты это сделала? – неверующе прошептал он.

– Не знаю.

Аастор перевел на меня ошарашенный взгляд и глупо моргнул, уголок его губ дернулся вверх.

– Ты быстро учишься.

Он поднялся, бросая взгляды на цветы. Проводя пальцами по бархатным бутонам, я встала следом.

– Что же… кхм… Ладно.

По Аастору было видно, что он все еще не мог прийти в себя. Поэтому я отвернулась, давая ему время. А сама любовалась красотой, что получилось сотворить. Что-то живое, что-то прекрасное, дающее жизнь… Уродство, которым я заразилась, могло принести в этот мир нечто хорошее.

– А где твой меч? – спросил Аастор.

– В безопасном месте. Поверь, ты не хочешь, чтобы он оказался здесь.

– Ты используешь только руки. Как новичок. Иногда и весь корпус, но слишком быстро выдыхаешься. Ты дерешься, как человек или как инуриец, – произнес он с плохо скрываемым презрением. – Но ты дэвол. Твои руки крепче, потому что лучшее оружие для тебя – это когти. Твои ноги длиннее, ведь тебе нужно скользить по теням. Мы созданы охранять и сопровождать смерть, когда Дальшах позовет нас к чертогам. Мы ловкие и гибкие, мы хищники. Ты должна научиться владеть тем, что дала тебе природа.

– Как скажешь.

Аастор встал передо мной.

– Вытяни ладони. Меч – продолжение твоей руки. Но кисти – это лишь механизм. Когти – вот что главное. Сначала когти, потом меч!

Аастор тоже вытянул ладони вперед. Он поднял и опустил их, демонстрируя плавные движения острыми кончиками своих пальцев. Ловко сменяя руки, он осторожно провел ими по моим волосам, касаясь щеки, даже не повредив.

– Это должно быть плавно. – Потом, чуть изменив угол наклона, не прилагая усилий, Аастор срезал небольшую прядь, выбившуюся из косы. – Но при этом окончательно и смертоносно.

Я перехватила его руку, крепко сжав.

– Не смей трогать мои волосы!

– Тогда не дай мне это сделать! – он хищно улыбнулся.

Вырвав руку, он вытянул ее вперед, намереваясь ударить. Я отпрянула, но он вновь нанес удар, старясь схватить новый локон.

– А мне приносит это больше удовольствия, чем я мог думать! – сказал Аастор.

В какой-то момент стало не до смеха. Первый тяжелый удар пришелся прямо мне в голову. Я покачнулась, сплевывая кровь. Аастор согнулся, когда тяжелый ботинок влетел ему в живот.

Грязные и потные, мы кружились друг за другом, нанося удары только телом, не используя магию. По моей щеке стекала струйкой кровь, Аастор вытирал нос, размазывая по лицу чернь.

Мы не собирались уступать, но Аастор превосходил меня силой и умением пользоваться всеми возможностями своего строения. Его когти, точно сотни кинжалов, попадали в самые уязвимые места. Моя одежда разодралась и испачкалась, отчего я все больше злилась. Каждая следующая атака получалась смазанной. И наконец, когда я совсем потеряла последовательность, Аастор совершил сокрушающий удар. Он сделал подсечку и воткнул ногти в землю рядом с моей головой.

– Не теряйся, Дарин. Иначе в следующий раз я просто убью тебя.

Он тяжело дышал. Его ноздри раздувались, а глаза бешено кружили по моему лицу. Аастор не спешил подняться, задерживаясь на отдельных чертах. Он потерял бдительность.

– Чего ты улыбаешься? – спросил он за секунду, как я с размаху ударила его в пах.

Он взвыл и завалился набок. А я уселась на него сверху, удерживая вес на ногах, чтобы не касаться чужого тела, и приставила кончики когтей к горлу.

– Не расслабляйся, Аастор. Пока твой враг жив, он представляет опасность.

– Что у вас тут происходит?

На краю поляны стояли Вилан и Ранила. Обе с широко распахнутыми глазами рассматривали поляну и нас.

Глава 11

Дэволы живут общинами. В каждой есть свой шабаш, возглавляемый одной из двенадцати шаманок.

Из летописей Райлана.

– У нас тренировка, – буднично ответил Аастор.

Поднявшись на ноги, я протянула руку дэволу. И когда он принял ее, немного подтянув, я вновь отпустила, чтобы он рухнул на землю. Широкий оскал заменил улыбку, но и Аастор не злился, а, наоборот, ухмыльнулся. И я резко поставила его на ноги своими тенями.

Вместо глаз у Вилан две черных пропасти, горящих подлинным гневом. Ранила же смотрела ревнующе-заинтересованно. Она, не стесняясь, разглядывала Аастора. Без злости, лишь с тихой печалью, что объектом его внимания являлась не она.

Ранила заметила мой изучающий взгляд и опустила глаза, смотря на меня из-под ресниц. Возможно, она ожидала осуждения, но вместо этого я позволила себе послать ей неуверенную улыбку. Ранила расцвела и широко улыбнулась в ответ.

Не позволяй себе привыкать, не позволяй привязываться.

Я поспешно отвернулась. Но Ранила оказалась не из робкого десятка. Она в мгновение оказалась рядом со мной, вышагивая из водоворота теней. Дэвольша была ниже меня чуть ли не на две головы, поэтому смотрела снизу вверх, задрав голову. Две большие косы уменьшали ей возраст, и она походила на подростка.

Я поджала губы, стараясь не выдавать замешательства.

Мне нельзя допускать их в свое и без того больное сердце, но что Линетт, что этот чертов Аастор потихоньку выстраивали мосты.

Стоило мне подумать об этом, как легкие сжало. Внутри меня заискрились тысячи звезд инурийцев. Связь. И самая сильная – это Игнар. Даже сейчас я ощущала тяготящее чувство.

Я скучала.

Настолько сильно, что не могла даже заглянуть в себя. А если там, вместо нашей связи, лишь изодранные куски и вырванная плоть? Что, если я больше не их Меках? Что, если я