Разъяренный дракон - Цинхань Цэцэ

Чжу Юйхэн сказал А-Нань:

– Когда водопад впервые взорвался, я немедленно пришел со своими людьми сюда, чтобы проверить обстановку. Наложница Юань еще была здесь, сопровождала наследника престола. Вот только наследный принц спит очень чутко и не любит, чтобы люди ходили вокруг, поэтому все служанки покинули комнату и ждали под карнизом. Из-за этого никто не знает, что случилось внутри и почему наложница Юань вдруг одна вышла из зала через черный ход и побежала к заднему водопаду.

– Да, это совсем нелогично, – А-Нань сразу покачала головой и указала на задний водопад. – Шум от водопада такой сильный, раз наследный принц спит чутко, как он мог погрузиться в сон в этом открытом павильоне? Более того, наложница Юань бежала с таким громким криком, как наследный принц мог ничего не заметить?

– Наследного принца сумели разбудить уже только после происшествия с наложницей Юань, – говоря это, Чжу Юйхэн подошел к курильнице, приподнял крышку, взял щепотку пепла и протянул ей.

А-Нань понюхала кончики его пальцев, брови девушки приподнялись.

– Это же рододендрон, самое распространенное снотворное!

– Да, – холодно сказал Чжу Юйхэн, отряхнув пепел с пальцев.

– Это вещество явно было приготовлено, чтобы не дать наследнику престола проснуться. Если бы наложница Юань не выбежала так внезапно, от рук убийцы пострадал бы…

А-Нань не договорила, но оба поняли, что эта ловушка была устроена для наследника престола.

– Действительно, вероятность того, что убийца пойдет на такой большой риск, чтобы убить только наложницу Восточного дворца, невелика, – голос Чжу Юйхэна понизился. – Я считаю, он проник в павильон с другой целью, но случайно столкнулся с наложницей Юань и убил ее, чтобы замести следы.

В конце концов от места, где они стояли, до спящего наследника престола было всего несколько шагов.

Тут в памяти Чжу Юйхэна вновь всплыло содержание письма, доставленного голубем.

«Ни в коем случае не приближайся к воде».

Император определенно что-то знал, поэтому послал ему предупреждение. Судя по тому, какой запутанной выглядела вся ситуация, заговор явно готовился давно. Если бы не странная выходка наложницы Юань, всполошившая всех вокруг, наследник престола, возможно, уже был бы мертв.

Не достигнув цели с первого раза, убийца обязательно предпримет следующую попытку. Если не выявить его быстро, враг будет оставаться в тени, а его цель – на свету. Тогда защищаться и наносить ответные удары будет трудно.

– Чего ты так переволновался? – в утешение сказала А-Нань, увидев его мрачное выражение лица. – Как бы хитер ни был лис, он не скроется от глаз опытного охотника. Противник уже проявил себя, нам нужно лишь поскорее схватить лиса за хвост! Я уверена, безопасности наследника ничто не угрожает.

Чжу Юйхэн молча кивнул, поднял руку и указал на беседку Гаотай.

– Пойдем, я покажу тебе знак, оставленный убийцей.

Метка находилась на задней стороне глазурованной колонны, отвернутой от водопада, поэтому разлившаяся вода не смыла ее полностью, только сделала бледнее. Три месяца, собранных в изящный полураспустившийся цветок, похожий на лотос или орхидею, все еще можно было разглядеть.

– Изгибы этих трех мазков, легкое сужение в нижней части почти точно такие же, как на том знаке в ресторане. Мала вероятность, что эти метки оставили разные люди, – сказал Чжу Юйхэн.

– Значит, этот убийца определенно связан с тем убийцей из ресторана – скорее всего, это вообще один и тот же человек! – решительно заявила А-Нань, затем слегка нахмурилась и спросила: – Значит, Ци Ся забрали из-за этого?

Чжу Юйхэн покачал головой:

– Вряд ли, – покачал головой Чжу Юйхэн. – Я еще никому не сообщал новости, ты первая узнала.

Получается, она оказалась важнее всех ямэней[6], раз стала первой, к кому он пришел посоветоваться. А-Нань улыбнулась.

– Тогда я должна сделать все, чтобы помочь тебе! Вместе постараемся раздобыть зацепки к разгадке «Шаньхэ Шэцзи».

– Это все вовсе не обязательно связано с «Шаньхэ Шэцзи», но с мастером Гуанем связано определенно. Более того, мы можем быть уверены, что оба убийства связаны с сектой Зеленого лотоса, – Чжу Юйхэн указал на след румян в альбоме чертежей. – Все-таки точно такой же знак в свое время оставил мастер Гуань, будучи членом секты.

– Этот знак… – А-Нань сверилась с ориентировкой на чертежах, подняла голову и посмотрела наверх.

Верх беседки был построен из каменных балок, восемь огромных белых брусков нефрита тянулись к центру, образуя аккуратную золотую крышу, из центра которой свисала огромная лампа из глазурованного стекла с тридцатью шестью светильниками.

А-Нань выстрелила из браслета Потоком света, зацепилась им за каменную балку и вытянула себя в центр под крышей беседки. В лампе еще оставалось немного масла, девушка достала огниво и зажгла центральный фитиль.

Огонь распространился стремительно, пламя во всех тридцати шести светильниках зажглось одновременно, осветив беседку Гаотай. Воздух был пропитан водяным туманом, на глазурованных абажурах ламп скопились капли воды. Смутный свет, отражаясь в водной глади, создавал вокруг переливы, похожие на волшебное свечение из какой-нибудь сказки.

Чжу Юйхэн поднял голову и посмотрел на А-Нань наверху. Окутанная туманной дымкой этого загадочного сияния, девушка слегка улыбнулась ему, подняла руку и указала на пол.

– А-Янь, смотри!

Чжу Юйхэн проследил за ее движением и посмотрел на основание беседки. Огни тридцати шести ламп собрались в единое яркое пятно, покрывшее все под их ногами. В центре светового пятна образовалась огромная светло-зеленоватая тень в форме лотоса. Точно такая же форма была у знака, нарисованного румянами на чертежах. Зажигая лампу, А-Нань нечаянно коснулась абажура, так что теперь этот огромный зеленоватый лотос слегка колебался, ритмично двигаясь под ногами Чжу Юйхэна. Оказывается, мастер Гуань изобразил зеленый лотос не материальными средствами, а с помощью игры света и тени, достигнутой благодаря точному расположению световых потоков из глазурованных абажуров.

Вокруг беседки во все стороны разлетались брызги водопада, они были освещены лампой, и казалось, что юноша и девушка окружены толпой скачущих маленьких точек. А-Нань стояла вверху на свету, Чжу Юйхэн внизу в тени, они оба были покрыты изображением лотоса и как зачарованные смотрели друг на друга.

Она видела, как тусклый свет проникал в его зрачки, а он неотрывно смотрел на нее, и в глубине его глаз разгорался свет еще более яркий, чем от лампы. Его взгляд прорывался через все остальное, будто ни на что в этом мире, кроме А-Нань, он не мог обратить внимание.

Сердце девушки внезапно дрогнуло, ей стало неловко, и она снова взглянула на лампу. И обнаружила несколько странностей; после чего потрогала лампу рукой, подумала мгновение и, опустив голову, сказала Чжу Юйхэну.

– А-Янь, а я соскоблила тот лотос