Тень - Мо Ленкор

Ву-у-ух. Хлюп. Чвяк. Ву-у-ух. Хлюп. Чвяк…

— Зачем избавляться от акцента или рассказывать?

— Второере.

— Не «второере», а второе. Просто интересно, расширяю кругозор. — Не скажу же я ему, что мечтаю когда-нибудь собственными глазами увидеть родину отца. Может, даже отыскать родственников…

Однажды, когда я больше не буду нужен Учителю. Сейчас его миссия важнее.

Сквозь ветви я вижу тёплый мерцающий свет вдалеке. Отсюда ствол питы похож на волнистые волосы одной из моих девчонок. Я не помню, как её звали, но за этой красоткой из Бэлта я бегал почти месяц, прежде, чем она сдалась и оказалась в моих объятиях.

А теперь я обнимаюсь только с питами, пока на них лезу…

Добравшись до дерева, мы останавливаемся. Я стираю пот со лба и всматриваюсь в углубления у корней.

— Поглядывай, не повреждён ли где мах? Пекуны часто маскируют вход в нору, — еле слышно шепчу я, Лео кивает.

Он обходит ствол с левой стороны, я двигаюсь в противоположном направлении. Замечаю следы земли на кучерявых стебельках маха. Хочу посмотреть ближе, но камень под ногой проскальзывает вперёд, и я с грохотом валюсь задницей на жёсткий изогнутый корень. С каким-то диким «крь-а-а-а» из-под корней выскакивает пекун. Лео отпрыгивает и судорожно пытается содрать со спины арбалет.

Когда он, наконец, стреляет, пекун уже далеко.

— Вот только не надо этих осуждающих взглядов! Поскользнулся я, с кем не бывает…

Лео движением головы указывает на ствол, я понимаю его без слов и, поникшие, мы собираем в термосы свежий сок питы. Даже со специальным напылением внутри термоса уже следующей тенью он затвердеет. Если вовремя не обновить содержимое, термос можно использовать только как утяжелитель.

Я смотрю на Лео. Кажется, он был в одном отряде с братом Кирланом, который сгорел заживо. Однажды их отряд задержался, и пришлось возвращаться уже при свете. Я слышал разные истории: то ли Кирлан поленился набрать сок, то ли просто забыл, но в нужный момент его термос оказался пустым, а поделившись с ним, умер бы кто-то другой.

Смерть на Мата не бывает лёгкой. Я перевожу тему, пытаясь отвлечься от воспоминаний о погибшем брате:

— А почему ты после вступления в братство не выбрал какое-то местное имя? Почему Келелео?

— Рее нравится.

— Не «рее», а мне. Вот ещё пару раз поохотимся, и заговоришь как республиканец!

Не могу разобрать поток восклицаний на даркхорском, но думаю, они сводятся к простому «за что мне всё это».

Ха! Вон уже как лопочет! Джеррайя и не такие нирты[1] колол.

Ещё немного, брат, и из тебя польются тайны.

Двигаемся дальше, сначала я даже не замечаю, что внезапно стало гораздо легче идти: больше не приходится продираться сквозь заросли, а дорога подозрительно ровная и протоптанная.

Я прислушиваюсь и кручу головой, но не понимаю, почему вдруг стало так тревожно. Чувство опасности разгоняет кровь. И тут до меня доходит. Я резко останавливаюсь и присаживаюсь. Даю знак Лео молчать. Присматриваюсь. Передо мной огромная куча дерьма. Я сглатываю.

Мы на звериной тропе.

Дело дрянь. Мало ли кого мог привлечь крик пекуна.

Я вздрагиваю от шипения справа и в одно движение принимаю боевую стойку. Но это всего лишь асуп.

— Что ж ты так пугаешь, зверюга?

Тот шипит на меня. От потока воздуха с моей головы слетает капюшон. Потом асуп просто уходит, поворачиваясь к нам шипастым хвостом. Через пару шагов оглядывается.

Обшипел нас, как пару идиотов, а теперь предлагает пойти за ним?

Насколько я изучил асупов, они не слишком-то доверяют людям, и раз Шелест появился, нам лучше как можно скорее убраться отсюда.

Жестами показываю Лео, что нужно сменить направление. Дальше идём предельно тихо и осторожно. Шелест выбирает маршрут, где не приходится так часто работать мачете, как в начале пути. Когда оказываемся на безопасном расстоянии, шепчу:

— Возможно, ты умнее, чем я думал. — С опаской я тяну ладонь к прохладным чешуйкам на боку ящера. Замираю под его взглядом, но он продолжает мягко ступать вперёд. — Спасибо, Шелест.

Убирая руку, я обращаю внимание, что вдоль шипов его кожа покрыта мелкими светлыми пятнами, будто посыпана крупинками соли. Как и у всех асупов, у него мощные задние лапы и гибкое тело. Он двигается быстро, и приходится подстраиваться под его темп.

Не знаю, случайно или нет, — вроде Мауэнииа не упоминал, что асупы умеют находить питы, — но Шелест приводит нас в место, где растёт не меньше десятка пит.

— О, да там целый питовник!

— Что? Ре не знэр такого словара. — Лео такой серьезный, что я смеюсь.

— Да я его только что придумал! Ну, есть питомник, а тут питовник, улавливаешь? Я так каламбурю.

Лео морщится, будто мы собрались выпить нашего «любимого» сока.

— Ладно тебе! На самом деле я просто без понятия, как матаны называют такие места. Раньше про себя называл питовыми рощами, но питовник больше подходит, согласен?

Лео от меня отмахивается.

Широкие поплывшие стволы впереди уходят прямо в небо, а их ветви сплетаются в плотный, как крыша, навес. Может, поэтому у кустов внизу самые обычные листья. Я подхожу ближе.

— О, Лео, глянь. Да это же те́кху! — перехожу на шёпот я, срывая продолговатый лист. Местные сушат их, а потом набивают ими трубки. — Надо сказать Траусу! Хотя нет, тогда нам придётся нюхать его вонючий дым до конца времён, а так хотя бы есть надежда на то, что его запасы рано или поздно кончатся.

Лео шикает и отводит меня в сторону.

Посоветовавшись, мы распределяем между собой деревья и обсуждаем позиции. Шум, который устроит асуп, разрывая первую нору, напугает всех, кто прячется в остальных. Так что надо попробовать пристрелить хотя бы пару пекунов, пока они не разбегутся.

Мы принимаемся за дело, я почти сразу нахожу первую нору. Скоро нужно будет возвращаться в лагерь, поэтому одну за другой быстро закладываем норы камнями, оставляя по одной открытой под каждым деревом. Когда заканчиваем, проверяем друг за другом. Лео находит одну пропущенную мной нору, разводит руками, мол, как можно было не заметить, а я лишь пожимаю плечами, пока он прикрывает её.

Зря я в детстве не любил играть в прятки.

Перед тем как забраться на ветку, я убеждаюсь, что на ней нет плодов, а потом занимаю удобную позицию, и жду, когда Лео заползёт на свою. У него получается не с первого раза. Снизу ствол питы голый, и надо приспособиться ставить ноги на бугры в стволе