Колыбель Мрака - Настя Полос

– Я пытался! – крикнув, я хлопнул по столу, и пустые тарелки на нем подскочили. Джессика даже не шевельнулась, глядя на меня с гневом.

– Я не могу поверить! Ты был обязан ее остановить! Сказать что-нибудь…

– Что сказать, Джессика?! Ты видела ее? Она обезумела! Я до сих пор не уверен, что она – Теодора – вообще жива! Что она когда-либо была!

– Не смей говорить так, – дрогнувшим голосом проговорила Джессика, выставив указательный палец в мою сторону. – Ты готов от нее отказаться?!

– Никогда, – без раздумий ответил я.

Джессика одобрительно сверкнула глазами, а потом с воинственным видом повернулась к Имрану, что сидел слишком тихо.

– А ты?!

– Что я?

– Почему ты не попытался остановить ее? Мы с тобой договаривались!

– О чем вы договаривались? – встрял я.

– Защищать ее! Защищать Теодору и помочь ей. Любой ценой.

Повисла тишина.

– Вы должны были защищать друг друга, – беспомощно проговорил я. – Тогда, может быть, ничего не произошло бы.

– Тогда бы мы все погибли, – сокрушенно произнес Имран. – Если бы Джесс не… – Он не смог договорить. – Возможно, Теодора бы просто умерла. А вместе с ней и все мы.

Я не стал спорить. Потому что знал, что это правда.

– Это не отменяет нашего договора, – продолжила Джесс.

– Я не мог.

– Почему, Имран?!

– Потому что нес твое мертвое, сломанное тело, Джессика! – закричал он, вскочив. – Неужели ты не понимаешь? Ты умерла!

– Я отлично понимаю!

Я устало потер голову под их крики.

– Хватит, вы оба. – Но они не останавливались. Тогда я набрал больше воздуха, ощущая странное покалывание в грудной клетке. – Я сказал: хватит!

Казалось, дрогнули даже стены. Но главное, они оба замолчали, глядя на меня.

– Это ничего не изменит. Ваш спор бессмысленный. Теодора – Дэвол.

– Может быть… может быть, оно вселилось в нее, – Джессика вновь села, а Имран, сдавшись, упал рядом с ней.

Со своей Халев. Нежно обнимая, он притянул ее к себе. Вдохнул родной запах и успокаивающе погладил по коленке. Джессика благодарно прижалась к нему, находя утешение. Черные волосы Имрана переплетаются с ее белыми. Бледно-пурпурная кожа и бежевая.

Сердце пронзило ядовитой стрелой. Мерзкое чувство росло, расползаясь по рукам и ногам, доходя до кончиков пальцев. И имя этому – ревность. Я смотрел на них и понимал, чего лишился.

– Я ухожу.

– Игнар? – позвал Имран, но я уже покинул комнату.

Мне нужно уйти, пока не пришла буря, но вспомнил о Тише. Поймав первого попавшегося работника, попросил его привести в мои покои девушку.

Заходя в место, где жил большую часть жизни, я ощутил пустоту.

Все в этой комнате будто насмехалось надо мной, показывая, насколько беспечным я был.

Широкое окно, шкаф и стол, заваленный хламом. Огромное зеркало во весь рост, чтобы каждодневно любоваться собой. Нет ничего примечательного, кроме мешка с моими вещами, который я даже не успел распаковать. А в центре комнаты стояла гигантских размеров кровать. С большой мягкой периной и кучей подушек. Единственная гордость в прошлой жизни. Мне казалось тогда, что это нечто невероятное и обязательное – иметь такую кровать и проводить ночи с сотнями красоток Инуры.

Подняв мешок, я сел на пол. Достал сверток, на котором изображена моя семья. Потрепанный уголок, выцветшие краски и лица тех, кто мертв, и двое мальчишек. Провел пальцем по лицу мамы и папы. Что бы они сказали, увидев меня сейчас? Огорчились или, может, наоборот, поддержали?

Я убрал его в карман балахона, чтобы забрать с собой. Но в этом мешке было еще кое-что. Кое-что тайное. Что-то принадлежащее только мне. Мой маленький личный секрет. Я достал фотографию, которую распечатал за день до ухода на Инуру.

На ней запечатлены мы. Я и Теодора. В день, когда мы учились нырять. В день, когда она смотрела на меня настоящего искрящимися глазами. В день, когда я понял, что пойду на все ради нее.

Она сделала этот снимок на мой телефон, которым я почти не умел пользоваться. Теодора объясняла, что нужно делать и куда смотреть. Кадры получились смешными, и я следующим днем отправился в город. Я выбрал один. И теперь он здесь со мной.

Я смотрел на ее лицо. Счастливая улыбка и зеленые глаза, обрамленные пушистыми ресницами. Никогда не встречал столь совершенной красоты. В груди защемило, но я не стал убирать снимок, а продолжал смотреть. Давал рези завладеть моим сознанием. Кисти тряслись, а я дрожал вместе с ними, проживая каждую секунду агонии. Только так я мог ощутить, что еще жив.

Я никому не сказал, что собирался покинуть Инуру. Все эти дни в одиночестве я продумывал план, как мне это сделать и отправиться на поиски моей Госпожи.

☆・・・★・・・・・★・・・☆

Постучали. И я сразу понял, что это Тиша.

Служанка проскользнула в комнату, закрыв за собой двери. Увидев меня на полу, она понимающе улыбнулась. Дэволы бы побрали этих женщин, все они знали!

Нужно сменить выражение. Дэволы…

– Садись. – Я указал на кресло напротив себя, а сам продолжил сидеть на том же месте. – Расскажи все, что происходит сейчас в Храме.

Тиша, не торопясь, но коротко поведала о восстановлении крыльев Храма. Кловисс слишком тих и мрачен. Он следил за работой, но в основном приказы раздавал Девмес. Наместник зол и обещал покарать всех, кто будет отлынивать от работы, но пока ни одну угрозу не воплотил.

Очень много младших хранителей погибло под завалами, но мирных жителей пострадало меньше. Удар точно рассчитывался по Храму, а население пострадало от обломков и пожаров. Разломы огородили, они расползлись по всему Гар-Кхалибу. Но самое примечательное из рассказа, что все главные Хранители в своих городах собирали армии, которые должны стянуться сюда.

– И еще, – Тиша опустила глаза, нервно сжимая края старого платья, – когда я шла к вам, меня перехватил Господин Девмес, он попросил передать, чтобы вы немедленно явились к Кловиссу.

– И если я не приду, то тебя ждет наказание?

Тиша кивнула. В ее глазах собрались слезы. Я поднялся с места, подошел ближе и положил руку ей на плечо.

– Успокойся, Тиша. Он тебя не тронет. Я клянусь.

Большие глаза поднялись ко мне, взирая с надеждой.

– Я вам верю, – прошептала она. – Храни вас Богиня.

К Кловиссу идти я не собирался. Слишком силен был гнев, не желающий утихать. Зудящая сила магии металась в теле, до боли мечтая вырваться на свободу. Но зато я мог найти кое-кого другого.

Петляя по паутинам коридоров, я выискивал его, словно голодный зверь. Удача в этот раз была на моей стороне, и я услышал шаги. Неспешные, уверенные. Его. Эта поступь была знакома мне с детства. Я всегда знал, что будет после того, как он придет ко мне. Знал, куда поведет и что будет потом. Когда-то я до ужаса боялся его, но сейчас…

Ты не виноват.

– Игнар! – Девмес вышел из-за поворота в начищенном камзоле и скривил верхнюю губу. – Верховный ищет тебя. Пойдем.

Девмес развернулся и направился в противоположную от меня сторону, но быть послушным псом я больше не намерен. Догнав за два шага, я с силой схватил его за ворот и, приподняв над полом, впечатал в стену.

Глаза инурийца загорелись плохо контролируемой злостью. Девмес не умел притворяться радушным, гнилое всегда находило выход. Но когда я наклонился к нему ниже, а моя ладонь сжалась на шее, когда дыхание стало таким тяжелым, что его слышно за пределами этого коридора, Девмес изменился в лице. Зрачки забегали, пытаясь найти путь к отступлению, и я сильней стиснул его, вынуждая смотреть на меня.

– Я ведь предупреждал тебя, Девмес? Скажи мне? Предупреждал?! Я говорил тебе: тронешь мое – и ты труп! Разве я не говорил тебе этого?!

– Игнар, что с тобой стало? – Тон Девмеса стал покровительственным. – Самовольно уходишь, выглядишь как отшельник. Ты же приемник! – Он попытался покачать головой, но я только сильней надавил. – Я слышал,